Противоповстанчество - Дуглас Порч Страница 2

это тоже как минимум преувеличение, поскольку они почти всегда сводятся к заидеологизированному набору стереотипов и клише. Что тончайшая работа с местными группами влияния в большинстве случаев опирается на какую-то одну этнокультурную, конфессиональную группу населения или политическую силу, наиболее очевидно оппонирующую противнику, а доскональное знание местных течений и процессов — это иллюзия. Что военнослужащие, даже наиболее умные и компетентные, не застрахованы от восприятия окружающей обстановки в режиме «солдат и гуки», а если при этом их еще и освобождают от всяких моральных обязательств за свои действия, то это приводит только к падению воинской дисциплины и быстрому вырождению подразделений в обычные «эскадроны смерти» — причем от этого не застрахованы даже самые элитные части. Излишне говорить, что все это порождает лишь ответное сопротивление и раскручивает спираль насилия, которое мало того, что сильно затрудняет поиск политического решения, но и неизменно бумерангом возвращается в страну оккупанта.

Читатель воочию убедится, что исторически все реальные достижения и результаты в противоповстанческой борьбе были обусловлены применением не тонкого, а наоборот, весьма примитивного инструментария. Если сторона, воюющая с повстанцами, могла спроецировать необходимую силу (почти всегда грубую) на необходимый регион на протяжении нужного количества времени, то она достигала успеха. Репрессивная политика в отношении местных жителей оккупированных территорий, на которых устанавливается контроль, и особенно против тех групп населения, которые считаются социальной базой повстанцев, исторически была масштабна по размаху и жестока по своей практике, — но в конечном итоге вы побеждаете, только убив часть людей и запугав остальных.

Но самая главная мысль, которая красной нитью проходит в данном исследовании, заключается в том, повстанчество — это всегда политическое явление; соответственно, борьба с ним требует вдумчивой политики и грамотной стратегии. И очень плохо, когда эта политика и стратегия подменяется доктриной и технологиями (ведь невозможно разрешить политические и стратегические вопросы тактическими методами), а еще хуже — когда они заменяются идеологией и пропагандой, густо замешанной на коррупции (включая политическую).

И последняя мысль автора, — не обманывайте себя, не существует волшебной таблетки, невозможно бороться с повстанцами «классическими проверенными методами» и при этом не стать преступником с точки зрения современного гуманитарного права. В конце концов, очередное воспроизведение Филиппин, Палестины 1930-х годов, Кении, Малайи, и даже Северной Ирландии 1970-х на экранах телевизоров и смартфонов смотрятся ничуть не лучше и не гуманнее гражданской войны в какой-нибудь Демократической Республике Конго.

Напоследок можно отметить, что учитывая невообразимую сложность языка, которым написана эта строго научная работа, к ней можно было бы отнестись как к некоемому интеллектуальному упражнению, своеобразной рефлексии уважаемого профессора, попытке потешить собственное эго и утереть нос маститым военным теоретикам и ученым, если бы не одно, но очень весомое «НО» — выводы, к которым приходит Дуглас Порч, очень хорошо подтверждаются опытом многих практиков, участников локальных военных конфликтов и операций против партизан, тех самых солдат «малых» войн, как их называет сам автор.

Это глубокое, освежающее и профессиональное историческое исследование, влияние которого выходит далеко за пределы обозначенной в нём тематики. Для военной науки и практики (западной, прежде всего) ее значение сопоставимо со значением, скажем, работ Коперника для астрономии, которые полностью перевернули наше представление об устройстве Вселенной. Эта книга наверняка не понравится адептам западной военной мысли, восторженным поклонникам «лучшей школы социальной антропологии в мире», или фанатам набившей оскомину «мягкой» силы западного образца (за фасадом которой, как правило, обнаруживается обычный колониальный принцип «разделяй и влавствуй» с присущими ему старыми добрыми геноцидными практиками) — все это, как говорится, вкусовщина, только потом не стóит удивляться, почему вначале вы раздаете в кишлаках местным детям конфеты и ремонтируете дороги, а в конце всё заканчивается эвакуацией с крыши посольства, а то и попытками зацепиться за шасси улетающих самолетов.

*****

Традиционно, в завершении необходимо сказать несколько слов о самом переводе. Несмотря на исключительную сложность текста (признаться честно, оригинал поначалу я даже прочитал с трудом), надеюсь, мне удалось точно передать авторские мысли и идеи, одновременно несколько «облегчив» исходный текст (ну не умеет автор внятно выражать свои мысли на бумаге!).

Также я старался не перегружать перевод биографическими данными всех упомянутых автором исторических персонажей, ограничившись только ключевыми фигурами в контексте обсуждаемых тем.

Поскольку автор является заслуженным и уважаемым профессором французской военной истории, весь авторский курсив и все слова-вставки на других языках, которые выделены в оригинале, были сохранены без изменений. Кроме того, читатель должен помнить о том, что фамилии многих героев этой книги, упоминаемых автором, переводились на французский манер (поэтому Ош вместо Гош; Галюла вместо привычного нам Галулы; Леклер, а не знакомый нам Леклерк; Тренкье вместо Тринкье и т. д.).

И все же, никакой перевод — а особенно такой сверхсложный, как этот — не может быть свободен от недостатков и ошибок. Уверен, что их добрая половина так и осталась в тексте. Как всегда, переводчик всегда открыт для конструктивной критики, и все замечания примет с неизменной благодарностью.

Приятного и вдумчивого чтения!

С.Б.

ПРЕДИСЛОВИЕ И БЛАГОДАРНОСТИ

Эта книга была задумана в аудиториях Адъюнктуры Военно-морских сил, где я преподаю для старших офицеров Вооруженных сил США и других стран. Некоторые из них в последние годы вернулись из Ирака и Афганистана, не только разочарованные полученным там опытом, но и убежденные в том, что положения доктрины противоповстанческой войны á la борьба за «сердца и умы», которые они должны были применять с 2007 года, оказались идеалистическими, если не сказать наивными, бесполезными, неосуществимыми и, возможно, институционально жульническими. Короче говоря, их отправили с убийственной задачей, снабдив ложной доктриной, ставшей модной в 2007 году, после выхода в свет полевого наставления FM 3-24: Противоповстанчество в качестве пролога к «Усилению» в Ираке под руководством генерала Дэвида Петреуса. Несомненно, это относится и к майору ВВС США Джону Лофтису, бывшему волонтеру Корпуса мира, безупречному слушателю и мягкому, улыбчивому человеку, ставшему в феврале 2012 года в Афганистане жертвой насилия со стороны сил, считавшимися нейтральными.

В 2010 году профессор Ян Хоффенаар, президент Нидерландской комиссии по вопросам военной истории, пригласил меня выступить в Амстердаме на их 35-м конгрессе по теме борьбы с повстанцами. Я по-прежнему убежден в том, что то, что долгое время называлось «малой» войной в ее различных ипостасях как проявление имперской политики, или же просто противоповстанчеством (Counterinsurgency, COIN)[3], не являет собой отдельную категорию военных действий. Скорее, эти действия заключаются в применении тактики «мелкой» войны[4], которую ее сторонники превозносят в качестве непогрешимого рецепта для осуществления легкого завоевания, государственного