Валленштейн и эпоха Тридцатилетней войны - Ганс Шульц Страница 22

Этот молодой итальянец, родившийся в 1599 году, в 28 лет стал полковником личной гвардии Валленштейна, а незадолго до описываемых событий был назначен генералом кавалерии. Однако он, тем не менее, чувствовал себя недостаточно высоко оцененным; будучи рьяным католиком, Пикколомини не разделял намерений своего командующего. Германия не интересовала его вовсе, на войне он хотел добыть почести и богатства. Примечательно, что Валленштейн доверял Пикколомини; возможно, причиной являлось совпадение их характеров и некоторая наивность итальянца.

Герцог Фридландский заверял своих офицеров, что подписанное соглашение не направлено против императора. Однако на практике Валленштейн стремился заручиться поддержкой армии как раз на тот случай, если Фердинанд отправит его в отставку. Его действия были угрозой, подготовкой к объявлению войны. Но был ли листок бумаги достаточной гарантией лояльности офицеров? Сам Валленштейн был уверен в этом и с нетерпением ждал Арнима, чтобы продолжить переговоры. Арниму, однако, нужно было сначала подробно обсудить происходящее со своим курфюрстом, а затем переговорить с правителем Бранденбурга. Короче говоря, он не смог приехать в назначенный срок. В любом случае, доверие Арнима к Валленштейну было подорвано, он был готов вести переговоры с Фердинандом, однако перспектива войны за Империю против императора его не вдохновляла.

Новость о произошедшем в Пльзене достигла Вены и переполнила там чашу терпения. Император собрал комиссию, в которую входили Эггенберг и Траутманнсдорф, однако не включил в нее ни одного из фанатичных сторонников Валленштейна. Тем не менее, комиссия постановила сместить командующего и 24 января назначила на его место Галласа. Всем подписавшим соглашение 12 января, кроме Илова и Трчки, было обещано прощение. Этот документ, однако, поначалу держали в секрете, даже Оньяте и Рихель ничего не знали о нем. Только Галласу, Пикколомини и Альдрингену в начале февраля сообщили о принятом решении. До середины февраля император поддерживал непринужденную переписку с герцогом, чтобы ввести его в заблуждение.

Сместить Валленштейна было непросто. Что произошло бы, если бы армия осталась верна командующему? Альдринген пребывал в Пассау, Пикколомини был отправлен самим Валленштейном в Австрию и находился в Линце, однако Галлас, от которого оба эти военачальника должны были получать приказы, оказался прямо в пещере льва! Мы не знаем в точности, какие меры принимали сторонники императора, чтобы переманить армию на свою сторону; в их число, несомненно, входило продвижение по службе, ценные подарки и масштабные обещания. Свою роль играл и престиж императора, и страх наемников перед заключением мира, который мог лишить их всех доходов. В конечном счете, войско больше не зависело от взимаемых командующим контрибуций, поскольку полки были расквартированы в наследственных землях Габсбургов. Армия Валленштейна постепенно превращалась в австрийскую армию.

Примечательно, что герцог Фридландский не видел всей глубины грозившей ему опасности. Он приказал Пикколомини, который был одним из главных его противников, следить за Альдрингеном, которому он не доверял. На деле оба разыгрывали перед своим командующим спектакль, стремясь усыпить его бдительность. Альдрингену было приказано прибыть в Пльзень, однако тот под различными предлогами отказывался. Галлас, который не мог уехать от командующего, не возбудив подозрений, старался всеми средствами оправдать Альдрингена. Однако совершенно свободно действовать заговорщики не могли.

Тем временем Оньяте привлекли к заседаниям вышеупомянутой комиссии, и испанец сразу же заявил, что «легче и безопаснее убить герцога, чем держать его за решеткой». После этого император отдал Альдрингену, тайно прибывшему в Вену, приказ «пленить или убить Валленштейна». Официально командующий должен был предстать перед судом, однако страх перед ним делал его смерть единственным возможным выходом для его противников.

Герцог Фридландский продолжал ждать и Арнима, и Альдрингена. За последним он в конечном счете отправил Галласа, выпустив тем самым из рук самого опасного противника. Галлас немедленно отдал приказ по армии — не принимать больше никаких распоряжений от Валленштейна, Трчки и Илова. Только он сам, Альдринген и Пикколомини могли отдавать приказания. Однако и этот приказ пока держался в тайне. Пикколомини сначала должен был, не вызывая подозрений, добраться до Пльзеня и с помощью верных ему офицеров захватить Валленштейна.

Однако, прибыв в ставку герцога Фридландского, итальянец обнаружил там совсем не тех солдат, на которых рассчитывал. Валленштейн стянул верные ему войска, и приказ Галласа был оглашен только в тех полках, которые находились далеко от Пльзеня. Удивительно, но Пикколомини смог спокойно вернуться в Линц. Валленштейн питал к нему необъяснимое доверие — возможно, продиктованное звездами, к совету которых герцог так любил обращаться.

Вернувшись, Пикколомини получил от Галласа приказ ворваться в Пльзень в сопровождении двух тысяч конников. Однако у Валленштейна внезапно открылись глаза. Слишком много было тревожных событий: полковник Диодати без приказа собрал своих солдат и ушел вслед за Пикколомини, испанский агент Наварро тайно уехал из Пльзеня — крысы бежали с тонущего корабля. Валленштейн все еще не знал в точности, что происходит, но видел, что дело неладно и тучи над ним сгущаются. Теперь он обратился за помощью к тем, с кем раньше вел переговоры с позиции силы. Через Франца Альбрехта Лауэнбургского он отправил Арниму письмо с просьбой собрать на богемской границе несколько тысяч всадников, чтобы в случае необходимости прийти ему на помощь против мятежной части его армии. Таким образом, Валленштейн собирался опереться на врага в борьбе с собственным господином.

Свои войска он планировал собрать 23 или 24 февраля в районе Праги и отправиться к ним. 19 февраля Валленштейн, вновь прикованный болезнью к постели, собрал своих офицеров и заявил им, что никогда не замышлял ничего против императора и религии; однако в Вене есть придворная партия, которая не хочет мира и не дает отправлять армии необходимые ей деньги. Если хоть кто-нибудь увидит, лицемерно заявлял Валленштейн, что он действует во вред императору и религии, этот офицер может чувствовать себя свободным от клятвы верности своему командующему. После этого он заставил офицеров еще раз подписать декларацию о том, что они будут поддерживать его. Это так называемое «Второе Пльзеньское соглашение» подписали в общей сложности 32 полковника. На следующий день Валленштейн отправил гонца к императору, заверяя последнего в своей преданности и готовности достойно уйти со своего поста.

Гонец, однако, был перехвачен в пути противниками Валленштейна. Трчка, которого командующий отправил в Прагу, чтобы приготовить все к своему прибытию, узнал содержание приказа Галласа и понял, что столица Богемии потеряна. С этой новостью он 21 февраля вернулся в Пльзень. Валленштейн, для которого происходящее стало тяжелым ударом, запретил своим войскам принимать приказы от