Ты будешь моим - Кэти Эванс Страница 73

с «нетерпеливым молодым жеребчиком», как охарактеризовал парня Пит, нанес серию ударов; затем отступил, сделал финт, заставляя противника следовать за ним. «Жеребчик» размахнулся, попытался нанести удар, и Ремингтон ответил новой серией мощных ударов, отбросившей противника на канаты. Парень спружинил на веревках и свалился ничком на пол.

– Оооооооооо! – взревела публика.

– Ого, это, должно быть, больно, – сказал Пит, но при этом ухмыльнулся, в то время как позади меня кто-то завопил:

– Вот что получаешь, когда идешь против Рипа, сосунок!

Независимо от моих мыслей и переживаний, любой бой Ремингтона – это невероятно захватывающее зрелище, и все мои мышцы невольно напрягались, а кровь гудела в венах, как будто это я сражалась сейчас на ринге.

Парень поднялся, теперь Ремингтон снова и снова шел в атаку. Его удары были точны и мощны, движения пластичны, невероятно сексуальная черная буква «Б» на его бицепсе все время мелькала у меня перед глазами, когда он напрягал мышцы во время удара. Пока шел бой, я все больше погружалась в противоречивые эмоции, и капли пота начали скатываться по груди в ложбинку.

Похоже, температура моего тела повысилась с беременностью, но сейчас, наблюдая за отцом моего будущего ребенка – катастрофой во плоти, с этой татуировкой на руке, кричащей всему миру о том, что он принадлежит мне, и в то же время со следами поцелуев каких-то шлюх, – я чувствовала себя не просто обворованной и злой. Я чувствовала себя кипящим вулканом.

После того, как Ремингтон окончательно сбил «молодого жеребчика» с ног, все новые и новые противники выходили на ринг, чтобы бросить ему вызов. И каждый раз он бил их с такой силой, что они отлетали на канаты и отскакивая от них, падали – кто на колени, кто навзничь, кто ничком, лицом вниз, и все они в конце ошеломленно трясли головами, как будто стараясь поставить мозги на место.

Ремингтон вошел в раж, и его невозможно было остановить.

После очередной победы Пит, сидящий рядом со мной, невесело рассмеялся.

– Меня никогда не перестанет удивлять то, как сильно этот человек любит выделываться, когда ты на него смотришь.

Я недоверчиво покачала головой, но Пит мрачно кивнул.

– Я серьезно. Все дело в том, как работает его организм под воздействием тебя – как изменяется при этом его биохимия, вбрасывается в кровь весь его тестостерон, пробуждая инстинкты бойца, – на самом деле, это что-то невероятное. Знаешь ли ты, что у мужчин повышается уровень тестостерона, когда они видят новую привлекательную женщину? Так вот, у него этого не происходит. Зато его тестостерон просто зашкаливает, когда ты рядом – именно ты, его женщина.

Слова Пита меня буквально убили. Мне всегда казалось, что Ремингтон хочет доказать мне, что он самый сильный мужчина в мире и именно тот, кто защитит меня… и, да, я ему верила.

Между тем он победил четвертого бойца, затем пятого, его тело – настоящий бульдозер, заряженный сексом и силой, и когда он сбивал их с ног одного за другим, каждый раз его потемневший взгляд обращался в мою сторону – проверял, на месте ли я, наблюдаю ли за ним. И с каждым таким взглядом у меня внутри все сильнее нарастали разрывающая меня на части боль, злость и смущающее сексуальное возбуждение, я сидела, вся сжавшись, стиснув руки на коленях и сама не зная, чего я хочу больше – трахаться с ним или надавать ему пощечин.

На ринг вышел шестой боец… затем седьмой… Ремингтон был все еще свеж и бодр. Легко двигался по рингу, отбивал удары, ставил блоки, проводил молниеносные атаки.

– РИП, РИП, РИП… – скандировала публика, и Пит, присоединившись к ним и возбужденно размахивая руками, повторял его имя, как и тысяча людей здесь, а в это время судья схватил Ремингтона за запястье и поднял руку в знак победы.

– Наш победитель! Еще раз, леди и джентльмены, это Ремингтон Тейт, ваш Ри-и-ип!!!

И вновь взгляд темных глаз обратился в мою сторону. В ту секунду, когда он встретился с моим взглядом, мой пульс начал бешено стучать где-то в горле, сердце затрепыхалось, словно какое-то крылатое существо в моей груди, и я увидела его сверкающую белозубую улыбку. Дрожь пробежала по мне при виде этих ямочек на потемневших от пота щеках – и этой гребаной красной помады.

И снова я не смогла заставить себя улыбнуться ему в ответ. Он нахмурился и, схватившись за канат, соскочил с ринга.

– Рип, Рип, Рип! – возбужденно скандировали люди, но я уже слышала их словно сквозь вату.

Изо всех сил стараясь выдержать его стальной темный взгляд, я поднялась и стояла на дрожащих ногах, наблюдая за тем, как он ко мне приближается. Он протянул мне руку, а я видела только эту гребаную помаду на его лице, затем я перевела взгляд на его руку и схватилась за нее. Когда он потащил меня вдоль рядов, у меня лязгнули челюсти.

– Ключи, – рявкнул он, обращаясь к Райли, который, спрыгнув с угла ринга, поспешил рядом с нами к выходу.

– Я отвезу вас, ребята, – сказал он.

Мы направились в раздевалку в задних комнатах, и Ремингтон остановился на миг у шкафчиков, чтобы подхватить свою сумку, не выпуская моей руки. А я не могла перестать пялиться на едва заметные следы от помады на его чертовом сексуальном, приводящем меня в бешенство лице и на татуировку в виде начальной буквы моего имени на его чертовом сексуальном, твердом бицепсе. Противоречивые чувства боролись во мне так яростно, что я просто не знала, что с ними делать, кроме как терпеть, стиснув зубы. Отпустив мою руку на несколько секунд, Ремингтон натянул белую футболку, черные спортивные штаны, затем снова схватил меня за руку, протиснув свои пальцы между моими, и выволок меня на улицу. Он буквально запихнул меня на заднее сиденье «Ликольна Навигатора», и как только мы устроились на своих местах и Райли завел мотор, Реми обхватил одной рукой мое лицо, и в его глазах вспыхнул тот же голод, что мелькал там на протяжении всего дня. Или даже, может быть, еще более сильный. Он наклонился ко мне, чтобы поцеловать, но я резко отвернулась.

– Нет, – сказала я зло.

Он заставил