Босс и (не) идеальная жена - Элиза Король Страница 9

Злость заполняет все моё нутро, мне даже кажется, я начинаю кипеть, как самый настоящий чайник.

Почему Игнат Олегович позволяет себе обращаться со мной, как с вещью⁈ Кто он такой, чтобы так со мной поступать⁈

Еще мгновение, и я готова была высказать всё это вслух. Громко и со вкусом, смакуя каждое слово.

Но что-то заставляет меня посмотреть на брюнета.

Я поднимаю глаза, чтобы посмотреть на мужчину, но натыкаюсь на его тепло-карие глаза, которые смотрят на меня с особым смыслом.

Что это за отблеск в глубине его глаз?

Внутри вновь шевелится такое знакомое, навязчивое чувство, что мы с этим мужчиной уже знакомы. Память упрямо твердит, что ответ где-то на поверхности, но я не могу ухватиться за суть, и это раздражает.

Знаете, когда ты находишься вот-вот у цели, но не можешь ухватиться за главное, чтобы узнать ответ? Вот у меня такое же ощущение сейчас.

Даже его запах кажется смутно знакомым, обволакивающим и почти что родным. Возможно, именно поэтому я, не сказав ни слова, покорно поворачиваюсь и направляюсь к кабинету Игната.

Сзади раздается сдавленный смешок Кости. Ну конечно, в этой ситуации весело только ему.

Как бы мама и Ксюша посмеялись надо мной, если бы увидели, как легко новоиспечённый босс смог усмирить мой буйный нрав.

Это для других я тихая и уравновешенная, а родные знают, какое шило спрятано у меня в одном месте.

В кабинете большого босса горит приглушённый свет. Я ещё в первый раз заметила, как тут красиво, но ночью тут невероятно красиво.

Панорамные окна в пол позволяют увидеть блестящие огни города, словно на ладони. Атмосфера вокруг почему-то больше напоминает томно-интимную, нежели настраивает на рабочий лад. Не спасает даже то, что весь старинный стол усыпан беспорядочно разбросанными чертежами.

Звук захлопывающейся двери играет особую роль в тишине помещения. Я вздрагиваю, а в сознании возникает стойкое ощущение, что меня загнали в хорошо спланированную ловушку, при этом отсекая все возможные пути к отступлению и бегству.

Пребывая в состоянии начинающейся паники, я начинаю стратегическое отступление к стене.

Сердце бешено колотится в груди.

Я делаю один шаг назад, он же наступает.

— Агния… — его голос прозвучал так ласково, что мне на мгновение кажется, словно это игра моего воображения.

Смотрю на лицо Игната Олеговича, который сейчас хмурит угольные брови, а карие глаза пристально наблюдают за мной, не моргая.

Он надвигается с каждым шагом, приближаясь ко мне всё ближе, настолько, что я чувствую сзади прохладу бетона.

Крепкое мужское тело прижимает меня к холодной стене, а нос улавливает такой знакомый запах из далекого прошлого…

Аромат его кожи смешался с новыми нотками дорогого парфюма со «вкусом» сандала.

— Ты с ним никуда не пойдёшь, кнопка! Я запрещаю! — рычит приятный мужской баритон мне на ухо, обдавая меня жаром горячего дыхания со вкусом мяты.

Такое знакомое с детства прозвище «Кнопка»…

Глаза широко распахиваются от удивления.

— Игнат… — недоверчиво шепчу я, жадно рассматривая призрак прошлого…

Так меня называл только один человек… моя первая любовь и БРАТ ЛУЧШЕЙ ПОДРУГИ КСЮШИ…

Глава 11

Агния Стомина

Я впилась в него взглядом, пытаясь разглядеть в чертах взрослого мужчины того самого парня из юности. И нашла: сколько бы лет ни прошло с нашей последней встречи, эти глаза — такие же глубокие и завораживающе прекрасные.

Да, Игнат все так же ослепительно красив как и в моих воспоминаниях. Но его характер… Характер будто стал другим, это уже мужчина, а не мальчик.

В то время он был другим: взрывным, жгучим; от него буквально нельзя было отвести глаз.

Его постоянно окружали девушки, и он охотно принимал их внимание.

Я же лишь наблюдала со стороны, боясь признаться в своих чувствах даже лучшей подруге.

Это была МОЯ ТАЙНА, ТОЛЬКО МОЯ.

Я так тщательно пыталась забыть его, что теперь, оказавшись рядом, потерялась от его близости.

Рука сама потянулась к его лицу, едва не коснувшись его, но я сдержала этот порыв.

Сердце в груди бешено бьется, вызывая внутри давно забытое чувство влюбленности и трепета.

Воспоминания накатили мощной волной, едва не сбив с ног.

Мне сейчас кажется, что это было настолько давно, что даже не верится, что когда-то этот мужчина был для меня всем.

Возможно, это была юношеская влюбленность, но в тот момент она мне казалась самым лучшим, что со мной происходило в жизни.

— Кнопка… Его голос, низкий и бархатистый, коснулся мочки уха, вызывая мелкую дрожь во всем теле.

Игнат стоял настолько близко, что я чувствовала исходящий от его тела жар, а моего уха касалось обжигающе горячее дыхание брюнета.

На мгновение призрак прошлого полностью завладел мной. Но нет, это не призрак — жар его тела был самым что ни на есть реальным.

А еще запах… тот самый, родной и будоражащий, от которого кружится голова.

«Так, стоп! Агния, это все в прошлом!» — отчаянно успокаивала я себя мысленно. Но сладкий соблазн, навеянный дымкой воспоминаний, все еще витал в воздухе.

Все происходящее казалось мне нереальным сном.

И сквозь это наваждение словно доносится чей-то смех.

Почему мне даже за закрытой дверью кажется, что Костя хохочет по ту сторону стены?

Возможно, именно мысли о блондине позволяют мне окончательно очнуться от наваждения.

Мозг заработал в ускоренном темпе, лихорадочно придумывая план действий в этой более чем интригующей ситуации.

— Конечно, я тебя вспомнила, Игнат! — выпалила я, вкладывая в голос максимум мнимой уверенности. — Ты же брат моей лучшей подруги!

Правда внутри этой уверенности нет от слова совсем.

«Ложь. Сплошная ложь», — стучало в висках.

Глаза мужчины вспыхнули обжигающим огнем — казалось, в них плеснули раскаленный металл. Он явно ожидал услышать от меня что-то другое, поэтому потихоньку Игнат начинал злиться.

Мужчина молчал и оно давило сильнее любого громкого крика.

— Ты не переживай, я никому не скажу, Игнат! — понеслась я дальше, пытаясь заполнить зловещую тишину. — Это будет нашей… ну, знаешь… тайной!

— Никто не узнает, Игнат, честно! — уже сама не веря ни одному своему слову, добавила я для убедительности. — Я даже на свидании с Костей промолчу, вот! Ты не переживай!

Все также бодро продолжала я свой театр абсурда.

Почему-то упоминание Кости возымело на большого босса совершенно противоположный эффект, чем я представляла.

Его лицо напряглось: желваки задвигались на скулах, а пальцы медленно, с почти зловещим хрустом, сжались в белые от напряжения кулаки.

Атмосфера вокруг накалилась до предела.

Неужели он действительно ревнует, а я тут