Континент коротких теней - Пауль Вернер Ланге Страница 19

стран, добрались до крайней земли. Мы дошли, рассказывают они, до огромных болот, происхождения которых не знали и местные жители, и ни у кого не может быть надежды это выяснить. Растения так сплетены в воде, что ни пешком, ни на судне нельзя преодолеть эти воды… Там, рассказывали они, мы видели два утеса, из которых вырывались со страшной силой могучие воды Нила. Но будь то исток или только приток Нила, берет ли он там свое начало или лишь появляется вновь после того, как раньше ушел под землю, не думаешь ли ты, что, как бы то ни было, он вытекает из большого подземного озера?».77

63

Замечание Сенеки, что Нерон послал своих центурионов вверх по течению Нила, «ибо наряду с другими добродетелями он прежде всего любил правду», можно расценить лишь как тонкую иронию. Жажда славы, а также советы министров и военных, алчно взиравших на Мероитское и Аксумское царства, побудили императора, к тому же страдавшего манией величия, отдать этот приказ. Легионеры, очевидно, достигли области нильских болот, простирающейся между устьями рек Бахр-эль-Газаль и Собат и получившей название Сэдд. Течение реки здесь очень медленное, образуются запруды и гати из массы плавучих водорослей, папируса, нильской капусты и нильских геоцинтов. Возникшие запруды мгновенно зарастают травой и камышом и производят впечатление твердой земли. Пробиться сквозь такие заросли иногда бывает не под силу даже бегемоту, и на первый взгляд эта картина может послужить иллюстрацией к тому, что рассказывали центурионы.

Однако представляется все же, что тогда уже имелись более глубокие и обширные знания об истоках Нила. Например, Сенека в другом месте своего труда сообщает, что Нил вытекает из двух озер-истоков — «Крокодилового» и «Водопадов», — которые в свою очередь питаются снегами, покрывающими близлежащие горные вершины. Картина почти соответствует действительности, если допустить, что заснеженные близлежащие горные вершины — это горный массив Рувензори, а «озеро Водопадов» — это озеро Альберт78 с водопадами Кабарега. Водных заводей, похожих на озера, где обитает бесчисленное множество крокодилов, найдется в округе предостаточно. Тот, кто объясняет имеющиеся факты подобным образом, упускает из виду озера Кьога и Виктория, но в целом приходит к тем же самым выводам, к каким первоначально могли прийти путешественники, прибывшие с севера.

Кроме того, Гай Плиний Старший спустя буквально несколько лет писал, что, «по некоторым сообщениям», нильские болота являются родиной карликов. Лишь в 1870 году, когда в район Сэдд прибыла исследовательская экспедиция Георга Швейнфурта, выяснилось, что те, чьи рассказы записал Плиний, не фантазировали. «Мухаммед обнаружил нескольких пигмеев… и притащил к моей палатке, несмотря на его отчаянное сопротивление и дикое поведение, странного маленького человека, который сидел на корточках на его правом плече. Чтобы не упасть, он в страхе обхватил голову Мухаммеда и бросал во все стороны испуганные взгляды… Мне оставалось только уставиться во все глаза на реальное, живое воплощение легенды, бытовавшей тысячелетия, зарисовать его и расспросить».79

64

Еще более удивительны сообщения о битвах между пигмеями и журавлями, подобные тем, что были упомянуты два с половиной тысячелетия назад в «Илиаде». Рихард Хенниг, который уделил этому вопросу особое внимание, считает, что нильские болота — это такое место, где можно было наблюдать бои между пигмеями и журавлями, когда пигмеи охотились на журавлей или разоряли их гнезда. Учитывая сообщение Хирхуфа, относящееся примерно к 2300 году до нашей эры, о привезенном им «карлике для божественных танцев», можно с уверенностью предположить, что египтяне обладали достаточными знаниями об этом районе и каким-то образом передали их античной Греции.

«Так лишь на битву построились оба народа с вождями,

Трои сыны устремляются, с говором, с криком, как птицы:

Крик таков журавлей раздается под небом высоким,

Если, избегнув и зимних бурь, и дождей бесконечных,

С криком стадами летят через быстрый поток Океана,

Бранью грозя и убийством мужам малорослым, пигмеям,

С яростью страшной на коих с воздушных высот нападают».

(Гомер, «Илиада»)

В культурном и историко-географическом отношениях такие параллели, бесспорно, очень интересны, но они ни в коей мере не принижают значения того, что совершили оба римских центуриона и их спутники.

Тем же военным целям служил, по-видимому, и поход против «эфиопов», который в 86 году возглавил Юлий Матери и в котором приняло участие союзное племя гарамантов. «Эфиопами» тогда обобщенно называли жителей Тропической Африки. У Геродота о гарамантах написано, что им доставляло удовольствие устраивать охоту на темнокожих людей, преследуя их на боевых колесницах. Римляне и гараманты вместе пересекли Сахару и «после четырехмесячного пути, во время которого продвигались только в южном направлении, прибыли

Болота в районе верхнего Нила.

65

в эфиопскую землю Агисимба, где собираются носороги». Так записано Птолемеем. Агисимбу позже, возможно и неправомерно, отождествляли с оазисом Аир в Республике Нигер, Большинство же авторов считают, что Матери и его войско добрались до озера Чад, в окрестностях которого в те времена обитало множество носорогов.

Во всяком случае, существует единое мнение о том, что Агисимба была самой южной областью Западного Судана, где в античный период побывали греки или римляне. Что явилось причиной такого большого скопления носорогов, обычно ведущих очень размеренный образ жизни, остается неясным, но легионеры, пришедшие сюда с тяжелым оружием, в доспехах и со щитами, обитыми железом, не могли не заметить этого необычного зрелища.

Деятельность греко-римских мореплавателей, быть может, выжимала меньше пота, но была не менее опасной. Поистине счастливое стечение обстоятельств сохранило до наших дней «Перипл Эритрейского моря»- руководство для мореходов, составленное около 100 года греческим купцом-мореплавателем, по существу, лоция Красного моря и части Индийского океана. В ней профессионально и четко дана подробная картина морской торговли между Египтом и Китаем, Малабарским побережьем и Восточной Африкой. Обращается внимание и на опасности, подстерегающие моряков: пираты, штормы, мели. Эти описания и сегодня привлекают внимание специалистов и доказывают, что горизонты тогдашнего мореплавания были шире, чем мы нередко себе представляем, а протяженные морские торговые пути к отдаленным землям не были привилегией только будущих времен.

Ландшафт в окрестностях oзepa Чад

66

Правда, торговля была ограничена рамками, в какие ее посланцев ставил рабовладельческий класс. Например, в «Перипле» речь идет о пряностях, шелке, слоновой кости, ценных породах древесины, ароматических веществах и