Анабасис. Греческая история - Ксенофонт Эфесский Страница 110

послан своим государством принести жертву Зевсу53, элейцы воспрепятствовали ему совершить молебствие о даровании победы на войне, указывая ему, что было древнее постановление, что греки не могут обращаться к оракулу, идя на войну с греками же. Таким образом, ему пришлось вернуться, не совершив жертвоприношения. Гневаясь 23 за все это, эфоры и экклесия постановили дать хороший урок элейцам. Отправив послов в Элиду, они сказали, что лакедемонское правительство считает справедливым, чтобы они даровали автономию подчиненным городам54. Когда же элейцы ответили, что они этого не сделают, так как добыли эти города как военную добычу, эфоры объявили сбор войска55. Агис во главе войска вторгся через Ахею в Элею близ 24 Ларисы. Через самое короткое время после того, как войско вторглось во вражескую страну и стало вырубать деревья, произошло землетрясение. Агис счел это божественным предзнаменованием, удалился из страны и распустил войско. После этого элейцы стали гораздо более уверенными в себе и отправили послов56 в государства, которые, по их сведени-25 ям, были враждебны лакедемонянам. В том же году эфоры объявляют новый поход на Элиду;57 союзниками Агиса в этом походе были афиняне и все союзники, кроме беотийцев и коринфян. Когда Агис вторгся в Элиду через Авлон, тотчас же к нему присоединились отложившиеся от элейцев лепреаты, затем макистийцы, а вместе с ними эпиталийцы. Когда же он перешел через реку58, к нему присоединились еще ле-26 тринцы, амфидольцы и марганейцы. После этого он прибыл в Олимпию и стал совершать жертвоприношения Зевсу Олимпийскому, причем никто уже не пытался ему препятствовать. Совершив жертвоприношения, он отправился к городу, сжигая и вырубая все вокруг себя, и захватил в этой области очень много скота и рабов. Услышав это, также и многие не участвовавшие в походе аркадяне и ахейцы по собственной воле вторглись в Элиду и приняли участие в разграблении страны. Таким образом, этот поход был как бы 27 заготовкой провизии для Пелопоннеса. Подойдя к городу, он разрушил предместья и гимнасии59, отличавшиеся своей красотой, самого же города он не взял, хотя он не был укреплен. Полагали, что скорее он не хотел его взять, чем не мог60. В то время как он опустошал страну и войско было близ Киллены, приверженцы Ксения61, про которого говорили, что ему приходилось измерять медимном серебро62, полученное в наследство от отца, желая против воли своих сограждан присоединиться к лакедемонянам, собрались в каком-то доме и, устремившись оттуда с обнаженными мечами, устроили побоище. В числе прочих они убили кого-то похожего на народного вождя Фрасидея, думая, что убили самого Фра-сидея. При вести о его смерти народ впал в глубокое уныние и не пытался бунтовать, а убийцы думали, что все уже сдела-28 но, и их единомышленники вынесли оружие на площадь. В действительности же Фрасидей еще спал там, где он свалился пьяный. Когда же народ узнал, что Фрасидей не умер, весь дом его наполнился посетителями, они обступили также его дом со всех сторон, как рой вокруг пчелиной матки. Когда же народ вышел на бой с Фрасидеем во главе, он победил в произошедшей схватке, а учинившие побоище бежали к лакедемонянам. Агис, вернувшись, снова перешел Алфей, оставил 29 в Эпиталии, вблизи Алфея, гарнизон с гармостом Лисиппом63 во главе и беглецов из Элиды, распустил войско и сам вернулся на родину64. Остальную часть лета и наступившую зиму Элида подвергалась грабежам Лисиппа и его отряда. На 30 следующее лето Фрасидей отправил в Лакедемон послов, передавших, что он соглашается срыть стены Феи и Киллены, даровать автономию трифилидским городам Фриксе и Эпиталию, Летринам, Амфидолам и Марганеям и, кроме того, всей Акрорее, в том числе и Ласиону, оспариваемому аркадянами65. Зато элейцы считали справедливым удержать за собой город Эпей, расположенный между Гереей и Макистом, так как они, по их словам, купили всю эту область у владевших прежде городом за тридцать талантов и уплатили им наличные деньги. Но лакедемоняне, полагая, что ни-31 чуть не более справедливо насильно купить, чем насильно отобрать у слабейшего, заставили элейцев дать автономию и этому городу. Заведовать же святилищем Зевса Олимпийского лакедемоняне не помешали элейцам, хотя это право искони и не принадлежало им66, так как оспаривавшие эту честь у элейцев были крестьянами и им, по мнению лакедемонян, совсем не подобало заведовать святилищем. На таких условиях был заключен мир и союз элейцев с лакедемонянами. Так окончилась война между этими государствами.

3 1 После этого Агис прибыл в Дельфы и принес в жертву десятину67 добычи. На пути из Дельф, в Герее, Агис, бывший уже глубоким стариком, занемог и был перенесен еще живым в Лакедемон, где вскоре скончался. При погребении ему были оказаны большие почести, чем воздаются смертным68. Когда же дни публичного траура69 прошли и надлежало решить, кому быть царем, возникло соревнование за царскую власть между Леотихидом, утверждавшим, что он сын Аги-2 са, и Агесилаем, братом последнего. Леотихид сказал: «Агесилай, по закону царствовать надлежит не брату, а сыну царя; только если нет сына, престол занимает брат». — «Так, значит, — ответил тот, — мне следует быть царем». — «Каким образом? Я же существую!» — «Потому что тот, кого ты называешь отцом, сказал, что ты не его сын». — «Но мать, которая гораздо лучше его должна знать об этом, и по сию пору утверждает обратное». — «Но ведь Посейдон дал знамение, что твое утверждение совершенно ложно, изгнав при помощи землетрясения твоего настоящего отца70 из спальни твоей матери на улицу, где его увидели все. Другим свидетелем этого является и время, про которое недаром говорят, что оно всегда обнаруживает истину: ты родился как раз на десятый месяц после того времени, как он проник в спальню тво-3 ей матери и зачал тебя». На этом кончился их разговор. Диопиф, известный как хороший прорицатель, будучи сторонником Леотихида, заявил, что есть предсказание от Аполлона, предписывающее остерегаться хромого царствования71. Лисандр же, будучи сторонником Агесилая, возразил ему, что, по его мнению, божество не имеет здесь в виду хромоту как физический недостаток, но скорее предписывает остерегаться, чтобы престола не занял человек, не принадлежа-4 щий к царскому роду. «Ведь очень уж хромым будет у нас царствование, если во главе города будет стоять не принадлежащий к потомству Геракла»72. Выслушав эти заявления обоих, город избрал царем Агесилая.

Агесилай не процарствовал еще года73, как однажды, в то время как он приносил одно из установленных жертвоприношений от имени города,