Бог Войны - Рина Кент Страница 99

Горячая черная ярость приливает к моим конечностям, когда она освобождает мой твердый член, который, очевидно, не синхронизируется с моим мозгом.

Ее руки обхватывают основание моего члена, и она поглаживает его круговыми движениями. Волна удовольствия пробегает по моему позвоночнику, и мой пресс напрягается.

— М-м-м. Ты такой большой. Не могу поверить, что он во мне помещается.

Я запускаю пальцы в ее волосы, собирая их в конский хвост, а затем уже не так нежно дергаю за них назад.

— Меня не интересуют твои навыки.

Она смотрит на меня снизу вверх, все еще рассеянно поглаживая мой член.

— Я думала, ты никогда не позволяешь мне делать тебе минет, потому что не хочешь смотреть на меня. Но с этим мы уже разобрались, так в чем проблема?

— Я не буду еще одним придурком, который восхваляет твои способности делать минет.

— О, ты ревнуешь, малыш?

Я прищуриваюсь и начинаю поднимать ее.

— А что, если я скажу тебе, что твой член — лучший, который я когда-либо видела? Потому что это чистая правда, — она действительно сопротивляется мне, чтобы остаться стоять на коленях. — Дай мне попробовать тебя. Пожалуйста.

Блять.

Знает ли она, что я сделаю для нее все, что угодно, стоит ей только попросить?

Несмотря на то, что я держу ее за волосы, она умудряется обхватить губами мою головку, а затем сильно ее пососать.

Иисус, блять, Христос.

Моя жена смотрит на меня снизу вверх, пока всасывает большую часть моей длины в свой горячий, влажный рот и двигает рукой у основания, постепенно наращивая темп.

Тот факт, что она научилась доставлять мужчине удовольствие на каких-то случайных ублюдках, превращает меня в обезумевшего демона.

Она ошибается. Причина, по которой я не хотел, чтобы она сосала мой член, не только в зрительном контакте. Но и потому, что я знал, что превращусь в яростного сумасшедшего, когда ее губы обхватят мой член.

Моя свободная рука сжимается и разжимается, вены на предплечье вздуваются, когда я усиливаю хватку, чтобы остановить животный порыв, вспыхивающий в моей голове.

Ее движения медленные и чувственные, и она все время поглядывает на меня снизу вверх, вероятно, оценивая мою реакцию.

Она стонет, вибрации ее хриплого голоса еще больше подталкивают меня к краю. А потом она отпускает мой член и прижимает его к своим губам.

— Ты закончила? — спрашиваю я мрачным голосом.

— Тебе правда не нравится? — она морщится.

— Нравится, но мы сделаем это по-моему, — я хватаю ее за затылок и за волосы откидываю ее голову назад. — Я предпочитаю трахнуть тебя в горло, миссис Кинг. Открой рот.

Она сглатывает и облизывает губы, прежде чем сделать то, что ей сказали.

— Ты такая бунтарка вне секса, но во время него ты хорошо выполняешь все приказы, миссис Кинг. Открой губки пошире, покажи мне, как сильно ты хочешь, чтобы я трахнул тебя в рот.

Когда я вхожу в ее манящий жар с привычным контролем, моя жена открывает рот шире, смотря на меня своими яркими, доверчивыми глазами, стараясь приспособиться ко мне в меру своих возможностей.

Любая крупица здравого смысла, которой я обладаю, рассеивается, как песок на пляже.

Как каждый раз, когда я прикасаюсь к ней.

Я говорю, что прикоснусь к ней только потому, что сделаю это по-своему. Что я воспользуюсь ею, а потом выброшу. Что я буду получать удовольствие так же, как получаю все в жизни. Методично и властно.

Но затем я врезаюсь в прекрасный хаос, которым является моя жена.

Она заставляет меня терять контроль. Хочу я этого или нет.

Ни одна женщина никогда не имела надо мной такой власти. Все они были товаром и безликими дырками, готовые быть использованными.

Она — исключение из моих правил. Нестыковка в сюжете моего идеально написанного романа. Мутация в моей биологии.

Это началось с соперничества в университете, затем переросло в странную одержимость каждый раз, когда она выводила меня из себя — а делала она это часто. Потом внезапно превратилось в жестокую одержимость.

Потребность в обладании.

В тот момент, когда я обнаружил эту ошибку в системе, было уже слишком поздно вычеркивать ее из своей жизни.

Ава — самый опасный человек, которого я когда-либо встречал.

Она может сломать меня, даже когда сломана сама.

Она может пробраться между моими стенами прямо под кожу.

Нет, забудьте, что я сказал.

Когда она смотрит на меня, пока я трахаю ее в рот, я с удручающей ясностью осознаю, что она уже проникла мне под кожу и в данный момент течет в моей крови.

Она держится за мои бедра, позволяя мне входить и выходить из ее рта, используя свой язык для трения. Слезы блестят в ее глазах всякий раз, когда я ударяю ее по внутреннее стенке горла.

Я выхожу, и она тяжело дышит, ее дыхание эхом отдается в тишине.

— П-почему ты остановился? Я могу это вынести.

— Дыши.

Она делает большие глотки воздуха, тяжело дыша.

— Еще раз.

Она глубоко вдыхает и выдыхает.

— Еще раз.

Ее грудь вздымается, пока она переводит дыхание, а затем широко открывает рот.

Я вхожу в нее одним толчком, используя ее волосы как рычаг. На этот раз мой ритм более грубый, более неистовый, когда я вхожу и выхожу. Моя жена не перестает смотреть на меня, и именно этот зрительный контакт подталкивает меня к краю.

Мой оргазм интенсивный и долгий, я кончаю глубоко в ее горло. Она проглатывает как можно больше, но по уголкам ее рта стекают струйки моей спермы.

Я отстраняюсь и дергаю ее за волосы вверх, а затем прижимаюсь губами к ее губам.

Она задыхается, когда я слизываю свою сперму с ее рта, а затем снова засовываю ее внутрь. Ее стоны отдаются в воздухе, когда она взбирается по моему телу, обхватывает ногами мою талию и целует меня до потери сознания, проводя ногтями по моей шее и цепляясь за мои волосы.

Моя сумасшедшая жена просовывает руку между нашими телами и гладит мой твердеющий член, а затем наклоняет его к своему входу.

— Трахни меня.

— Господи. Где твое нижнее белье, миссис Кинг?

— Кажется я забыла его надеть.

— В последнее время ты часто забываешь об этом. Я почти уверен, что нарочно.

— Может быть.

— М-м-м, — рычу я ей в губы. — Неужели?

— Заткнись и трахни меня, Илай.

Мой член выскальзывает из ее мокрой киски в заднюю дырочку, и она извивается на