Политическая история Финляндии 1809-2009 - Осмо Юссила Страница 101

сохранили для партии на последнем этапе тысячи голосов. Если на этот раз избиратели продемонстрировали столь низкую активность (71,9%), то в этом не было вины центристов. По всей вероятности, в выборах не участвовали те, кто в течение длительного времени не имел работы, и малообеспеченные граждане, павшие духом из-за мероприятий по урезанию бюджета, проведенных непреклонным министром финансов, или только что достигшие избирательного возраста молодые люди, которых политика не смогла увлечь.

Наиболее существенной чертой этих парламентских выборов было то, что «усталость» избирателей никак не сказалась на результатах, достигнутых социал-демократами. Парламентская фракция СДПФ получила 15 новых мест (столько же, сколько ФЦ на предыдущих выборах). Показатель 1995 г. (всего 63 места) был самым высоким после выборов 1939 г., на которых социал-демократы получили 85 депутатских мандатов. Левый союз, оправившийся от состояния упадка, явившегося следствием «раздела имущества» в ДСНФ, получил на выборах 22 места; общее число мест СДПФ и Левого союза теперь было равно количеству мест, принадлежавших социал-демократам в парламенте 1939 г., когда они представляли левых.

Принимая во внимание обстоятельства, со своей задачей справились и центристы, оставив за собой 44 депутатских места (таким образом, из «трофея», добытого партией на предыдущих выборах, ей осталось четыре места). Еще меньшие потери понесла НКП, утратившая только одно место, хотя можно было предполагать, что имидж партии куда больше пострадает от кризисной линии Виинанена. На самом деле министр финансов оказался настоящим фаворитом этой избирательной кампании. В парламенте появилась новая партия «Младофинны»[155], избирательная кампания которой, удивившая всех, хотя и строившаяся на неясной идеологии, «отобрала» голоса главным образом у НКП и принесла партии два депутатских места.

«Правительство всех цветов радуги»

Поскольку социал-демократы отказались сотрудничать на правительственном уровне с центристами, при формировании следующего правительства НКП вновь получила право выбора. Несмотря на «сладкие призывы сирены» Эско Ахо, она решительно поменяла компаньона и приняла предложение нового председателя СДПФ Пааво Липпонена, которому президент поручил сформировать кабинет министров. Если выбор НКП по некоторым признакам, в частности после контактов СДПФ с руководством промышленных кругов, можно было предвидеть, то участие Левого союза в коалиции, ранее отвергаемой им по идейным соображениям, вызвало удивление.

Умелая тактика Пааво Липпонена, направленная на защиту или нейтрализацию левого фланга (некоторые считали это даже попыткой слияния), конечно, не могла бы иметь успеха без согласия НКП, выступавшей в годы «холодной войны» с безусловно антикоммунистических позиций. Теперь в результате сближения крайних политических полюсов, правых и левых, произошедшего впервые в истории независимой Финляндии, достигла своей кульминации политика консенсуса, ставшая идейной основой правительства Липпонена. Вторым, хотя и не столь неожиданным сюрпризом явилось то, что наряду с интересами промышленности, которые представляла главным образом НКП, при формировании правительства нашла отражение и другая тенденция: впервые в Финляндии один из министерских постов достался зеленым, причем это был председатель партии, который только что покинул парламент, не будучи переизбран. Коалицию — от одного политического полюса до другого — метко окрестили «правительством всех цветов радуги».

На практике политика правительства оказалась довольно правого толка. Министрам-коал и пионерам без труда удалось определить собственный профиль за счет других. Министром финансов был назначен новый председатель Коалиционной партии Саули Ниинистё, который вскоре стал ключевой фигурой в правительстве. Ведь премьер-министр при решении экономических проблем вынужден был прибегать к помощи Ниинистё. В свою очередь бурная карьера второго министра финансов социал-демократки Арьи Алхо и ее отставка, которая косвенно была связана с запутанными кредитными делами бывшего товарища по партии и генерального директора банка STS (Рабочий сберегательный банк Финляндии), значительно подпортили репутацию СДПФ на следующий парламентский период. Министерское кресло после Алхо заняла в 1997 году председатель Левого союза Суви-Анне Сиимес.

Теоретическое большинство в парламенте, которое состояло из 136 депутатов от правительственных партий, не всегда удавалось реализовать на практике, так как многие депутаты от правительственных партий, особенно из фракций Левого союза и «зеленых», стремились голосовать против правительства. Однако большинство было достаточным, когда речь шла о том, чтобы отклонить запросы к правительству со стороны оппозиции. Рискованным планам правительства по переводу экономики Финляндии из состояния стагнации в «европорядок» способствовал рекордный подъем внешней торговли. Начиная с 1994 г., в течение трех лет ВНП Финляндии рос в среднем на 4,5% в год, т.е. в два раза больше, чем средний уровень в странах ЕС. В 1998 г. покупательная способность финнов, согласно статистическим данным ОЭСР, поднялась до 20 000 долларов США на душу населения и впервые превзошла в этом отношении Швецию.

Однако, несмотря на благоприятную конъюнктуру, страна весьма медленно выходила из состояния стагнации и ее последствий. Такие отрасли производства, как бумажная и металлообрабатывающая промышленность и, прежде всего, отрасли производства, представляющие новые технологии, например, электронно-технический сектор концерна «Нокиа», стремящийся к мировой гегемонии, извлекали наибольшую выгоду из благоприятной ситуации для экспорта, но обращали свои большие доходы в инвестиции таким образом, что они не очень-то способствовали оживлению экономики всей страны. Отрасли промышленности, производящие товары широкого потребления, экспорт которых пострадал от развала восточной торговли, не смогли возместить утраченные рынки сбыта увеличением отечественных продаж и не смогли компенсировать сокращение персонала новыми рабочими местами.

Кризис в банковской сфере был в начале нового парламентского периода в принципе преодолен, но для государства проблема заключалась в том, чтобы вернуть потраченные в ходе его миллиарды для поддержки экономики. Одним из последствий тех лет в банковской сфере, как и в других отраслях бизнеса, является сохраняющееся сильное стремление к слиянию, что в свою очередь ведет к дальнейшему сокращению рабочих мест. Такое негативное развитие, со своей стороны, повлияло на программу правительства Липпонена, предусматривавшую сокращение наполовину количества безработных.

Хотя количество безработных сократилось до трехсот тысяч (точная цифра зависит от того, кого статистика признала безработным), первоначальная цель — уменьшение вдвое — была достигнута лишь в условиях подъема экономической конъюнктуры после 2005 г.

Даже частичное сокращение безработицы помогло экономике государства, но не в решающей степени. Для того чтобы облегчить бремя государственного долга, правительство попыталось урезать расходную часть госбюджета, причем более твердой рукой, чем его предшественник.

Это произошло во многом за счет коммун. Те в свою очередь пытались выбраться из ужесточений, снижая расходы в социальной области, где, как полагали, это возможно, или сокращая расходы на культуру и даже образование. Такой ход событий способствовал усилению опасений, что финляндское общество, городящееся своим равноправием, раскалывается на богатых и бедных, разрыв между которыми сейчас увеличивается, пожалуй, быстрее, чем когда-либо.

Несмотря на предвыборные обещания коалиционной партии, ее министры финансов не смогли