Ангельская месть - Кристина Руссо Страница 87

Я слегка вздрогнула, возвращаясь к реальности после раздумий. Мама Франчески, Сильвия ДеМоне, села напротив меня на шикарный белый диван. Раз в несколько месяцев меня приглашали выпить чаю и поболтать. Сильвия была всеобщей любимицей, и мне всегда было весело с ней и Франческой.

— У нас… были разные намерения.

Франческа, сидевшая в одном из кресел рядом со мной, подняла бровь, ее взгляд говорил, что у нас было одно очень похожее намерение: убить друг друга.

Узнав, что Зак был пленником в Мексике, я решила спросить Франческу, знала ли она об этом и скрывала ли от меня. Оказалось, что Франческа тогда даже не была лично знакома с Заком — она слышала, как отец жаловался по телефону на пропажу груза, и решила сначала разобраться с этим. Проявив инициативу, она смогла произвести впечатление на отца, что наконец позволило ей войти в семейный бизнес.

Ещё несколько дней назад она понятия не имела, что на острове был пленник. Я не могла винить Зака за то, что он держал всё в секрете.

В комнату вошла горничная с подносом из тонкого фарфора и блюдами Tres Leches, который она поставила на стеклянный кофейный столик. Когда она закончила разливать всем сицилийский травяной чай, я взяла тарелку со сладким угощением и откусила.

— Дело не в сексе.

Торт полетел не туда, и я закашлялась.

— Мама!

— Должна сказать, я никогда не считала Закари человеком, которому не хватает опыта.

— Мы расстались не поэтому, — честно ответила я.

— О, Боже... — Франческа закрыла лицо руками, заставив нас рассмеяться.

Сильвия небрежно отпила из своей изящной чашки. — Ты всё ещё излучаешь это сияние.

Я снова рассмеялась. — Если под “сиянием” ты имеешь в виду злость, то да, конечно.

— За все эти годы я ни разу не слышала, чтобы ты смотрела на мужчину дважды. Даже Франческа подтвердила, что между вами и Закари было что-то особенное.

Я ахнула, поворачиваясь к Франческе, которая красила губы красной помадой. — Это не...

— Я говорю только правду, — пояснила она, откидывая свои платиновые светлые волосы, унаследованные ею от матери, как и их общая красота.

— Говори что хочешь, но что-то изменилось с тех пор, как мы виделись в последний раз, — Сильвия покачала головой, словно прекрасно понимала мою ситуацию, хотя и не знала подробностей. — И у меня есть твёрдое чувство, что это как-то связано с ним.

Я вздохнула, слишком уставшая, чтобы придумать ответ, который не раскрыл бы суть моих бывших отношений — если их вообще можно так назвать.

— Тебе следует быть с ним осторожнее, cara26. Он может оказаться тем, кто окончательно вскружит тебе голову.

Он уже это сделал.

Несмотря на своё неодобрение, я не могла не восхищаться понимающей материнской улыбкой Сильвии. Мне хотелось, чтобы она оказалась права насчет Зака и меня. На мгновение я позволила себе пофантазировать — как бы вообще выглядело наше будущее?

Считалось, что влюбленность — это прекрасно.

Но, конечно же, как и все остальное в моей жизни, я потерпела крах и сгорела.

Заперев за собой входную дверь, я вошла в темную квартиру. Чаепитие у ДеМонов всегда было изысканным, и сегодняшний вечер не стал исключением.

Поскольку я всё ещё жила у Натальи, она дала мне напрокат маленькое чёрное платье и красные трусики. У нас, как оказалось, был одинаковый размер, так что поделиться было несложно.

Когда я шагнула в открытое пространство гостиной и включила свет, краем глаза я заметила чужую тень.

Сегодня вечером Наталья была занята и не пришла домой, поэтому мои мысли сразу же обратились к Руиз.

Я молниеносно обернулась, и мое сердце подскочило в груди, когда я увидела, кто это был на самом деле.

— О боже... — Я бросилась к дивану и опустилась на него. Зак лежал на нём, глаза закрыты, одежда вся в крови. — Что, чёрт возьми, произошло?!

Он застонал, медленно открыл глаза и нахмурился, глядя на тусклую молнию. Сжав переносицу, он слегка приподнялся, чтобы осмотреться — словно не мог вспомнить, как здесь оказался.

Вот вам и дистанция друг от друга.

Увидев меня, он замер. Его полночные глаза растворились в моих, и всё было как прежде. Жидкий огонь хлынул в мою кровь, обжигая меня изнутри.

Я заставила себя отвести взгляд. Схватив край его белой футболки, заляпанной кровью, я приподняла её, чтобы осмотреть рану. К боку его тела была приклеена марлевая повязка.

Наконец я выдохнула с облегчением. Его лишь задела пуля — ничего смертельного.

Мой палец пробежал по медицинской ткани, невольно вызвав мурашки по золотистой коже Зака. Мой взгляд скользнул к его прессу. Кровь брызнула на загорелые, покрытые татуировкой мышцы. Во рту пересохло, и я смущенно осознала наш контакт кожа к коже. Я подавила ностальгическое желание вонзить острые ногти в его мышцы.

Я быстро опустила его рубашку и встала.

— Почему ты здесь? — Я непривычно запыхалась.

Он тоже встал, возвышаясь надо мной и украдкой окидывая взглядом мое тело. — Хорошее платье.

— Ближе к делу.

Потирая затылок, он шагнул вперёд — на меня — и мне пришлось отступить, потому что я старалась максимально избегать контакта с этим мужчиной. Меня не волновало, что это будет слишком — я защищала свой покой.

Но мое тело, похоже, хотело противоположного...

Зак был первым мужчиной, который заставил меня сгореть.

Всё в нем кричало о его уверенной мужественности и сексуальной привлекательности: то, как он пронзал меня своими чёрными глазами, когда покупал мне цветы просто так, как он никогда не повышал голос — даже когда думал, что я пытаюсь его убить. То, как он всегда ставил мои потребности, удовольствие и счастье выше своих. То, что он понимал меня так, как мои друзья никогда не смогут. Он видел самые глубокие, тёмные уголки моей души и хотел меня только сильнее.

Одного присутствия этого мужчины — с его растрепанными волосами, порванной рубашкой и забрызганной кровью — было достаточно, чтобы свести мои гормоны с ума.

— Сначала я подумал, что это ты, — ответил Зак, указывая на свою рану.

Поэтому его застали врасплох.

— С чего ты взял, что это не так? — спросила я, скрестив руки на груди. Последние две недели я не теряла времени, следя за Заком, но он об этом не знал. После всего, что он вытворил, я имела полное право закончить то, что, по его мнению, я начала три года назад.

Зак многозначительно