О поверьях, суевериях и предрассудках русского народа. С комментариями - Владимир Иванович Даль Страница 2

Военно-сухопутный госпиталь в Петербурге и получил известность как успешный глазной хирург. Но уже в 1833 году был назначен чиновником особых поручений при Оренбургском военном губернаторе графе В. А. Перовском, прослужив на этой должности восемь лет. Здесь 18–22 сентября 1833 года он вместе с А. С. Пушкиным ездил по пугачёвским местам[6], а в 1837 году сопровождал императора Николая I в поездке по Оренбургскому краю. Свои новые обязанности Даль сочетал с врачебной практикой, многие считали его лучшим хирургом в Оренбурге. Не миновал Даля и ещё один военный конфликт: в 1839–1840 годах ему довелось участвовать в неудачном Хивинском походе.

В 1841 году Даль возвратился в Петербург. В течение нескольких лет он служил под начальством графа Л. А. Перовского, бывшего одновременно министром уделов и министром внутренних дел. Числясь официально секретарём при товарище министра уделов, Владимир Иванович де факто исполнял обязанности управляющего особой канцелярией при Министерстве внутренних дел.

С 1849 по 1859 год Даль жил в Нижнем Новгороде, занимая место управляющего Нижегородской удельной конторой. Стоит напомнить и такой эпизод в биографии Даля: во время Крымской кампании, находясь в Нижнем Новгороде, он создал один из первых в России добровольческих стрелковых полков. В него вступил сын Даля, Лев, будущий архитектор.

В 1859 году Владимир Иванович вышел в отставку и переехал в Москву. Незадолго до смерти перешёл из лютеранства в православие.

Скончался Владимир Иванович Даль 22 сентября (4 октября) 1872 года в Москве, похоронен на Ваганьковском кладбище.

В. И. Даль был общительным человеком, ему везло на замечательных людей, со многими из которых дружба продолжалась в течение всей жизни. В Морском кадетском корпусе с ним учились будущий флотоводец Павел Нахимов и Дмитрий Завалишин, ставший декабристом. В Дерпте он сдружился с тогдашними студентами – будущим знаменитым хирургом Николаем Пироговым и поэтом Николаем Языковым. Последний познакомил его с В. А. Жуковским, а тот, в свою очередь, – с А. А. Дельвигом, И. А. Крыловым, Н. В. Гоголем, И. С. Тургеневым и др. С редактором журнала «Москвитянин» М. П. Погодиным Даль дружил около сорока лет. Долгие годы сохранялись дружеские отношения с князем В. Ф. Одоевским, писателем и мыслителем; особенно нравились Далю его «Пёстрые сказки Иринея Гомозейки», в чём-то близкие его собственным сказкам. С А. А. Перовским (Антон Погорельский, автор романа «Монастырка», повестей «Чёрная курица», «Двойник» и др.) Владимира Ивановича объединяла не только литература, но и увлечение гомеопатией.

Особая страница жизни В. И. Даля – общение с А. С. Пушкиным. Это не только совместные поездки по пугачёвским местам в Оренбуржье, но многочисленные встречи в Петербурге, беседы. И конечно, известное всем дежурство врача В. И. Даля у постели умирающего Пушкина. На память о Пушкине у Даля остался перстень, который поэт называл талисманом. По словам Мельникова, у Даля же долго хранился сюртук Пушкина «с дырою от пули на правой поле», сюртук, в котором тот был на дуэли[7]. В 1837 году Даль написал «Воспоминания о последних днях жизни А. С. Пушкина».

Литературной деятельностью В. И. Даль стал заниматься, ещё обучаясь в Дерптском университете. В молодости пробовал себя в поэзии и драматургии. Первая поэма «Вадим» была написана в 1818 году, в рукописном виде сохранились две одноактные комедии – «Невеста в мешке, или Билет в Казань» (1821) и «Медведь в маскараде» (1822). А пьеса «Ночь на распутье, или Утро вечера мудренее. Старая бывальщина в лицах» (1839) была переработана в оперу «Чурова долина, или Сон наяву: Волшебная опера в трёх действиях, с превращениями, хорами и балетами»[8]. В 1830 году – Даль, напомним, в это время участвовал в Русско-турецкой войне – на страницах «Московского телеграфа» появилось его первое прозаическое сочинение – повесть «Цыганка».

Тогда же, в начале 1830-х годов, В. И. Даль берёт себе псевдоним – Казак Луганский – и под этим именем издаёт в 1832 году «Русские сказки, из предания народного изустного на грамоту гражданскую переложенные, к быту житейскому приноровленные и поговорками ходячими разукрашенные Казаком Владимиром Луганским. Пяток первый», а через год начинают выходить «Были и небылицы Казака Владимира Луганского» (1833–1839, в 4 книгах). Обе книги принесли Далю литературную славу, но и здесь не обошлось без «капли дёгтя»: «Пяток первый» поначалу оказывается под запретом, тираж книги изымается: в помещённой здесь сказке о чёрте бдительные цензоры усмотрели антицерковную направленность и безнравственность, да и весь сборник управляющий делами Третьего отделения[9] А. Н. Мордвинов расценил как «насмешку над правительством», как «жалобы на горестное положение солдат». С ним был полностью согласен и начальник Третьего отделения А. Х. Бенкендорф. Опять (спустя десять лет) обыск, арест. Последствия могли быть самыми тяжёлыми, но, по одной из версий, спасло заступничество В. А. Жуковского, который на аудиенции у Николая I напомнил про построенный Далем мост. Дело закрыли, с Даля сняли арест и подозрения в неблагонадёжности.

Владимир Иванович стал осторожнее, но продолжал писать. И ещё раз попал в неприятную историю, из-за которой, с большой долей вероятности, ему пришлось уйти из Министерства уделов и покинуть Петербург. Речь идёт о рассказе «Ворожейка», напечатанном в 1848 году в десятом номере журнала «Москвитянин». Вновь цензура усмотрела в тексте «намёк на обычное будто бы бездействие начальства»; возмущённый Л. А. Перовский, по словам А. В. Никитенко, выговорил Далю: «…охота тебе писать что-нибудь, кроме бумаг по службе», что означало «писать – так не служить; служить – так не писать»[10]. Даль выбрал первое и на следующий год был уже в Нижнем Новгороде.

Первые книги Казака Луганского, как, впрочем, и большинство последующих, основывались на фольклорном материале: стилизация сказок, литературная обработка народных преданий, легенд, былинных сюжетов. Названия многих произведений говорят сами за себя: «Илья Муромец. Сказка Руси богатырской» (1836); «Ведьма (украинская сказка)» (1837), «Сказка о Георгии Храбром и о волке» (1836), «Упырь (украинское предание)» (1848, опубл. в 1861), «Полунощник (уральское предание)» (1848, опубл. в 1861) и т. п. Наряду с русскими и украинскими Даль перерабатывал также сказки народов Востока, например в 1839 году вышел сборник «Восточные притчи и сказки, переложенные из устных рассказов жителей Средней Азии».

В историю русской литературы В. И. Даль вошёл и как один из ярких представителей так называемой натуральной школы, преобладающим жанром которой, начиная с 1840-х годов, стал физиологический очерк. Писатели-очеркисты уделяли пристальное внимание быту разных, преимущественно средних слоёв населения, крестьянства, городских «низов», приоритет отдавался социальному анализу, что закономерно вело к сближению художественного творчества с наукой того времени – социологией, статисткой,