Красная Литва. Никто не хотел умирать - И. Э. Исаева Страница 11

работало в среднем 2,1 рабочего, Мариямпольском – 3,57, Шакяйском – 2,9, в уезде Вилкавишкиса – 4, Каунаском – 3,15, в то время как в остальной Литве – 2,7. Соответственно и заработная плата здесь была самая меньшая: в 1935 г. в Алитуском уезде батрак получал 149 литов в год, Мариямпольском – 185, Шакяйском – 209, в уезде Вилкавишкиса – 186, в Каунаском – 200, в то время как в остальной Литве – 230. Вместе с тем здесь росло и влияние в подполье действовавшей Компартии. Например, а уездах Вилкавишкиса, Мариямполе, Алитуса и Каунаса (без города) партия коммунистов в июне 1932 г. имела 152 члена, а в июле-августе 1935 г. уже 540. При всем этом, на волнения средних и малоземельных крестьян могли влиять и общие настроения и действия тогдашних литовских рабочих, так как в то время сильно активизировалось забастовочное движение.

Подготовка этой массовой забастовки началась в первой половине 1935 г. Инициаторами были сами крестьяне (коммунисты присоединились к забастовке уже после ее начала, стремясь придать ей больше организованности). В июле в волости Пакуонис, Приенай, Гражишкяй начались раздаваться написанные крестьянами отзывы о положении трудовых крестьян и их бесправности, крестьян призывали не продавать сельских продуктов, не платить налогов, не выполнять указаний властей, пока не будет улучшено их положение. В подготовке чувствуется влияние опыта рабочей борьбы. Например, в отзыве крестьян Гражишкяйской волости говорилось:

«Мы, литовские хозяева, видя под своими ногами темную пропасть, должны насколько возможно сами себя спасать. Но как можно себя спасать? Ведь власть имеет армию, за шагом каждого крестьянина следит полицейский, шпик или подобный ему. Нельзя посоветоваться ни через печать, ни просто так. Но все-таки есть меры, при помощи которых зарубежные крестьяне и рабочие уже себя спасали. А эта мера называется забастовкой. Значит, если рабочие фабрики договорились совсем не идти и не идут на фабрику работать. Если крестьяне, то не возят в город и совсем не продают свою продукцию, не платят налоги и не выполняют всякие повинности пока власть или кто-нибудь другой их состояния не улучшит… Поэтому и нам, крестьянам Литвы, только и остается хвататься за это давно в других местах испробованное оружие».

Начало забастовки было назначено на 20 августа 1935 г. и должно было закончиться 20 сентября. Уже 19 августа на дороге Приенай-Алитус появились первые пикеты крестьян, которые не давали ничего ввезти на базар, ничего продавать и ничего покупать.

В забастовке объединились как малоземельные и средние крестьяне, так и сельские рабочие. В отзыве «Братья литовские крестьяне и рабочие» говорилось:

«Так что, братья крестьяне и рабочие, сегодня нас уже бедность заставляет объединяться, так что один за всех, все за одного, потому что только единство – сила, в единстве мы победим, потому что правда на нашей стороне».

Забастовка получила довольно широкий размах и репрессии со стороны сметонской диктатуры не заставили себя ждать. 26 августа в Приенай состоялся 3-тысячный митинг, на котором была выбрана делегация для переговоров с представителями власти. Незадолго требования забастовщиков были вручены начальнику уезда. Но уже в следующую ночь начались аресты членов делегации. Утром приехавшая в деревню Кунигишкяй полиция пыталась арестовать и члена делегации коммуниста П. Жвирблиса, но собравшиеся толпа из 200 крестьян не позволила этого сделать. Аресты вызвали широкое недовольство. 27 августа в деревне Шилавота собравшаяся толпа крестьян разоружила полицейского, связалась с Приенай и Мариамполе и потребовала отпустить арестованных. В долине Шалтупис собралась толпа из 300 человек, которая остановила полицию, везшую арестованных. Кровавое столкновение потребовало жертв, но арестованные были освобождены. Также столкновения с полицией, унесшие несколько крестьянских жизней, произошли в Приенай и Вейверяй. В Бутримоняй 500 крестьян и сельскохозяйственных рабочих после столкновения с полицией с красным флагом заняли почту, где обосновался местный забастовочный штаб. Их разогнала приехавшая пограничная полиция и курсанты каунасской школы полицейских. Столкновения происходили и в других местах. Начались конфликты и с кулачеством, которое чаще всего играла роль штрейкбрехеров. Первые столкновения между ними и забастовщиками произошли уже 21–22 августа около городка Ишлаужас, где пикетчики стали уничтожать продукты, перевозимые кулаками.

В конце августа первый пыл боев спал, и новая волна столкновений поднялась во второй половине сентября из-за продолжавшихся арестов. Например, 21 сентября в уезде Вилкавишкиса в волости Гражишкес полиция арестовала трех активных участников забастовки. В другой день в городке собрались 300 крестьян и сельских рабочих, которые разоружили полицейских и освободили арестованных. Полиция вызвала подкрепление и начала массовые аресты. 23 сентября 400 людей труда собирались опять ехать в город, но на окраине города их встретила полиция и открыла огонь, вследствие чего несколько крестьян были ранены, один погиб, а толпа рассеялась.

Разные столкновения с полицией и сборщиками налогов происходили ещё долго, но постепенно режиму Сметоны посредством преследований, арестов и расстрелов удалось поддавить волнения. 18 человек были казнены смертной казнью (один отравлен в газовой камере). Всего в том году «за сопротивление государственным органам и мятеж» по официальным данным в тюрьму попало 16 495 людей. Также забастовка проиграла из-за недостаточной организованности, несогласования действий в разных местах.

Как бы там ни было, это был выброс классовой борьбы, поддавить который буржуазной диктатуре удалось только временно. Например, уже 18 марта 1939 г. в бюллетене департамента госбезопасности говорилось, что «в сувалковском крае проявляются признаки нового брожения крестьян. Надо заметить, чтобы проявится такому движению в крупном масштабе, условия создаются каждый раз все благоприятнее. В последнее время деревенские трудящиеся все чаще жалуются своим экономическим положением…».

Яков Владимирович Смушкевич (генерал Дуглас)

Также огромный масштаб получила всеобщая политическая забастовка каунасских рабочих 1936 г. Все началось с того, что рабочий А. Кранаускас, придя в отчаяние, убил хозяина лесопильни и застрелился. Его похороны, происходившие 17 июня 1936 года, стали огромной политической демонстрацией с участием 30 тыс. людей, которую готовила и ею руководила Литовская Компартия. В демонстрации рабочие требовали демократических выборов в сейм, освобождения политических заключенных и т. п. Попытки полиции преградить путь демонстрантам к центру города привели к кровавому столкновению, в котором один рабочий погиб и многие были ранены. В знак протеста было решено уже на следующий день начать всеобщую городскую забастовку, и 18 июня в полдень рабочие всех каунасских фабрик, мастерских, строек, транспорта и т. д. перестали работать. Несмотря на то, что режим пытался подавить забастовку, запретил собираться на улицах, перекрыл движение на дорогах, послал в Каунас дополнительные силы полиции, а аресты начал ещё в день похорон, трудящиеся собирались на митинги в городе и в пригородах. В разных местах начались столкновения