Американцы и все остальные: Истоки и смысл внешней политики США - Иван Иванович Курилла Страница 19

Включение афроамериканцев в американскую политическую нацию закрыло навсегда проекты переселения бывших рабов в другие страны. Правда, многие американцы все еще не понимали, как устроить совместное проживание людей разных рас. Президент Улисс Грант пытался в 1869 году аннексировать Доминиканскую Республику, имея в виду — как одну из причин — возможность переселения туда афроамериканцев из южных штатов, где их преследовал ку-клукс-клан. Предполагалось, что в Санто-Доминго (аннексированном Соединенными Штатами) черные американцы смогут жить вместе с людьми собственной расы, но при этом оставаться гражданами США.

Президент также надеялся, что угроза потери дешевой рабочей силы снизит уровень насилия со стороны белых расистов на Юге. Его оппоненты считали возможным обойтись без аннексии, если афроамериканцы, недовольные жизнью на старом Юге, переселятся на запад, например в Канзас и Оклахому.

Переселение оставалось для американцев важным способом решения проблем конфликтного соседства[79].

Революционное переосмысление американской нации повлекло за собой другой шаг: в том же 1868 году, когда в конституции появилась гарантия гражданства всем, кто рожден на территории США, президент Улисс Грант объявил о новой политике по отношению к индейцам. Во время Гражданской войны федеральное правительство закрепило за Днем благодарения статус официального праздника, напоминавшего о том, как индейцы спасли отцов-пилигримов, поделившись с ними пищей. Это решение выглядело как шаг по направлению к интеграции индейцев.

Однако послевоенная политика оказалась более суровой. Удивительным образом текст XIV поправки на индейцев не распространялся. С точки зрения американских государственных деятелей, прежде чем включить индейцев в состав американской нации, их требовалось цивилизовать. Коренных американцев предполагалось переселить на специально выделенные участки земли, а правительственных чиновников по индейским делам заменить по рекомендации церквей на религиозных деятелей. Им поручалась задача надзора над федеральными структурами, занимавшимися индейскими делами, и распространения христианства среди коренных американцев.

Особенно активно в эту работу включились квакеры, которые участвовали в борьбе против рабства, а после окончания Гражданской войны поставили своей целью интеграцию в американское общество в равной степени бывших рабов и индейцев. В 1871 году конгресс США перестал признавать индейские племена суверенными нациями, с которыми США могли заключать договоры. Соединенные Штаты начали переход к ассимиляции индейцев с перспективой включения и их в новый, послевоенный проект американской нации.

Попытки переселить индейцев, а также воспрепятствовать им кочевать по Великим равнинам вскоре привели к обострению отношений. Дело осложнилось тем, что еще в ходе Гражданской войны Авраам Линкольн принял два решения, которые современник тех событий Карл Маркс не зря назвал революционными. Первым была отмена рабства, а вторым — акт о гомстедах, открывший для тысяч людей возможность приобретения земли на западе США. Конечно же, это были земли индейских племен. Так Гражданская война плавно перешла в два продолжительных конфликта: юг страны подвергался Реконструкции при помощи федеральных войск и чиновников с севера, а на западе в самую горячую фазу вошли войны с индейцами.

Кавалерия США преследует индейцев, 1876 год. Литография. 1899 год

Войны с коренными американцами вспыхивали постоянно начиная с XVII века, однако именно сражения на Великих равнинах во второй половине XIX века стали наиболее кровопролитными. Они же завершили вытеснение индейцев в резервации и превращение некогда самостоятельных народов в получателей государственного довольствия. Среди самых известных войн этого периода — война с народом сиу в 1876–1881 годах, в ходе которой американская армия потерпела поражение у Литтл Биг-хорна (в этой битве погиб знаменитый кавалерийский командир Джордж Кастер). Память об этом сражении сохранилась в американской культуре, но в итоге все же организованная армия взяла верх.

Именно к этому периоду относится разговор генерала Филиппа Шеридана с вождем команчей по имени Тосави Серебряная Брошь. Индеец якобы сказал американцу: «Моя — хороший индеец», — на что получил ответ: «Хороших индейцев я видел только мертвых». Фраза «хороший индеец — мертвый индеец» стала популярным маркером отношения белых к коренным американцам, хотя среди офицеров американской армии были и те, кто относился к индейцам с сочувствием[80].

Важнейшим фактором победы белых стало истребление бизонов (буффало) на Великих равнинах — основного источника существования индейских племен. Тем не менее к концу 1870-х годов американское общество пришло к выводу, что политика, начатая Грантом, оказалась провальной, приведя лишь к самым кровавым войнам за всю историю отношений с индейцами. В 1877 году следующий президент США Резерфорд Хейс начал менять политику в отношении индейцев, а в 1882 году религиозные организации утратили доступ к управлению. Попытка насильственного включения индейцев в американскую нацию потерпела крах.

Гражданская война, перешедшая в новый кризис американской идентичности, не располагала к ведению глобальной внешней политики. Однако окончание войны вдохнуло новую энергию в тех государственных деятелей, кто конструировал континентальное будущее Соединенных Штатов. Уильям Генри Сьюард, государственный секретарь в кабинетах Линкольна и его преемника Эндрю Джонсона, обеспечивший покупку Русской Америки, имел весьма обширные планы. Выступая в Бостоне в 1867 году, он заявил: «Дайте мне еще пятьдесят, сорок, тридцать лет жизни, и я обеспечу вам владение Американским континентом и контроль над миром»[81]. И все же на ближайшие три десятилетия американская нация сосредоточилась на переосмыслении себя.

Поблекшая республиканская модель

Гражданская война нанесла жестокий удар по привлекательности американской модели в мире. Кровопролитные сражения, а затем и убийство президента Линкольна (это был первый убитый президент) подрывали не только веру американцев в свою избранность, но и желание других народов следовать примеру США.

Политика других держав по отношению к Соединенным Штатам в тот период основывалась на использовании возможностей, возникших в результате ослабления североамериканского государства, в то время как общественное мнение либеральной Европы поддерживало отмену рабства, осуждало братоубийство и в целом не могло продолжать считать заокеанскую республику привлекательной моделью для собственного развития. Именно в 1860-е годы в Италии и Германии политические движения, выступавшие за объединение стран «снизу», по республиканскому образцу, проиграли монархическим проектам, поддерживавшим объединение «сверху».

Европейские страны и соседи по континенту по-разному восприняли американскую Гражданскую войну и вызванные ею перемены. Каждый народ реагировал на новости из США, исходя из собственной повестки дня, и внимание фокусировалось на разном. Так, чиновники и жители Российской империи, переживавшей начало эпохи Великих реформ и буквально только что, в 1861 году, избавившейся от крепостного права, видели в событиях за океаном аналогичный кризис, проходящий в более жестком варианте. Кроме того, восстание в Польше в 1863 году дало повод для отправки за океан русской эскадры, которая таким образом вышла в открытый океан и была готова к крейсерству в случаев вмешательства Англии на стороне поляков