Красавица и босс мафии - Лола Беллучи Страница 83

— Рафаэла, — зовет ее Тициано, и она поворачивается в его сторону. Неловкий обмен взглядами происходит за секунду до того, как она снова смотрит на меня.

— Это был звонок из конюшни, дон. На Габриэллу напал Галард.

— Что? — Я слышу слова, но они не имеют никакого смысла.

Габриэлла посещала конюшню последние несколько дней, но это меня не беспокоило, хотя я знаю темперамент каждого из моих животных, потому что девочка никогда не подходит близко к лошадям.

Я несколько раз наблюдал за ней на камеру, причем гораздо дольше, чем можно было бы считать приемлемым, и, как и в тот раз, когда она застала меня за тренировкой Галарда в загоне, Габриэлла держится достаточно далеко, чтобы не вторгаться в пространство животных. Информация о том, что Галард напал на нее, нелогична.

— Конюх не… — Рафаэла начинает объяснение, но я не жду конца.

С непонятным ощущением, от которого кровь пульсирует в ушах, я спускаюсь по лестнице к выходу из дома, не заботясь ни о чем, кроме как о том, чтобы добраться до места назначения. В еще менее адекватном состоянии я сажусь на мотоцикл Чезаре, припаркованный у главной двери. Ключ в замке зажигания, и я преодолеваю расстояние между особняком и конюшней менее чем за пять минут.

Заставив себя проявить самообладание на публике, я как можно аккуратнее паркую мотоцикл, затем глушу его. Вокруг огромного загона, где содержатся лошади, скопилось множество служащих, и глаза каждого из них устремлены на меня. Я заставляю свои ноги идти так же непринужденно, как и всегда, и вхожу в помещение, покрытое плиткой.

Открывшаяся мне картина настораживает своей сущностью. Галард стоит возле своей кабинки. Крупное, внушительное тело находится в конце коридора, лицом ко мне, а позади него, сидя на полу и прислонившись спиной к стене, сидит заметно пострадавшая Габриэлла. По ее лбу стекает струйка крови, и она не сводит глаз с руки, которая давит на правую сторону ее ребер, как бы проверяя, не сломано ли чего.

Впервые за все время ее глаза не распознали мое присутствие сразу же, когда мы оказались в одной комнате. Это само по себе говорит о многом. Я оглядываюсь по сторонам в поисках сотрудника, любого сотрудника, но никого не нахожу. Видимо, все они сочли хорошей идеей собраться возле конюшни и просто оставить девушку там, на милость животного, чей нрав, как известно, непрост. Я до боли сжимаю зубы, прежде чем подойти к нему твердым шагом, не отрывая взгляда от огромных черных радужек Галарда.

— Гулять, — приказываю я ему, открывая дверь в стойло, но конь едва шевелится.

Кажется, он делает небольшое движение назад, в сторону Габриэллы, и мне стоит больших усилий не показать, что это движение вызывает у меня опасение. Галард никогда раньше не реагировал ни на что, кроме контроля, и сейчас определенно не время для испытаний.

Габриэлла поднимает на меня глаза, как только слышит мой голос. Несколько прядей ее волос распущены и падают на лоб, но я не позволяю себе сосредоточить внимание ни на этом, ни на каком-либо другом участке ее тела, пока. По крайней мере, пока она не заговорит.

— Все в порядке. Не ругай его, Галард уже извинился передо мной. — Я трижды прокручиваю в голове ее слова, прежде чем их полное отсутствие смысла отражается на моем лице.

— Что?

— Он извинился передо мной, — повторяет она, а затем стонет от боли, пытаясь пошевелиться. Интересно, как сильно она ударилась головой. Если судить по ее положению, то очень сильно и прямо в стену.

— Галард! — Имя животного вырывается между зубами, когда в моих жилах поселяется небывалое желание добраться до Габриэллы и проверить ее состояние.

— Не ска…, — начинает она, но останавливается, снова задыхаясь от боли, и я решаю, что поставить Галарда в стойло — не более приоритетная задача, чем добраться до моей малышки.

В любом случае лошадь не станет нападать на нее снова, когда я здесь. Однако, когда я делаю шаг, намереваясь сократить расстояние между мной и Габриэллой, Галард бросает мне такой явный вызов, что я останавливаю свой шаг, ошеломленный. Заметив поведение животного, Габриэлла с некоторым трудом испускает долгий вздох.

— Все в порядке, Гал. — Она только что назвала Галарда по прозвищу? Гал? — Он не будет спорить ни со мной, ни с тобой. Он понял, что это был несчастный случай, — объясняет она, будучи абсолютно уверенной, что лошадь слушает ее, и я с удивлением наблюдаю, как Галард отступает, а затем поворачивается спиной ко мне и приближается к Габриэлле настолько, что может коснуться ее мордой.

Самое несносное животное Сицилии ласкает лицо Габриэллы, и я моргаю, не в силах поверить в то, что вижу. Девочка издаёт болезненный смешок и продолжает разговор с лошадью.

— Я знаю. Я знаю. Все в порядке, Гал. Я уже сказала, что простила тебя, не драматизируй. — Наступает пятисекундная пауза, во время которой, видимо, голоса в голове Габриэллы шепчут ответ, который она приписывает лошади, прежде чем бразильянка снова заговорит. — Я в порядке. После душа я буду выглядеть отлично, но что с твоей лапой? Тебя укусила змея, Гал?

Я смеюсь, не в силах сдержать себя, потому что она бредет. Габриэлла в бреду! Ее сбило животное размером с Галларда, и теперь она гладит его и пытается успокоить, беспокоясь о здоровье лошади, в то время как ее собственное тело явно нуждается в уходе.

Габриэлла улыбается мне в очередной бессмысленной реакции. Ей больно, она переживает за лошадь больше, чем за себя, и улыбается мне. Это результат сотрясения мозга. Так и должно быть. Даже она не может быть настолько неразумной.

Я качаю головой из стороны в сторону, медленно отрицая это, но улыбка на моем лице отказывается умирать.

— Ты можешь помочь мне встать? — Спрашивает она, пробуждая меня от оцепенения, в которое меня погрузила невероятная ситуация, и я начинаю двигаться. На этот раз Галард не вмешивается, и мне удается добраться до девушки.

Я опускаюсь рядом с ней на колени и ощупываю ее тело, ища переломы. Она хнычет, когда я касаюсь ее ребер, но ничто не указывает на серьезную травму, и я не скрываю облегченного вздоха, который вырывается у меня.

— Я собираюсь поднять тебя, — говорю я ей, обхватив ее руками за шею и пропустив свои под ее спиной и коленями. Она кивает, подтверждая,