Сделано с любовью - Алиса Перова Страница 7

– Алло-о, – нетерпеливо повторяет она.

И проглотив готовые сорваться с языка безобразия, я сдержанно озвучиваю:

– Здравствуйте, передайте, пожалуйста, телефон его владельцу.

И не лапай чужие вещи своими корявыми лапами!

– А Вы, простите, кто? – выбешивает меня трубка…

– Результаты спортлото! – рявкаю ей в ухо. – Павел Ильич только что выиграл главный приз и если он немедленно об этом не узнает, то выигрыш может до него и не добраться!

Интересно, а как он обозвал меня в своей телефонной книге?

Реакции на моё выступление я так и не дождалась, потому что там уже приближается и ласкает мой слух родной рычащий голос:

– Так, а я сейчас не понял – это что, мой телефон?!

– Паш, ну просто он звонил… – продолжает пищать мне в ухо неизвестная телефонистка.

– А разве ты мой личный секретарь? – рычит мой грозный Рябинин, а спустя секунду из динамика послышалось ласковое и тёплое: – Айчик…

– Привет, пап! Я не очень вовремя?

– Ты что, дочик, ты всегда вовремя! – и каждое слово мне в сердце. – Прости, малыш, я отошёл всего на пару минут…

– Да всё нормально! Мы с твоей связисткой очень мило поболтали, – выпаливаю я и сразу перехожу к главному: – Пап, я тут подумала и решила… Короче, я согласна.

Но, вместо радости, почему-то слышу насмешливое:

– Вот даже как?

И я теряюсь. Просто со стороны папы Паши я никогда не жду подвохов… Я настолько привыкла получать мгновенный отклик и помощь, что совершенно не готова услышать прежнего язвительного Рябинина.

– Пап… ты не рад?

– Очень рад, – отвечает он слишком серьёзно и не слишком радостно. – Дочик, я соскучился гораздо больше, чем ты можешь себе представить… Но только скажи мне честно, от кого ты бежишь?

Бегу?..

Мне совсем не нравится это слово… Может быть, потому что это правда?..

– Пап, я не поняла… ещё несколько часов назад ты спросил, хорошо ли я подумала…

– А спустя час я узнал, что вернулся твой героический Ланевский. Вы уже виделись?

У меня есть несколько вариантов ответов, но обманывать папу я не хочу, а озвучивать всю правду – лишь растревожить его и себя.

– А я почему-то надеялась, что только ты меня понимаешь! – с тяжёлым вздохом ухожу от ответа, а папа смеётся.

– Ты маленький бессовестный манипулятор, Айка, – упрекает он с улыбкой в голосе. – Ну давай уже, осчастливь меня… Когда встречать-то?

♥

Не полегчало. Стало ещё паршивее.

Такое случается в тех редких случаях, когда я теряюсь и не понимаю, как поступить. А сейчас искать правильный ответ я могу только в себе. Папа не стал на меня давить… Понятно… он слишком боится спугнуть свою непокорную девочку. Иногда это так бесит… Да всегда! Жёсткий Рябинин ведёт себя со мной, как ведомый телок. Могу себе представить, каково это бывает наблюдать Вадику! Он-то привык к другому папе – строгому и несгибаемому.

Но теперь метод кнута и пряника работает в извращённом режиме – сына господин Рябинин гладит кнутом, а дочку – наказывает пряником. А мне кажется, он до сих пор боится, что я могу взбунтоваться и исключить его из списка моих пап. И даже не подозревает, как долго я сама боялась… Что он вдруг устанет от меня. Сейчас уже не боюсь. Я ему верю… Бесконечно верю! Как никому другому!

Однако вся моя семья считает меня патологически упрямой. Они думают, что донести до меня истину – их истину! – возможно только методом «от противного». Но это не так! Правда в том, что у меня тоже есть своё собственное мнение! И это не мои проблемы, что оно не всегда совпадает с умозаключениями моих близких. Они считают меня железякой… А ведь я тоже умею чувствовать! Очень сильно! Только молча… Я не всегда умею подобрать нужные слова, чтобы рассказать, как мне бывает больно. Об этом и слова не нужны… А плакать не получается…

Алекс готова меня растерзать за каждый день, что мы с Киром не вместе. Почему-то она уверена, что её опыт позволяет ей учить меня жизни. А ведь это моя жизнь! И я вовсе не жду от Алекс понимания… Но давление иногда невыносимо!

Знаю, что папа тоже со мной не согласен. И зачем только звонила? Думала, он сразу обрадуется… Ведь почти месяц он уговаривает меня приехать к нему в Сочи хоть на пару недель, чтобы отдохнуть и окунуться в сферу гостиничного бизнеса – так сказать, изнутри. Вдруг мне понравится, и я увлекусь. У Рябинина там три небольших отеля, но прибыль в этом году попёрла такая, будто кроме Сочи и курортов больше нет. И вот уже полгода папа активно оптимизирует бизнес-процессы и попутно нащупывает новые проекты. Я и сама очень хотела слетать к нему, но куда мне с моим сумасшедшим графиком?!

А сейчас… Сейчас самое время! Пусть только Кир поправится…

Внезапно вспыхнувший свет фонарей осветил двор, а на крыльце возникла Алекс.

– Айка, я не понимаю, ты где пропала?

Я неохотно покинула салон, прихватив сумки с продуктами и собачьим кормом…

Так, а где Август? До меня только что дошло, что пёс меня не встречает, и я озираюсь по сторонам. Но громкий приветственный «Гав» позволяет быстро обнаружить виноватую мордаху потеряшки, выглядывающую из-за Алекс. Опять этот проныра в доме! Охранник, называется!

Щенок немецкой овчарки появился здесь в день моего девятнадцатилетия. Не сам пришёл, конечно, – этого чудика в большой плетёной корзине притащил мой брат Вадька, прилетевший из Штатов на каникулы. И клятвенно заверил, что из неуклюжего милахи вырастет мощный и грозный зверь. Ну, не знаю… За прошедшие полгода грозным у Августа стал только аппетит. А глядя, как над ним издевается мой кот, я вообще сомневаюсь, что этот пёс хоть кого-либо способен защитить.

– Я что, вышла на улицу сама с собой поговорить? – напомнила о себе Алекс, перехватывая сумки из моих рук, и недовольно заворчала: – Опять, как ишак, навьючилась.

– Да мне не тяжело…

– А ты, кстати, сигареты купила? – подбоченилась Алекс.