Мама на фоне измены (СИ) - Евгения Мэйз Страница 9

Пи*** какой-то!

Ну какой нах "бросай"?! А "ахаться"?!

Ну не стану я спать с теперь уже чужой бабой, которая плюет, шлёт меня и вышвыривает на улицу, словно обосранного щенка!

— Чтобы не случилось, товарищ Буров, это не повод стремиться на тот свет — говорит мент, почти в точности повторяя фразу однажды сказанную мне Ветровой. — Удачного вечера.

— Не дождешься, — отвечаю я, потому что у меня есть ради кого жить на самом деле.

Обошелся бы без встречи с этой стервой. Вот только родным стало со мной невмоготу — если не бросаюсь и не ору на ровном месте, то достаю посторонних людей и так, как не было никогда. Ещё немного и начну искать смысл на дне рюмки с беленькой.

— Не помогло, — признаюсь я, дозвонившись той, которая смогла разобраться в моих мозгах. — Придется придумать что-нибудь ещё.

— Ты не поговорил с ней, — говорит психологиня, пропустив мои слова мимо ушей. — У тебя на лице все написано, Буров.

— Почерк-то нормальный? — рявкаю я и это напрягает себя самого.

Асаева кивает и ждёт чего-то.

Хорошего специалиста подкинула мне судьба.

Такую, что не напугаешь ни прошлым, ни настоящим, ни будущим. Она сама кого хочешь за яйца возьмёт.

— Поговорил, но не так как планировал, — признаюсь я, вываливая все как на духу.

— Ты должен вернуться и задать ей все интересующие тебя вопросы. Без угроз.

— Она слушать меня не станет после всего, — отвечаю я, отворачиваясь от приборки. — Я выключу камеру, нагляделась же?

— Ага.

Невыносимо смотреть на цветущую психологиню в стенах ее дома с ребенком на руках. Она конечно не виновата в том, что мне ее вид кажется сущим издевательством и пыткой. У меня могло быть все это, а получилось черт знает что.

— Ты придумай что-нибудь, — произносит Асаева, таким же невозмутимым голосом. — Ты способный, Буров.

Я качаю головой, усмехаясь про себя. Способный творить дичь и не совладать с собой с одной конкретной бабой. Так и влип когда-то.

— Как-то получилось у тебя влюбить в себя эту женщину.

Я отключаюсь, а сам некоторое время сижу в авто, решаясь на второй заезд.

С одной стороны, предельно понятно, почему Катька кинула меня, не дождавшись, когда меня освободят из своих оков кейптаунские палаты — все слова любви с ее стороны были сущим бла-бла-бла.

Но только мне все равно нихрена не ясно! Какого черта она связалась со мной, если знала кто я и что я с самого начала? Никогда не обманывал ее и не скрывал, что за прошлое у меня за спиной; какие дела воротил и что сидел когда-то.

Заметила бы с Образцовым сразу, явив мне свою лядскую натуру.

— Сбрось мне ту запись, — говорит Асаева, позвонив через несколько минут.

— Зачем? — спрашиваю я, не выпуская из рук доказательство своей тупости.

— Посмотреть и понять, что между вами и как, — Виктория веселится, задавая следующий вопрос. — Или, ты скрываешь что-то и я увижу там ещё что-то?

— Не мечтай, Асаева. Не мечтай.

Приходится повозиться и посидеть в авто пока я сбрасываю ей запись. Сам ведь подписался на это, по соседски наслушавшись одну умную бабу.

Этого времени достаточно, чтобы отрепетировать речь.

Пусть она будет слушать меня через дверь, но выслушает, а там все сложится и так. Надеюсь на это.

— Открывай! — говорю я, стуча в дверь. — Если не хочешь разбираться с ментами.

— Зачем? — спрашивает младшая Ветрова, ныне Воробьева, просунув нос в щелку между дверью и стеной.

Удивительно, как похожи и непохожи одновременно две сестры.

— Хочу поговорить с ней, — говорю я, пытаясь распахнуть дверь.

Но Ветрова-младшая держит ее и не уступает мне.

— Что такое, Буров? Флэшку потерял?! Нужен новый компромат на нее?

Я оставляю дверь в покое. Это б*** никогда теперь не отлипнет от меня. Но да пох***!

— Мне нужно задать ей пару вопросов. Позови ее!

— Нет! Нет её! Буров, оставь ты нас в покое, а?

Не могу. Просто не могу сделать этого. Должен довести этот гештальт до конца и забыть уже наконец.

— Может ты мне ответишь: какого черта она связалась со мной? Почему не дождалась? Почему кинула, не сказав ничего?

Ни смс, ни письма, ни звонка. Насчёт звонков это конечно круто. Не дозвонилась бы она до меня тогда. Но пару строк бы чиркнула. Нашла бы как передать записку. Мать ее!

— Буров, ты нормальный? — спрашивает Сашка, распахнув дверь. — Это ведь ты бросил ее, расписавшись в тот же день с другой.

Котел внутри меня, в котором кипела усталость, неразрешимость и мука вдруг остановился, перестав бренчать крышкой.

— Что? Не так было хочешь сказать?

— Не так, — отвечаю я, осознав, что теперь точно удивился сказанному. — Я до сих пор не женат.

Единственный раз решил вписаться в это и повторять второй раз не захотел.

— Заходи, — командует Сашка, отступив в сторону. — Расскажешь мне свою версию реальности.

Понятно, что ничего не понятно.

Теперь уже не до соплей в сахаре!

Просто хочется понять, что там случилось и как, пока я метнулся на другой край земли и застрял там.

— Сначала ты.

— А я уже. Ты не приехал в ЗАГС. Катька прождала тебя в нем три часа. Она и Образцов соревновались друг с другом в том, чтобы узнать что с тобой и как. Гости разъехались. Она ещё месяц жила в той квартире. Все верила, что ты не скотина и найдешь силы объясниться с ней.

— Образцов? — спрашиваю я, делая самый глубокий вдох в мире.

Уж кого я не ожидал встретить в этой истории так это друга детства. Точнее не в этой роли. Не после того, как сумел дозвониться ему из участка, обрисовал все и попросил вызвать мне адвоката. Про Катьку тоже не забыл, просил присмотреть и позаботиться о ней, пока я выковыриваюсь из очередного д***.

— Вот ведь п***, — восклицает Сашка, выслушав меня. — Почему ты не рассказал ей ничего?

— Потому что что-то пошло не так.

Александра медленно пережевывает что-то.

— Потому что не знал всего.

Я тянусь за начатым бокалом вина, делаю глоток и ставлю пустую тару на место.

— Потому что, правда, мать ее, была совершенно другой.

Потому что было ещё кое-что, что не дало мне так просто прийти и потребовать свое. Я ведь действительно изменил ей. Не до того, как мы придумали жениться и не во время подготовки к свадьбе, а после, когда оказался в