Черно-белые чувства - Дарья Волкова Страница 9

Таисия выдохнула, перед тем, как произнести эту фамилию.

— Артамонов. Врач, который тебя оперировал.

— Ты говорила с ним?! — вопрос еще резче. Еще быстрее.

Господи, Пашка же ночью пережил операцию на головном мозге. А она тут… его… допрашивает! Волнует! Ему же все это наверняка вредно!

— Да, — уже жалея, что назвала фамилию Артамонова. Что вообще завела этот разговор

— Что он сказал?!

Да что же ты так волнуешься, Пашенька? Не надо.

— Ничего особенного. Сказал, что у тебя была сильная гематома, и что была показана экстренная операция. Что он ее провел, и что ты в реанимации и стабилен. Ну, что обычно в таких случаях врачи говорят. Ну… Я думаю, что они именно так и должны говорить. А что?

— Ничего, — его шумный выдох слышался отчетливо даже в трубке. — Ничего, Таюш. Я просто… устал.

Таю накрыло волной стыда и сожаления. Да что же она творит?! Человек после операции, после страшной аварии, в реанимации, а она…

— Конечно, родной. Конечно, отдыхай. Я попробуй завтра к тебе попасть. Привезти тебе чего-нибудь?

— Ничего не надо. Меня завтра отсюда переводят.

— А, да, точно. Михаил Юрьевич же говорил! Ну, в любом случае, до завтра. Или увидимся, если можно будет. Или позвоню. Не грусти, мой хороший.

— Постараюсь. Тая…

— Да?

— Меня налысо обрили. Будешь меня лысого любить?

Она снова сглотнула тугой комок в горле.

— А до свадьбы не отрастет?

— Отрастет. Наверное.

— Значит, буду. Я люблю тебя, Паш.

— И я тебя.

— Все, до завтра. Отдыхай.

Таисия отложила телефон. Какое-то время еще смотрела на пейзаж перед лобовым стеклом, а потом резко тряхнула головой.

Сейчас главное — Пашино здоровье. Чтобы он как следует восстановился после операции. А все остальное… А все остальное подождет.

* * *

Оно подождало только до вечера. Тая в очередной раз проверила, как там самолет, на котором летят Халяевы — Анна Евгеньевна скинула Тае номер рейса. Вон он, их самолет, благополучно летит, уже над материком. Все будет хорошо. Халяевы прилетят, Пашку завтра переведут в самую лучшую в городе клинику. И все будет хорошо.

Пока люди живы, есть шанс, что все станет хорошо. Господи, ну откуда в ней это философствование полезло?! Это от папы, наверное. Он любил емкие фразы, которые частью унаследовал от своего отца, деда Таисии. И вспомнилось вдруг одно высказывание, которое, когда Тая его услышала, показалось каким-то нелепым: «Все временно, Тась, кроме смерти. Она навсегда».

Вот у Артамонова никогда не будет все хорошо. Потому что к нему смерть пришла уже дважды. Если все рассказанное черноглазой медсестрой правда, конечно. А с чего ей врать, так-то?

Да что ж такое?! Ну что толку гадать? Раз Тая все равно не может не думать об этом, не вспоминать — значит, надо попробовать найти хоть какую-то информацию. Как там эта женщина сказала: «Интернет все помнит»?

Вот и проверим.

Глава 3

Таисия подняла голову, растерла затекшую шею. Несколько раз моргнула. Сколько она провела времени вот так, напряженно вглядываясь в экран мобильного телефона? Тая посмотрела на цифры в углу экрана. Два часа прошло. Два часа, подумать только…

Она отложила телефон, встала. Поморщилась. И ноги затекли. Шея ныла, в глаза будто песка насыпали, ноги затекли. И все ради чего?

Тая щелкнула кнопкой чайника, достала заварочный чайник с нежным рисунком распустившихся яблонь на пузатом фарфоровом боку — подарок мамы. И травяной чай — тоже мамин, она сама сушила травы, специально для Таи.

Чай заваривался, а Тая, поставив локти на стол, растирала виски. Ну, чего она добилась? Полной сумятицы в голове.

Интернет на самом деле помнит. Разобраться бы еще — что.

Пять лет — не такой уж большой срок. С одной стороны. А с другой — сама Таисия пять лет назад была совершено другим человеком. Да она пять лет назад еще студенткой была! А у Артамонова пять лет назад были уже жена и трехлетняя дочь. Сначала были, а потом не стало.

Таисия встала, подошла к окну, заложила руки за спину.

Была эта авария. Была. Вот в чем дело!

Пять лет назад произошло ДТП, в котором приняли участие машины Павла Халяева, Ирины Артамоновой и междугородний автобус. Джип Павла сошел с трассы и перевернулся, водитель отделался ушибами мягких тканей. Травмы легкой степени тяжести получили и несколько пассажиров автобуса. А Ирина и Екатерина Артамоновы погибли на месте, до приезда бригад скорой помощи.

Основной причиной аварии названы сложные дорожные условия — в тот день была метель — и несоблюдение скоростного режима. Виновником аварии признана Ирина Артамонова. Такова официальная версия. Таково решение суда.

Но два часа Тая читала не решение суда. Она копала дальше. А там… Интернет все помнит, если у тебя есть желание что-то найти. Уж что-что, а копаться в информации Таисия умела. Только сейчас это были не цифры в электронных таблицах, а ссылки в Интернете. А там нашлись и сайт независимых правозащитников, и журналистские расследования, и мнение адвокатов, и обсуждения в социальных сетях, которые не вычистили. Получается, дело было громкое, только Таисии тогда, в студенчестве, было совсем не до этого. Впрочем, дело было громким, но его так же с большими усилиями заминали. Ведь изначально виновником ДТП был признан Павел, именно он тем, что было названо в протоколах «экстремальное вождение», спровоцировал аварию. Ирина Артамонова не делала ровным счетом ничего, просто ехала по трассе за автобусом, даже не собираясь его обгонять. А Пашка своим тяжеленым джипом буквально вынес маленькую легковушку на встречку и затолкал под автобус. По крайней мере, такова была версия независимых экспертов и правозащитников. Только протоколы в места ДТП мистическим образом пропали. Записи с видеорегистратора машины Ирины Артамоновой пропали. Сотрудники ДПС, выезжавшие на место, разом забыли все существенные детали происшествия.

В общем, все оказалось не тем, чем виделось изначально. Тая тряхнула головой, отвернулась от окна, тронула пальцем пузатый фарфоровый бок с розовым яблоневым цветом. Дыма без огня не бывает — это тоже из папиной житейской мудрости. Поразительно, как работа на экскаваторе развивает тягу к философии. Таисия вот в кабинете экскаватора вместе с отцом пару раз в детстве сидела — и тоже в философствования ударилась. И тоже считала, что дыма без огня не бывает.

Если бы дело обстояло именно так, как решил суд, если бы виновником ДТП была, в самом деле, Ирина Артамонова — разве стал бы ее муж так упорствовать на другой версии? Зачем ему