Клинок Айрис - К. А. Найт Страница 8

Она вернется к своей семье, где ей самое место.

А пока?

Сейчас я должен жениться, и я переживу это так же, как пережил пытки, тюрьму и захват моей семьи.

Начинается свадебная музыка, и все встают.

Она здесь.

Время пришло.

Я хватаю Николая за воротник, когда он пытается бежать, и поворачиваю его назад. Мы оба смотрим вперед. Он дрожит от гнева, а я стою высокий и холодный. Захар смотрит в проход, ожидая ее, как ребенок на Рождество.

Но Волковы никого не ждут, и мы, конечно, не смотрим в прошлое, только в будущее.

Даже если она - смесь того и другого.

Когда я слышу его глубокий вдох, я не могу не повернуться, привлеченный шумом. Я ищу ее среди безликой, скучной толпы.

И вот она здесь.

Айрис.

Она освещает церковь, как гребаный костер.

Блядь.

Я вижу страх в ее глазах и дрожание ее рук. Она быстро смотрит на нас, но потом опускает взгляд. Ее волосы цвета крови, они закручены назад в замысловатые узлы и переплетения, некоторые локоны обрамляют ее лицо в форме сердца. Золотые обручи и бриллианты вплетены в пряди подобно искусству.

Ее ярко-зеленые глаза подведены, и они такие яркие и большие, что почти сияют, как драгоценные камни. Ее кожа бледно-кремового цвета, как лунный свет, только крошечные веснушки усеяли ее нос, щеки и сильные стройные руки. Платье облегающее, и это заставляет мои брови приподняться, но я быстро опускаю их обратно. Оно обтягивает весьма внушительную грудь, облегает ее крошечную подтянутую талию и имеет разрез, открывающий длинные, подтянутые ноги. Она высокая, может быть, на фут ниже меня, так что Захар всего на несколько дюймов меньше. Не знаю, почему это или мышцы, которые я вижу, когда она идет, удивляют меня.

Я смотрю на Захара и вижу, что его глаза круглые и полны благоговения. Его рот приоткрыт, когда он смотрит, почти поклоняясь, на ирландскую красавицу. Он уже околдован ею.

– Chertovski zhalkiy - Чертовски жалкий, – рычит Николай, как загнанный в ловушку зверь, а затем жестко поворачивается лицом вперед, словно притворяясь, что ее здесь нет. Я знаю, что он ненавидит стоять спиной к такому количеству людей, но это только показывает, насколько он нервничает.

Он прав. Жалко.

Она боится нас. Я не виню ее, но отвращение наполняет меня, когда я поворачиваюсь к брату. Даже этого беглого взгляда мне хватило, чтобы понять, что она красива, по-настоящему красива. На самом деле, я даже могу сказать, что она одна из самых красивых женщин, которых я когда-либо видел, а видел я немало. Так будет легче, но ее страх?

От нее почти воняет, когда она присоединяется к нам.

Она так чертовски слаба.

Вторая

Айрис

Я стою перед широкими дверями церкви. Я не могу бежать, я знаю это, но какая-то часть меня хочет этого. Однако мне нужно думать о своей семье, и не только об этом, я согласилась на деньги, на работу.

Теперь нет пути назад, даже если бы я захотела, а значит, эта часть меня должна спрятаться.

Мне нужно быть хрупкой маленькой девочкой, которую они ждут, чтобы они недооценили меня. Я слегка сгибаю плечи, отчего мои шаги кажутся нервными, когда я иду внутрь, и когда они поворачиваются ко мне, я убеждаюсь, что мои руки дрожат, а мои глаза никогда не задерживаются на них слишком долго, как будто я боюсь заглянуть слишком глубоко в те черные бездны, которые заполняют лица братьев Волковых.

На самом деле все совсем наоборот. Я хочу проанализировать их на предмет слабых мест и увидеть их реакцию на меня. Одного взгляда недостаточно. Мой взгляд сначала переходит на самого высокого слева - Алексей. Я знаю его лицо, я запомнила их всех и их имена из информации о работе, которую мне дали, но фотография, которую я видела, не передала его. Она не передавала ни того, как идеально уложены его темные блестящие волосы, ни того, как его короткая борода придает ему неотёсанный деревенский вид, ни того, как кокетливо поджаты его толстые розовые губы. Фотография также не передала глубокую тоску и ненависть в этих почти пустых черных глазах.

Я пробегаю взглядом по нему, пока он смотрит в ответ, отмечая небольшой шрам на левой щеке и огромный, испещренный крапинками шрам на шее. Черные замысловатые татуировки начинаются вокруг шрама и по спирали спускаются к его мускулистой груди, несомненно, распространяясь на руки и торс. Я замечаю несколько на его руках и костяшках, ведущих к длинным татуированным пальцам. Он высокий, в отчете говорится о росте шесть-семь, и, похоже, это так. Он тоже крупный, но не такой крупный, как тот, что рядом с ним. У него скорее худощавое телосложение с выраженными мышцами. Когда он поворачивается, я вижу персиковый зад, обтянутый черными брюками.

Его средний брат, Николай, бросает на меня взгляд полного отвращения и тоже отворачивается, но этого достаточно, чтобы понять, что и на этих зернистых фотографиях красота братьев Волковых была не скрыта. Его голова обрита и покрыта татуировками, даже уши. Через подбородок проходит дикая, но короткая борода, обрамляющая тонкие дугообразные губы. Его нос слегка искривлен, но эта неровность только добавляет ему брутальной мужественности и красоты. Его суженные глаза обрамлены длинными черными ресницами. Он ниже Алексей, может быть, шесть пять, но такой широкий, что его костюм сидит на нем как вторая кожа. Его руки больше, чем все мое тело, бедра тоже.

Он огромный, страшный ублюдок, и по какой-то причине это заставляет мой рот наполняться слюной, даже когда моя предательская киска сжимается от силы, которой обладают эти братья.

Третий и самый младший брат смотрит прямо на меня. Вместо темных глаз, как у его братьев, у него потрясающие ярко-синие глаза цвета океана, обрамленные длинными черными ресницами. Его губы приподняты в приветливой ухмылке, сверкая такими идеальными белыми зубами, что я чувствую себя неполноценной. Вокруг его толстых, почти женских губ образуются две ямочки. Он почти слишком женственен, но его острая челюсть и точеные скулы гарантируют его мужественность. Его светло-каштановые волосы выбриты по бокам и уложены назад на макушке. На его шее или руках я не вижу много татуировок, но это не значит, что у него их нет. Русские известны этим, в конце концов. Он самый низкорослый из братьев - метр восемьдесят один, но не менее внушительный, с легким, мускулистым телом. От того, как