После развода с предателем - Адалин Черно Страница 8

Глава 8

— Вы замужем? — незамедлительно спрашивает после рукопожатия.

— Была.

— Развелись?

— Развожусь.

Официант приносит вино. Не помню, когда он успел его заказать, но не отказываюсь. Я, оказывается, нервничаю. Прислушиваюсь к себе — и правда. Сердце барабанит внутри ускоренно, во рту пересыхает, а кончики пальцев подрагивают.

У меня всегда так, когда я нервничаю. Но почему сейчас — не понимаю.

Из-за него? Или из-за новой обстановки? Или из-за сообщений, которые не прекращает строчить муж. Обидные, между прочим. Я не все читала, но мне хватило тех, за которые зацепился взгляд.

— Вас кто-то настойчиво требует? — кивает на мой телефон.

Переворачиваю его экраном вниз, чтобы не нервировал. Перевожу взгляд на мужчину.

Замечаю то, чего не заметила при первой встрече. Точнее, этого не было. Его взгляда, оценивающего, заинтересованного, направленного на меня. В нашу первую встречу он принял меня за эскорт и отшил, сейчас… вижу, что смотрит по-другому.

И я на него… тоже. Пока не понимаю, как. Заинтересовано? Глупости, я все еще замужем и все еще чувствую, как внутри растекается боль от предательства.

— Кто-то неважный?

— Вы всегда задаете так много вопросов?

— Работа такая.

— Вы следователь?

Он усмехается. Понятно ведь, что нет. Следователи в таких роскошных отелях не живут. Как, собственно, и медики. Это я так… по дружбе. Мы сняли номер на сутки. Не знаю, что будет после. Куда потом? Лена ничего толком не объяснила, а я сама… даже не знаю. Мне нужна перезагрузка, чтобы подумать и принять ситуацию. Устроить это здесь непозволительно дорого.

— Я любопытный, но если хотите — поделюсь профессией.

— Не стоит.

— А чем стоит? Возрастом? Только имя друг другу сказали.

Наверное, ничем не стоит. И сидеть с ним за одним столом — тоже. Но я очень хочу узнать о нем что-то. Не знаю, зачем. Возможно, потому что богачи никогда не воспринимали меня, как эскорт. Они больше по части грязи на ботинках, а он — другой. И смотрит по-другому даже сейчас.

— Вы в больнице работаете? Кем?

— А Вы как думаете?

Хмурится. Сложно, наверное. Мало кто мою профессию угадывает.

— Хирург.

— Что?! — ошарашенно. — Как вы…

— Руки. У вас очень изящные руки и тонкие пальцы, моторика у вас развита очень хорошо и… на медсестру вы откровенно не тянете, на любого другого врача — тоже. Разве что на педиатра.

— На педиатра?

— Тут ребенок был с родителями, вы половину вечера на него смотрели.

— А вы, видимо, половину вечера следили за мной.

На самом деле — страшно представить, как я выглядела со стороны. Наверное, жалко. Своих детей нет, так муж завел любовницу и сделал ей ребенка, а я… только смотреть могу со стороны на чужих детей.

— Подловили. Может, перейдем на ты?

— Ради одного ужина? Не стоит.

— Тяжело с вами.

— Поэтому и разводимся.

Прищуривается, будто не верит, а я начинаю думать, что очень плохая лгунья. Мне всегда казалось, что только мужу врать я не могу, а теперь прокололась и перед ним.

Нам приносят ужин. Я, несмотря на то, что планировала съесть только салат, мясо пробую первым. С трудом вспоминаю, что передо мной незнакомый мужчина, потому что чертовски хочется закатить глаза от удовольствия. Это вкусно. Очень. И прожарка, как я люблю.

— Нравится?

— Да.

Пока едим — не разговариваем, потому что не о чем. Я поднимаю телефон со стола, снимаю блокировку. На экране — множество пропущенных и сообщений, которые я даже читать не хочу, не говоря уже о том, чтобы отвечать. Его предположения в корне неверны. Там и про желание обобрать и про “не можешь смириться, что у меня будет наследник?”

Читать неприятно. Ощущение, что Глеб выпил. Перебрал и теперь несет ахинею. Иначе как объяснить то, что он говорит? Я его жена. Была еще утром, а теперь он позволяет себе такое…

Может, этого и ждал? Признания, откровенности, чтобы все в лицо высказать. Правда, с лицом как-то не вышло, он по телефону изливает душу.

Снова ставлю на блокировку и переворачиваю экраном вниз. Не хочу портить себе настроение. Но дальше все равно тяжелее. Наслаждаться едой больше не получается, и я налегаю на вино. Допиваю — приносят еще.

Немного отпускает, я выдыхаю и замечаю, как Тимур смотрит. Внимательно и очень заинтересованно. И я, наверное, так же. Он мне нравится. Понимаю, что все это алкоголь и подальше отодвигаю стакан, хоть и в конечном итоге допиваю его.

Мне слегка кружит голову. Мы разговариваем о многом, о работе, о психологии, о жизни и о фильмах. Он начитанный и насмотренный, рассказывает много, рассуждает “слишком” по-взрослому. Мы долго обсуждаем одну книгу, потом соскальзываем на фильм, и я уже не замечаю, как мы оказываемся в лифте. Не знаю, когда он заплатил.

И едва понимаю, что делаю, когда в закрытой кабине я шагаю к нему. Поддавшись эмоциям, останавливаюсь рядом, вскидываю голову и долго долго смотрю на мужчину напротив. В его глаза, на его губы, которые очень хочется поцеловать. От внезапного желания теряюсь, отвожу взгляд, делаю шаг назад. Я сошла с ума, господи.

Но он, видимо, все заметил. И у меня нет шанса на отступление, хотя именно это я и делаю. Отхожу подальше на безопасное, как мне кажется, расстояние. Отворачиваюсь и прячу взгляд, насколько могу.

Подходит ближе, я отхожу и так до тех пор, пока не врезаюсь в ограждение. Отступать — некуда. Говорить он не позволяет, потому что врезается в мой рот поцелуем. Распахиваю губы от неожиданности, впускаю его в себя и понимаю, что горю. У нас с Глебом давно ничего не было, потому что он уставал на работе, да и мне было не до активностей. теперь вот… стою с едва знакомым мужчиной и не могу оторваться от поцелуя.

Створки лифта разъезжаются, мы отходим друг от друга на безопасное расстояние. Я стараюсь не смотреть на него, он — не знаю. Молюсь, чтобы дальше поехал, но он выходит со мной на одном этаже и идет следом.

У своего номера торможу, словно забывая, зачем вообще нужна карта. Стою, чтобы вспомнить, что же надо делать. Наконец, прикладываю ключ-карт и оборачиваюсь к своему спасителю. Как бы сказать помягче, что ему пора?

Правда, он решает сам за себя, пока я тут думала, он уже мысленно остался и опомнился. Так что теперь он решительно шагает вперед и подхватывает меня за талию, утаскивая вместе с собой в мой номер.

Глава 9

Мужские губы настойчиво целуют мои.