Кэти МакГэрри - Отодвигая границы (ЛП) Страница 71

Эхо шмыгнула, и этот звук разбил мне сердце. Я смягчил голос:

— Посмотри на меня, солнце. Я знаю, что ты любишь меня. Три ночи тому назад ты готова была отдать мне всё. Ты не можешь просто уйти от меня.

— Господи, Ной… — её голос сломался. — Я ужасна.

Ужасна?

— Ты прекрасна.

Она наконец подняла голову. Слёз больше не было, но остались дорожки на лице.

— В моей голове хаос. Через два месяца ты встретишься с судьей и убедишь его, что только ты можешь вырастить своих братьев. Я буду для тебя лишним грузом.

Надоедливый внутренний голос твердил мне заткнуться и прислушаться.

— Неправда. Братья полюбят тебя, а ты их. Ты не лишний груз.

— Представь, как на меня посмотрит судья. Ты правда готов на такой риск? — она сглотнула. — Через два месяца после инцидента, один терапевт пытался вернуть мои забытые воспоминания. Мисси Колинз сказала, что он переборщил. Я сломалась. Проснулась в больнице двумя днями позже, без всяких воспоминаний. Пока мне везло, но что, если удача от меня отвернётся? Ной, посмотри на ситуацию со стороны. Я напугана и не помню, что со мной произошло. У меня уже был один срыв, потому что я пыталась вспомнить. У мамы биполярное расстройство. Большинство людей начинают проявлять признаки в подростковом возрасте или после двадцати. Что, если судья узнает обо мне? С какой психопаткой ты встречаешься?

Стало больно дышать. Уголки её губ опустились, и она погладила меня по щеке тёплыми пальцами. Обычно от этого касания у меня подгибались колени, но сейчас оно резало по живому.

— Ты знал, что когда ты перестаёшь упрямиться и принимаешь мою правоту, то твои глаза чуть расширяются, и ты наклоняешь голову вбок? — спросила она.

Я выпрямился и прищурился.

— Я люблю тебя.

Она сверкнула своей великолепной улыбкой, отражающую грусть всего мира.

— Братьев ты любишь больше. И я не против. Вообще-то, это одна из причин, по которой я тебя люблю. Ты был прав. Я хочу семью. Но я никогда себя не прощу, если стану причиной, по которой разрушится твоя.

К моему ужасу, мои глаза запекло от слёз, а в горле появился комок.

— Нет, тебе не удастся провернуть эту жертвенную хрень со мной. Я люблю тебя, а ты — меня. Мы должны быть вместе.

Эхо прижалась ко мне всем телом и запуталась пальцами в моих волосах. Её глаза заблестели от слёз.

— Я люблю тебя достаточно, чтобы не заставлять делать выбор.

Девушка встала на носочки, опустила мою голову и нежно поцеловала в губы. Нет, это не будет наше «прощай». Я наполню её собой и дам понять, что без меня она всегда будет чувствовать себя пустой.

Я сделал Эхо моей. Мои руки присваивали её волосы, спину. Мои губы — её рот и язык. Её тело дрожало в моих объятиях, и я почувствовал соль на её коже. Она заставила себя отвернуться, и я крепче вцепился в неё.

— Нет, детка, нет, — прошептал я ей на ухо.

Тогда она оттолкнула мою грудь и быстро убежала.

— Мне жаль.

45 — Эхо

Он любил меня.

Ной Хатчинс признался мне в любви, что превратило последнюю неделю в школе абсолютным адом.

Прозвенел звонок. Все остальные захлопнули учебники, застегнули рюкзаки и ушли с бизнес технологий на ланч. Я не пошевельнулась.

Моя рука сжала карандаш, когда Ной прошёл мимо и покинул комнату, выпрямив плечи и задрав подбородок. Он ни разу не признал моего присутствия. А вот Исайя задержался, посмотрел на меня грустным взглядом и только потом последовал за другом.

Так мы с Ноем и общались уже семь дней. Я ждала, пока он покинет кабинет. Он убегал. Я втянула воздух, мечтая, чтобы боль прекратилась, и все ушли. Ну, все, кроме моей лучшей подруги.

— Эхо. — Лила стала перед моей партой, прижав книги к груди. — Ты в порядке?

Нет. Ничто никогда уже не будет в порядке.

— Я случайно услышала сегодня в туалете, что Лорен Льюис собирается подкатить к Ною. — Слёзы грозили скатиться по моим щекам. — Мне должно быть наплевать. В смысле, я же его бросила, и он может… — «Спать, с кем захочет»… Но я не могла произнести эти слова, так как в горле появился комок.

— Лила, — позвал Стивен из коридора, — ты идешь на ланч или нет?

Она начала качать головой, но я ответила за неё:

— Идёт!

— Эхо, — осуждающе сказала подруга.

— Всё хорошо. — Я выдавила худшую улыбку в мире. — Может, я к вам присоединюсь сегодня.

Это я сказала не всерьёз. И она это знала, но всё равно похлопала меня по руке.

— Увидимся там, — сказала девушка, прежде чем взять Стивена за руку и отправиться в кафетерий.

Я закинула вещи в сумку и стала бороться с желанием побежать за Ноем и попросить его взять меня обратно под своё крыло. Я потеряла не только его, но и привычный распорядок: учёба, занятия, планирование, как достать наши папки, работа Исайи и Бет над машиной Айреса. Потеря Ноя означала потерю жизни. И шанса на ответы.

Он был идейным вдохновителем всех наших планов, и я питалась его храбростью и верой в успех. Или нет? Я положила последний учебник в сумку и подняла бровь от этой мысли. В голове заработали шестерёнки. Я убедила миссис Колинз и отца изменить время встречи — не Ной. Я нашла фамилию приёмных родителей его братьев. Возможно, я смогу сама найти ответы.

Я завернула за угол пустого коридора и замерла. Прижавшись спиной к моему шкафчику, стояла Грейс и разглядывала свои ногти.

— Что ты тут делаешь? — спросила я.

— С тобой говорю. Если бы ты осталась с Люком, мы могли бы остаться друзьями. — Она протёрла ноготь большого пальца, прежде чем повернуться ко мне.

— Разве ты не должна сидеть в столовой и доказывать миру, что ты идеальна? — спросила я. Впервые в жизни у меня не было желания прогибаться под неё.

— Люк возьмёт тебя обратно. Когда он услышал, что ты рассталась с Ноем, то чуть с ума не сошёл. Он бросает Диану. Ему нужна ты, а не она.

Нет, не нужна. Ходили такие слухи, но я знала то, чего не знали другие — Люк не может выдержать вида моих шрамов. Я откинула голову назад и сосредоточилась на субъекте, блокирующем мой шкафчик.

— Какая тебе разница? Судя по последним новостям, ты отпускала неплохие шутки на мой счёт в спортзале.

Грейс внезапно чрезвычайно заинтересовалась своими туфлями.

— Ну-у, да, я не святая. Убей меня. Не то, чтобы ты облегчала мне задачу, Эхо. — Она закрыла рот и наклонила голову, явный знак того, что девушка пыталась вернуть себе уверенный вид. — Я всё ещё хочу быть твоей подругой, мы можем всё спасти — нашу дружбу, мнение людей о тебе, всё. Теперь, когда ты бросила этого неудачника, мы сможем сказать, что у тебя просто было помутнение рассудка. Он использовал тебя. Манипулировал. А затем ты поняла, какой же он придурок. Все поверят.