Людмила Сурская - Машка, или Ключи от счастья Страница 70

— Надо ждать. Сделали, что могли. Кровь нужна. Придётся говорить с Машей. Её подойдёт, мы Пашкину карточку посмотрели.

Кирилл только и смог спросить:

— Где он.

— Откатили в реанимацию.

— Я гоню за Машкой. Вы остаётесь?

— Остаёмся сынок, — кивнула мать.

— Давай Кирилл поторопись, — подтолкнул его отчим.

— Сейчас, сейчас… что-то я хотел. О! Значит, захвачу продукты для вас. Поужинать и позавтракать. Может ещё чего прихватить?

— Обойдёмся, поторопись.

Кирилл мчал по пустым ночным дорогам, продумывая со всех сторон разговор с женой. Как не крути, а что тут придумаешь. Горе и беда никому спокойствия не приносит, в какую обёртку их не заматывай. Вот и он старался как лучше, но напугал до полусмерти. Маша растерялась от такого известия. У неё падало всё из рук и совсем не слушались ноги. Кирилл, в темпе метался по комнатам, собирая малого, слаживая в пакеты еду для отчима и матери. Торопил Машку, возившуюся с тряпками, не в силах натянуть на себя ничего.

— Машуня, поспеши. Нас ждут, — наседал Кирилл, помогая застегнуть сапоги. — Давай руки, оденем дублёночку. Где шапка? вот она. Всё на месте, — осмотрел он её. — Вперёд!

— Кирюша, он точно живой? — всхлипывала она. До неё потихоньку доходил смысл случившегося несчастья.

Кирилл изо всех сил старался ободрить и дать надежду, только плохо у него это получалось.

— Живой, живой. Сама подумай, зачем мёртвому кровь. Ох, мышонок, мой мышонок… всё будет хорошо.

С приближением рассвета трассы заполнялись транспортом, быстро добраться в обратную сторону не получилось, хотя Кирилл и знал, что их с нетерпением ждут, но рисковать сыном и женой он не мог. Машу сразу же увели, а Кирилл, передав продукты матери и раздев сына, вымеривал с ним коридоры и холл шагами. Недоспавший Пашка капризничал, время тянулось медленнее тягучих сериалов. Сменившаяся с дежурства Наташа пролетела мимо обескураженного Кирилла к Саше и больше уже не отошла от него. Ничьи уговоры не помогали. Две любящие, самые близкие женщины сейчас боролись за него. Сестра, чья кровь бежала по его сосудам и Наташа. И только Маша знала, что для неё, Наташи, значит этот парень. Кирилл сам, на руках, перенёс Машу в палату. Пашку забрав и изрядно повоевав, кое-как уботала Татьяна Анатольевна в своём кабинете. Так что он сполна мог заняться Машкой.

— Пей, — налил он ей стакан кагора.

Она жаловалась:

— Мне плохо.

— Будет ещё хуже, если вредничать не перестанешь. — Он влил в неё напиток, и приказал:- А теперь ешь.

Она капризничала:

— Спать хочу. Оставь меня.

Кирилл разворчался.

— Машка, не лезь огурцом на вилку. Это может быть не последний забор. Тебе нужно бегом восстановиться. Давай ешь, малышка.

Она жевала через силу. Страшась спросить, всё же решилась:

— Кирюша, что произошло?

Он пожал плечами:

— Отвезу тебя домой и сгоняю к клубу. Перегоню с ребятами Сашину машину и поговорю с людьми. В органы заскочу, поинтересуюсь, быть может, они, чем порадуют.

Она смахнула слезу.

— Фирмы. Корпорация. Что делать, я ничего в этом не смыслю?

Он погладил её руки.

— Уже позвонил Максиму и отцу Юлианы. Решили, что Макс пока встанет у руля. У него говорят — зам ушлый парень, но рисковать не стали. Станислав Иванович одобрил. Родителям решили пока ничего не сообщать.

На что маша сжимая кулачки прошептала:

— Раз без охраны значит свидание, поймали на бабе. Господи, мужики такие идиоты.

Кирилл, понимая её правду, всё же поморщился.

— Маша, мы ещё ничего не знаем. Главное, чтоб он жил.

— Да, да, конечно… — засуетилась она. — Наташу покормите, она на святом духе там сидит.

— Ты права, малышка, хорошо хоть Натка свободна и может около него сидеть. Я по возможности буду её подменять.

Маша, слушая Кирилла, думала о том, что мужики, точно слепые котята. Именно поэтому они любовников своих жён, как правило, прохлопывают, а женщина сразу улавливает наличие соперницы. Поднимет она шум или проглотит, это уже другое, но учует непременно. Кирилл так ничего не понял о сестре и Александре.

Так и было, не понял. А Наташа находилась при Саше неотлучно. "В неё словно вселился бес", — жаловалась мать Кириллу. Оттащить её от него, отчаявшись в бесполезности такого мероприятия, уже никто не предпринимал попыток. Она спала там же на кушетки, почти отказываясь от еды. Мать, не понимая такой её жертвы, пыталась повлиять на девчонку, но с упрямством дочери справиться не могла.

— Наташа, это даже не прилично. Смеяться же все будут. Мало ли в кого мы влюбляемся. Но зачем такие жертвы и потом такое твоё поведение насторожит людей. Ты этого хочешь? — затолкав её в кабинет, с жаром втолковывала ей она.

— Мне всё равно, — стояла на своём, усталая Наташа.

Упорство девушки было вознаграждено. Первого, кого увидел Саша, придя в себя, была она, Наташа.

-..таша, — проглотив первые буквы, выдавил из себя вместе со стоном он, пытаясь дотянуться до неё.

Она прося, наклонилась к нему низко, низко.

— Молчи, умоляю. Молчи…

— Прости меня…,- шептал он сухими губами.

Девушка волновалась за его здоровье и, пытаясь ограничить разговор, просила:

— Господи. Да замолчи. Тебе нельзя говорить.

— Ната, не уходи, — умолял он.

Наташа и не уходила:

— Папа, — метнулась она к вошедшему отцу, — он пришёл в себя.

Профессор разворчался:

— Зато ты ноги протянешь. Теперь, надеюсь, вернёшься домой. Сделала себя добровольной сиделкой. Ему это надо, рассердится ещё?

Но раненный и не думал сердиться.

— Не трогайте её, — разжал запёкшиеся губы Саша.

— Давай парень живи. Травинкой и берёзкой ещё успеешь стать. Наташа вон сюда жить переселилась, а это не порядок. Девушка в одной палате с голым мужиком, — пошутил он.

— Жениться придётся не иначе, — улыбнулся Саша. — Как я к вам попал?

Профессор осматривая его по ходу объяснил:

— Если коротко, то Наташа привезла. Это тебя и спасло. Попади ты в обыкновенную "скорую", то веночек бы уже купили на могилку и слезу выдавили. А что там произошло тебе виднее. Милиция уже замучила звонками в надежде с тобой переговорить. Дело за малым, в сознание не приходил.

Счастливая Наташа, не слушая брюзжание отца и отойдя к окну, торопилась сообщить хорошую новость Маше.

— Пусть Кирюха бульон привезёт и что-нибудь лёгкое. Сообрази сама. Сок надави свеженький. Маша, ты плачешь? Не плачь, родная, он будет жить.

— Это от счастья, Сию минуту вызвоню Кириллу. Он уехал разбираться с этим безумным нападением.