Высокий, царственный и сварливый - Найла Монро Страница 87

Может быть, дело было только в нас? Я и Кай. Наши отношения. Так и должно было быть. Вероятно, это была единственная причина, по которой Карим хотел видеть нас обоих. Итак, всё было в порядке. Всё было в порядке.

Запомнив эти три слова, я улыбнулась Салли.

— Ваше Величество, — сказал Салли в дверь спальни Карима из темного дерева, и через несколько секунд изнутри раздался приглушенный голос Карима. Мужчина постарше открыл дверь, пропуская меня и Кая внутрь.

Когда я была здесь в последний раз, я не особо обратила внимание на интерьер, но комната, которую выделили Кариму, была огромной. На самом деле это были две смежные комнаты. Гостиная сразу за входом и спальня побольше справа, разделенные прямоугольным вырезом в стене. В гостиной перпендикулярно стоял письменный стол в дальнем правом углу и два красных бархатных дивана напротив окна, рядом с дверью. Между ними стоял кофейный столик из темного дуба, а на полированной поверхности — закрытый ноутбук.

Карим сидел на диване лицом в ту же сторону, что и дверь, выглядя усталым и притихшим. Когда я увидела, кто ещё был там, моё сердце упало, и я, спотыкаясь, остановилась.

Там был Шехрияр. Он стоял, сложив руки, слева от красного бархатного дивана, напротив того, на котором сидел Карим. Он не хмурился, но в его пронзительных светло — зеленых глазах была настороженность, его фигура ростом в шесть футов пять дюймов была напряжена.

Я сразу поняла, что что — то не так, и ужас выступил у меня на коже холодным потом.

— Ваше Величество, — сказал Кай, сидевший рядом со мной, склонив голову, как только Салли закрыл дверь.

Карим улыбнулся Каю поджатыми губами и кивнул. Я запоздало вспомнила, что тоже должна поклониться, но, похоже, не могла заставить свой рот шевельнуться, чтобы заговорить, когда взгляд моего брата остановился на мне. В нём было что — то такое, чего я в нём не узнала.

— Проходите, присаживайтесь, пожалуйста, — сказал Карим, указывая на диван напротив себя.

Нежный толчок Кая в поясницу подтолкнул меня вперед, пообещав быть сразу за мной, поэтому я двигалась так, словно ходила по доске. Я обошла диван с одной стороны, а Кай — с другой, минуя Шехрияра. Мы сели рядом, так что между нами оставалось немного места.

Карим расправил ссутуленные плечи и потер подбородок одной рукой.

— Спасибо, что пришли. Шехрияр сказал, что вы направлялись в конюшню, поэтому я прошу прощения, что нарушил ваши планы, но это было, — он заметно сглотнул. — Срочно. Мне нужно было, чтобы вы трое были здесь.

Срочное приравнивалось к плохому. Это всегда означало плохо.

— Что — то случилось? — сказала я, но для моих ушей это прозвучало так, словно я была в десяти футах под водой.

Взгляд Карима переместился с Шехрияра на Кая, затем задержался на мне, прежде чем переместиться на его личного секретаря, который расположился рядом с диваном.

— После завтрака мы с Салли встретились, чтобы обсудить некоторые изменения в моём расписании на первые несколько дней пребывания в Джахандаре, — он повернулся к нам троим. — Я несколько дней не проверял свою электронную почту, поэтому мы решили прочесть несколько писем. Именно тогда я увидел электронное письмо в своём почтовом ящике в папке нежелательной почты. От вчерашнего дня, — его челюсти сжались, глаза потемнели, и ужас стекал с кончиков моих пальцев, как кровь. — Я не узнаю адрес электронной почты, и они не дали никаких указаний на то, кто они такие. Но…

На мгновение воцарилось напряженное молчание, когда он потянулся к закрытому ноутбуку на кофейном столике. Он открыл его и что — то напечатал. После нескольких взмахов и щелчка по коврику мыши раздался тихий голос.

Мой голос.

С сожалением вздрогнув, Карим развернул ноутбук.

“Я не настоящая дочь своей матери. Я незаконнорожденный ребенок отца”.

Шехрияр пошевелился, Кай издал тихий звук, и я…

Кто — то тихо рассмеялся мне в лицо, нажимая на спусковой крючок, разрушая теплый, счастливый пузырь вокруг меня сильным взрывом.

Той ночью. Видео на экране Карима было снято той ночью. В спальне Кая. Когда я сказала ему о своей незаконнорожденности. Снято сбоку, внизу чёрное пятно, но всё равно было ясно, что это мы.

Звон. Только звон.

Ни голоса. Ни сердцебиения. Ни вздоха. Только звон. Это всё, что я могла слышать.

Пронзительный крик зазвенел у меня в ушах, когда моя обугленная кожа онемела. У меня похолодело внутри, когда жизнь вытекла из каждой почерневшей поры. Я сидела неподвижно, полностью застыв и не моргая. Потому что одно легкое движение — и мой прах развеется в воздухе, и его никогда больше не найдут. Всё, на что я надеялась — светлое будущее с тем, кого я люблю, исчезло. Вот так просто.

Потому что случилось то, чего я всегда боялась, о чём беспокоилась и из — за чего переживала.

Кто — то снял видео. Кто — то знал.

У кого — то были доказательства.

Карим грубо развернул ноутбук обратно к себе и нажал пальцем на пробел.

Тишина. Такая громкая. Такая болезненная. Такая разрушительная.

— Там… — прохрипел Карим, проводя рукой по лицу. — Есть ещё одна запись, где вы двое…вместе, — желчь подступила к моему горлу от понимания, когда он отвел от меня встревоженный взгляд.

Секс — видео. Он имел в виду секс — видео.

— Но это всё, — он слабо покачал головой. — Нет ни требования денег, ни объяснений относительно того, как и почему у них оказались эти записи, хотя ясно, что кто — то установил в комнате жучок.

Я оцепенело почувствовала, как Кай зашевелился рядом со мной, но не смогла заставить себя взглянуть на него.

— Единственное, что говорится в электронном письме, это… — он провел пальцем по коврику для мыши и прочел: “Моей целью был принц, но ваша сводная сестра проделала великолепную работу, чтобы украсть шоу, Ваше Величество.”

Тишина.

— Если целью был принц Кай, — сказал Шехрияр напряженным голосом. — Тогда Его Величество не единственный, кто получил это электронное письмо.

Карим кивнул.

— Я согласен. Я думаю, Кай, твоим родителям, возможно, прислали такое же электронное письмо.

Всё внутри меня рухнуло так сильно, что земля у меня под ногами задрожала.

Я не расслышала, что сказал Кай, и что сказал в ответ Карим, а потом и Шехрияр.