5000 ночей одержимости - Дрети Анис Страница 76

Он выразительно приподнял бровь, заставив меня улыбнуться и покачать головой.

Джей наклонился ко мне и многозначительно посмотрел в глаза.

— И было бы здорово, если бы она уже была беременна от мужчины, который не знает об этом. Так с чем мы остаемся?

— Со мной, — пробурчала я.

Святые угодники, мы только что разобрали все по математическим полочкам, и он был прав.

Я была единственным решением для Джея, так же, как и он для меня.

— Мы действительно рассматриваем это? — спросила я, чувствуя головокружение.

Мы намеревались обмануть наши семьи, друзей и весь мир. Это будет наш грязный секрет, о котором мы никогда не сможем упоминать или рисковать тем, что люди узнают о нем.

— Ты видишь другой выход, при котором ты сможешь получить все, что хочешь для своего ребенка, и сохранить семью?

— Но мой срок составляет уже пару недель. Ты в курсе, что в телефонах есть приложение-календарь? Все, что нужно сделать, — это посчитать сколько мы женаты, и отсчитать количество месяцев до родов.

Его глаза пробежались по моему лицу.

— Значит, мы поженимся прямо сейчас. В тесном кругу; скажем, пятьсот гостей.

Я поперхнулась водой, которую пила, выпустив соломинку из губ. Пятьсот гостей?

— Мы переедем в Чикаго до того, как живот начнет расти, — продолжил он. — Никто не станет проверять, если нас не будет рядом, а позже мы объявим, что у нас родился недоношенный ребенок.

О, Боже, почему меня это забавляло?

— Все об этом догадаются. Нам никогда не удастся это провернуть

— Удастся. — ответил он без тени сомнения. — Люди удивительно восприимчивы к подсознательным посланиям. Они поверят в то, что это правда, если мы будем повторять определенную информацию. Например, что ребенок недоношенный. Так мы введем их в заблуждение относительно возможной даты зачатия.

Я прижала пальцы к виску. Я прошла путь от неожиданной беременности до притворного влечения и предложения руки и сердца. Многое произошло за последние двадцать четыре часа.

— Мне нужно подумать.

— Тогда подумай об этом. Думай всю ночь и дай мне ответ завтра утром.

— Завтра?

— Если мы собираемся сделать это, нам нужно действовать быстро.

После его заявления никто из нас не произнес ни слова. В итоге мы расстались с дружескими объятиями, и Джей пообещал зайти за ответом на следующий день.

В конце месяца я стала миссис Пия Амбани.

Глава 19

Настоящее

Пия

— Ты знал все это время? — спросила я Акселя через оконное стекло.

Я села на пол, прислонившись спиной к двери, и судорожно втянула полные легкие воздуха, чтобы собраться с силами. Мои глаза закрылись, а отяжелевшие руки повисли по бокам.

— Не сразу. Амбани хорошо замел следы, надо отдать ему должное.

Аксель сидел по другую сторону стекла спиной ко мне, откинувшись на ту же часть двери. Стеклопакет между нами разделял нас там, где наши спины должны были соприкасаться. Мысль о том, чтобы прислониться к Акселю, была утешительной, хотя я больше не могла себе этого позволить.

— Отчеты о неделях после зачатия чудесным образом совпадали. По всем признакам Поппи выглядела как недоношенный ребенок. Но после встречи с ней… антисоциальное расстройство часто передается по наследству. Мой отец тоже был таким.

— Как ты удостоверился в этом? — Спросила я с любопытством.

— После нашего первого совместного обеда я отправился к школьной медсестре Поппи. Стащил образец ее крови, который был в файле, и отдал его Леви, чтобы тот провел тест ДНК.

В моей груди зародился смех. Конечно, он так и сделал. Теперь я поняла, почему моему сталкеру потребовалось больше пяти минут, чтобы догнать меня после того, как я ушла с обеда.

— Ты должна была рассказать мне. — произнес он с другой стороны.

— Быть с тобой было бы неправильным решением для Поппи. — честно ответила я.

— Правильное или нет, это было не тебе решать. — выплюнул Аксель в ответ.

Я склонила голову набок, чтобы в последний раз взглянуть на Акселя, и запечатлеть это зрелище в своей памяти. Он был одет в дышащую рубашку с воротником-стойкой и слегка закатанными рукавами, демонстрирующими множество рисунков на его бицепсах. В шортах цвета хаки и летних туфлях он выглядел как модель Abercrombie Fitch, версия Bad boy 2.0.

— Я никогда не забывала о тебе после того, как покинула Шато в Хемпстеде. — прошептала, почти разговаривая сама с собой. — Прежде чем узнать о своей беременности, я думала о том, чтобы найти тебя, потому что чувствовала, что принадлежу тебе. Узнав о беременности, я почувствовала, что стала её. Принимая любое решение, я должна была советоваться с ее будущим, ее потребностями, отныне она была моим приоритетом. До того как тест дал положительный результат, я хотела найти тебя, составить еще один список и вычеркивать пункты один за другим. Я хотела прыгнуть с парашютом. Я хотела спрыгнуть с движущегося поезда вместе с тобой. После того, как тест оказался положительным, я больше не могла заниматься с тобой подобными вещами. Я собиралась стать ее матерью, и это была моя роль. Мне пришлось выбирать между тобой и ею. Я выбрала её. Это было правильное решение для нее, потому что Поппи заслуживала всего, что мог предложить мир.

Я слышала огонь в его словах, когда он возразил сквозь стиснутые зубы:

— Тебе не нужно было выбирать. Я бы усердно работал и обеспечил вас обеих.

— Дело было не в этом. Ты был неспособен на то, в чем она нуждалась больше всего. Любовь.

Аксель насмешливо хмыкнул.

— Ты думаешь, такие люди, как я, не могут любить? Ты ошибаешься. Мы прекрасно умеем любить.

Словно почувствовав тяжесть моего взгляда, Аксель наклонил голову и посмотрел мне прямо в глаза. Его губы были сжаты в тонкую линию, темные глаза излучали жар, как расплавленная лава.

— Мы просто избирательно относимся к тому, кого любить. — Проговорил он, сжимая челюсти. — Возможно, я не способен на любовь в традиционном понимании, но знай, Пия, я люблю тебя до чертиков. Я люблю тебя так сильно, что сменил свое имя ради тебя. Я люблю тебя так сильно, что изменил свои цели ради тебя. Я люблю тебя так сильно, что поменял направление всей моей жизни ради тебя. Каждая моя частичка, каждая гребаная молекула, из которой я состою, поглощена моей любовью к тебе. Вот как сильно я, блядь, люблю тебя, так что не говори мне, что я не способен на любовь.

Неровный стук моего сердца громко бился о ребра. Я могла сосчитать каждый удар, когда он эхом отдавался в моем