Тайны государственных переворотов и революций - Галина Цыбиковна Малаховская Страница 19

ЧАСТЬ IV

О ЗОЛОТЕ

ЗОЛОТОЙ ЗАПАС РОССИИ

Данный документ публикуется впервые. Он представляет собой справку, извлеченную из так называемого Пражского архива русской эмиграции. В этой справке содержится подробная опись золотого запаса Российской империи, оказавшегося в августе 1918 года в Казани, а позже в составе «золотого эшелона», частично доставшегося большевикам. Уникальный документ обнаружен российскими архивистами Я. Леонтьевым и Л. Петрушевой.

Справка по золоту

На баланс Омского Отделения Государственного Банка было зачислено золота, эвакуированного из Самары:

1) Слитки Монетного двора в ящиках Казанского Отдел. на 32 378 040 р. 44 к.

2) — ===== — Московской конторы на 32 528 730 р. 23 к.

3) — ===== — частных аффиноров Казанского Отдел. на 5 193 069 р. 76 к.

4) — ===== — банков на 5 364 674 р. 30 к.

5) — ===== — Московской конторы на 13 005 359 р. 45 к.

6) Золотые полосы Казанского Отдел. на 529 594 р. 24 к

7) — === — кружки Казанского Отдел. на 525 477 р. 23 к.

8) Слитки Монетного двора, присланные из Золотоплавильной лаборатории на 486 598 р.

9) Российская золотая монета на 499 435 177 р. 65 к.

10 — === — дефектная и старой чеканки на 15 385 566 р. 13 к.

11) Иностранная золотая монета 40 577 839 р. 36 к.

Итого; 645 410096 р. 79 к.

Сколько и в каком виде было «романовского» золота.

Сверх того — золотые предметы Главной Палаты мер и весов, золотые и платиновые самородки, золотистое серебро, серебристое золото и др. в 514 ящиках Монетного двора, в сумме 6 122 021 р. 07 к.

Итого было поставлено на счет золота, принадлежащего Банку, 651 532 117 р. 86 к.

Переотправка золота производилась исключительно на адрес Владивостокского Отделения Государственного Банка, куда в марте, августе и сентябре 1919 года было отправлено золота на сумму 190899 651 р. 50 к. Сверх того, в октябре 1919 года было отправлено во Владивосток, но задержано в Чите золота в слитках на 10 577 774 р. 06 к. и в монете российской на 33 000000 р., всего на 43 557 774 р. 06 к.

Во Владивосток же были отправлены вышеозначенные 514 ящиков.

При эвакуации Омского Отделения была направлена на Восток вся оставшаяся наличность металлов, причем все золото было погружено в особый эшелон, находящийся ныне на ст. Иркутск.

После проверки особой Комиссией числа мест с золотом, находящимся в эшелоне на ст. Иркутск, произведенной в конце февраля и начале марта сего 1920 года, оказалось; 4944 ящика с полноценной российской монетой; 1405 двойных мешков с такой же монетой; 262 (двойных) мешка с дефектной и старой монетой; 11 малых (мешков), 194 ящика со слитками, 3 (ящика) с вырубками и 2 (ящика) с золотом, полученных по пути следования от Пермского Отделения Государственного Банка. Всего 6821 место.

Согласно имеющимся данным количество находящегося в эшелоне золота в рублях и копейках исчисляется:

Итого монет: 396 620 743 р. 78 к.

197 мест со слитками и вырубками, принадлежавшими частным банкам (в ящиках Московской конторы Гос. 5) и оцененными, согласно отношения Московской конторы от 15 июня 1918 года за № 31727, в сумме 13 005 359 р. 45 к. Всего на сумму: 409 624 103 р. 23 к., т. е. менее против той суммы, каковая должна была быть, на 840000 р. (утрачен мешок на 60 000 руб. и похищено 13 ящиков на 780 000 руб.).

7 марта 1920 г.

Директор

(подпись разборчивая)

ЦГАОР СССР. Ф. 143. Оп. 14. Д. 24. Ял. 8–9.

ЗОЛОТО ИСПАНИИ

В 1936 году испанские республиканцы согласились сдать на хранение большую часть испанского запаса общей стоимостью более полумиллиарда долларов в Москву. Документ о передаче золота подписали премьер-министр Испанской Республики Франциско Ларго Кабальеро и заместитель народного комиссара по иностранным делам Крестинский, расстрелянный позже как враг народа вместе с Бухариным после показательного процесса в 1938 году.

Доставка золота Испанской Республики в Москву была поручена Александру Орлову, занимавшему должность резидента в Испании. За эту дерзкую операцию его повысили в звании. Газета «Правда» сообщала о том, что старший майор госбезопасности Никольский награждается орденом Ленина за выполнение важного правительственного задания.

Настоящая фамилия Орлова-Никольского — Фельдбин, он же «Швед» или «Лева». На Западе он известен как Александр Орлов.

Орлов отлично владел английским, немецким и французским языками. Им написан учебник для высшей спецшколы НКВД по привлечению к агентурному сотрудничеству иностранцев. Из числа своих осведомителей Орлову удалось создать группу неофициальной аудиторской проверки, которая выявила истинные доходы нэпманов. Этой негласной ревизионной службой Орлова руководил лично Слуцкий, в то время начальник экономического отдела, который затем, став руководителем Иностранного отдела, перевел Орлова на службу в закордонную разведку. В 1934–1935 годах Орлов был нелегальным резидентом в Лондоне, ему удалось укрепить связи с известной всему миру группой: Филби, Макклин, Берджес, Кернкросс, Блайт и др.

В августе 1936 года он был послан в Испанию, а в сентябре выдвинут на должность резидента.

Он сыграл видную роль в ликвидации руководителя испанских троцкистов Андреа Нина. Нин за участие в мятеже троцкистов в Барселоне был арестован республиканскими властями, а потом похищен Орловым из тюрьмы и убит неподалеку от этого города. Затем Орлов написал антитроцкий памфлет, распространив его от имени Андреа Нина, и создал принятую официальными властями версию о содействии немецких спецслужб побегу Нина из-под стражи. Эта акция нанесла серьезный урон престижу троцкистского движения в Испании. Об успешных дезинформационных действиях Орлова и ликвидации троцкистов в Испании Ежов, в то время нарком внутренних дел, непосредственно докладывал Сталину.

В июле 1938 года Орлов скрылся и в ноябре объявился в Америке. Оттуда он направил письмо лично Сталину и Ежову, в котором объяснял причины своего побега. В письме также говорилось, что в случае попыток выяснить его местонахождение или установить за ним слежку он даст указание своему адвокату обнародовать документы, помещенные им в сейф в швейцарском банке. В них содержалась информация о фальсификации материалов, переданных международному комитету за невмешательство в гражданскую войну в Испании. Орлов угрожал рассказать всю историю, связанную с вывозом испанского золота, его тайной доставкой в Москву со ссылкой на соответствующие документы. Это разоблачение поставило бы в неловкое положение как советское правительство, так и многочисленных испанских беженцев, поскольку советская военная поддержка республиканцев в гражданской войне считалась официально бескорыстной. Плата, полученная Советами в виде