Немецкая Ганза в России - Артур Винклер Страница 15

предоставил урегулирование проблемы лифляндским городам, и ганзейский съезд в Вольмаре постановил перевести на немецкий язык тексты договоров с русскими, хранившиеся в Риге. Сделать это должны были переводчики из Дерпта и Ревеля. Отношения между лифляндскими и имперскими городами вновь ухудшились, когда Рига запретила заключение сделок между чужеземными купцами — таким образом, жители германских городов могли торговать с русскими только при посредничестве лифляндцев. Любек потребовал отменить это постановление, однако рижане наотрез отказались.

Противостояние между лифляндскими и германскими ганзейскими городами вновь стало явным. Рига, Ревель и Дерпт стремились занять монопольное положение в торговле с Россией[42]. Однако тем временем в самой России начались масштабные политические изменения, которые радикальным образом повлияли на торговлю и заставили немецкие дворы на берегах Волхова и Великой опустеть навсегда.

Глава 6.

Подчинение Новгорода Москве

Союз Ивана III и Максимилиана I

Дни независимости Новгорода были сочтены с того момента, как на московский престол вступил Иван III Васильевич. Этот князь взял в жены племянницу последнего византийского императора и провозгласил себя царем; на его гербе красовался двуглавый орел. Именно ему Россия обязана своим освобождением от татарского ига, своим единством, своим письменным правом. Он же ввел кнут, наказание которым было доселе неизвестно в России. Благодаря хитрости, лукавству и несгибаемой твердости Иван III смог достичь своей цели. Его жажда власти не знала границ, всех своих братьев и родственников он заковал в кандалы и бросил в темницу[43].

Еще ребенком этот князь стал соправителем своего отца Василия Васильевича, ослепленного собственным племянником. После смерти Василия в 1462 году Иван III, которому к тому времени исполнилось 22 года, стал единовластным правителем Московского княжества. Сначала он демонстрировал мягкость и умеренность по отношению к своим подданным, но уже первый успех в борьбе против Казанского ханства позволил ему сбросить маску. Его гнев обратился на гордый Новгород, которому Иван III уже нанес сильный удар, позволив Пскову обрести полную независимость. Теперь монарх потребовал от новгородцев принести ему присягу, аргументируя это тем, что его предки носили титул «великих князей Владимирских, Новгородских и всея Руси».

Новгородцы отвергли требование Ивана III и решили принять подданство Казимира, короля Польши и великого князя Литовского. Тот принял их предложение и взял на себя обязательство править «на основе всех старых свобод». Король подписал с новгородцами договор, в котором, в частности, имелась следующая статья: «Литовские купцы могут вести торговлю с немцами только при посредничестве новгородцев. Немецкий двор тебе не подчинен, ты не имеешь права закрывать его». Иван III еще раз приказал городу подчиниться, однако его посланник вернулся ни с чем, заявив, что не слова и письма, а лишь меч может заставить новгородцев покориться.

Обе стороны стали готовиться к войне. 14 июля 1471 году на реке Шелони состоялась битва, в которой москвичи и псковичи одержали победу над новгородцами. После короткого сопротивления Новгород сдался на милость победителя. Он должен был заплатить 80 пудов серебра и согласиться на введение подушной подати в пользу великого князя. Кроме того, новгородцы обязались разорвать все связи с Казимиром, отменить народные суды и признать верховную судебную власть московского властителя. У Новгорода еще оставались определенные элементы самоуправления, но и они вызывали у Ивана III подозрение. В 1475 году монарх направился на берега Волхова, чтобы судить новгородских бояр. С большим грузом золота и сокровищ он вернулся в Москву; новгородцы смогли еще раз избежать расправы, продемонстрировав смирение. Однако когда в 1477 году вече и архиепископ отправили к Ивану послов, последних склонили в Москве обещаниями и подарками к тому, чтобы обращаться к великому князю не «господин» (как того требовала традиция), а «государь». Это означало, что они признавали его неограниченным властителем Новгорода.

После бурных обсуждений узнавшие об этом новгородцы направили Ивану III письмо следующего содержания: «Мы приветствуем тебя, нашего господина и великого князя, но не считаем своим государем. Накажи за обман тех, кто предложил тебе стать государем Новгорода. Мы тоже накажем предателей. Простираемся ниц перед тобой, нашим господином, дабы ты правил нами по старому обычаю, как обещал».

Ответом Ивана III стало объявление войны. Уже 27 ноября 1477 года он стоял перед воротами города, жители которого приготовились к обороне. Однако городская община была расколота; пока одни призывали сражаться и умереть «за свободу и Святую Софию», другие настаивали на переговорах с великим князем. Вторые в итоге взяли верх. После нескольких недель переговоров город капитулировал безо всяких условий, а его жители согласились присягнуть Ивану III как своему государю. Великий князь был счастлив овладеть Новгородом без боя, милостиво обошелся с его жителями и вернулся в Москву с богатой добычей.

Могущество города на Волхове было сломлено навсегда. Все попытки сбросить московское иго оказались утоплены в крови. Для более надежного подчинения Новгорода множество его жителей были насильно переселены во внутренние районы Московского государства. Их имущество поделили между московскими боярами, воинами и купцами.

Обитатели немецких дворов вынуждены были многое вытерпеть в эти годы. Когда Иван III осадил город, у немцев отобрали все имущество и заперли в их факториях. Лифляндцы думали о том, чтобы восполнить свои потери за счет находившихся в Нарве русских товаров, однако от этой мысли пришлось отказаться, чтобы не подвергать опасности оставшихся в Новгороде земляков. Вся торговля с Россией, однако, прекратилась, и обитатели дворов Святого Петра и Святого Олафа получили из Дерпта указание покинуть Новгород при первой возможности. Для этого лифляндцы запросили помощь Нарвы.

В Ливонии с тревогой ждали нападения великого князя. Иван III демонстрировал свою неприязнь к Ливонскому ордену, несмотря на то что рыцари и города потратили большие деньги на торжественную встречу его невесты, ехавшей из Рима в Россию через Германию, Любек и Ревель. Покончив со всеми очагами смуты внутри своих владений, Иван III стал думать о том, чтобы выйти к балтийскому побережью. Ливонский орден тоже начал готовиться к войне и призвал на помощь ганзейские города. Последние, однако, вместо отправки 2000 солдат согласились лишь на то, чтобы в течение пяти лет собирать в пользу Ливонии специальный налог. В этой ситуации лифляндские города приняли решение в случае начала войны с русскими призвать в ряды своего войска германских купцов, находившихся в Ливонии.

В 1480 году Любек поручил лифляндским городам провести с новгородцами переговоры о мирном соглашении сроком на два года; договор должен был быть утвержден великим князем Московским. В 1482 году в Нарве было установлено десятилетнее