Реанимируй моё сердце (СИ) - Колоскова Галина Страница 7

На той стороне провода — пауза.

— Как нет? — её голос звучит удивлённо. — Я лично загрузила всё необходимое на ваш рабочий стол ещё утром. В папку «Входящие». Вы уверены, что хорошо искали?

— Я проверила все папки. Там пусто.

— Странно. Никогда таких проблем не было. Наверное, сбой в системе. Разбирайтесь с IT-отделом. Я, к сожалению, не могу помочь, у меня совещание.

Она кладёт трубку.

Сижу смотрю на монитор. Сбой в системе? Возможно. Но интуиция подсказывает, что это не так. Вспоминаю её ледяные глаза, сладкую, ядовитую улыбку. Тут скорее угроза её неформальному статусу. Тайная влюблённость в Станислава, которую я угадала с первого взгляда.

Я не зря проработала столько лет в змеином клубке муниципальной больницы. Узнаю саботаж, даже когда он облачен в безупречный костюм и приправлен дорогим парфюмом.

Делаю глубокий вдох. Хорошо. Игра началась. Звоню в IT-отдел. Мне вежливо, но без особого энтузиазма, сообщают, что отправят специалиста «в течение дня».

«В течение дня». Это значит, что сегодня я не смогу работать. Не смогу ознакомиться с пациентами. Не смогу показать свою компетентность.

Выхожу из кабинета. Направляюсь в сторону столовой для персонала, чтобы выпить кофе и осмотреться. По дороге я прохожу мимо открытой двери в небольшой конференц-зал. Там собралось несколько человек, включая ту медсестру и пожилого врача. Они стоят спиною к двери и меня не видят. Кучка заговорщиков или сплетников о чём-то оживлённо беседуют. Усмехаюсь, услышав своё имя...

Глава 6

Глава 6

Кучка заговорщиков или сплетников о чём-то оживлённо беседуют. Усмехаюсь, услышав своё имя.

— …Ковалёва. Да, та самая, из городской. Скандальная баба, неуживчивая. Говорят, её муж выгнал. На нервах в операционной накосячила, хотят уволить. Вот она тут, у Станислава Борисовича и пристроилась. По блату. Личная протекция. Конкурса на вакансию не было.

Узнаю голос Ольги. Он звучит тихо, но абсолютно чётко. Замираю, на всякий случай отступив за стену.

— Ну, знаете ли, Ольга Валерьевна, если Станислав Борисович пригласил… — неуверенно начинает пожилой врач.

— Станислав Борисович — человек мягкосердечный, — парирует Ольга с фальшивой нежностью в голосе. — Его легко разжалобить. А она, видите ли, без крова над головой осталась. Вот он из жалости и взял. А нам теперь расхлёбывай. И где её дипломы, кстати? Она вам их показывала? А то папка с её документами куда-то запропастилась. Не могу найти.

Лёгкий, подавленный смешок. Они верят ей. Всё это я уже проходила. Ольга закладывает основу недоверия. «Пристроилась по блату». «Документы потеряны». Следующим шагом будет сомнение в моей компетенции.

Я отступаю от двери, не в силах слушать дальше. Кровь стучит в висках. Я возвращаюсь в свой кабинет, закрываю дверь и прислоняюсь к ней спиной. Такое знакомое чувство. Только вчера я так же стояла в своём кабинете в городской больнице. Кажется, убежав от одной войны, я попала в другую. Более изощрённую, более циничную.

Огнев слишком хорошего мнения о своём коллективе. И совершенно не владеет реальной информацией. Я не наивная девочка и ожидала некоторого сопротивления. Но такая тотальная, продуманная атака в первый же день…

Подхожу к окну. Внизу шумит город. Мой город. В котором у меня нет ни дома, ни семьи, ни поддержки. Только я. И работа, которую у меня пытаются отнять, даже не дав к ней приступить.

Во мне закипает… Не отчаяние. Не страх. Гнев! Чистый, беспощадный гнев. Они все думают, что я сломаюсь. Марк и Снежана. Родители. Игорь Петрович. Теперь вот Ольга. Они видят во мне жертву. Удобную, безропотную.

Отворачиваюсь от окна и смотрю на пустой рабочий стол. Нет файлов? Хорошо. IT-специалист придёт «в течение дня»? Отлично!

Открываю нижний ящик стола. Нахожу несколько чистых блокнотов и ручку. Забираю их и направляюсь в отделение реабилитации. Туда, где находятся пациенты.

Подхожу к молодой медсестре, которая испуганно сбежала от меня утром.

— Извините, ещё раз. Как вас зовут?

— А… Анна, — бормочет она.

— Анна, прекрасно. У меня временные проблемы с компьютером. Хочу лично познакомиться с пациентами, которых мне предстоит вести. Можете проводить меня? Я понаблюдаю за ними, познакомлюсь.

Она смотрит на меня с удивлением. Так не принято. Обычно всё начинается с изучения истории болезни.

— Я… Я не знаю… но Ольга Валерьевна…

— Ольга Валерьевна занята на совещании, — уверенно перебиваю. — А ваша работа — пациенты. — Чеканю жёстким, командным голосом: — Идёмте.

Я не жду её согласия, а делаю шаг по направлению к палатам. Через секунду слышу торопливые шаги за спиной.

Мы заходим в первую палату. Пожилой мужчина, перенёсший операцию на сердце. Я представляюсь. Говорю, что я новый врач, курирую его реабилитацию. Не задаю сложных вопросов. Спрашиваю, как он себя чувствует, что беспокоит. Смотрю на него не как на историю болезни в компьютере, а на живого человека. Записываю его жалобы и пожелания в блокнот.

Мы обходим так несколько палат. Сначала Анна нервничает, но потом, видя спокойную реакцию пациентов, расслабляется. Она начинает сама что-то подсказывать, называть особенности каждого.

Я не жду, пока мне принесут информацию. А иду и беру её сама. Старым, проверенным способом — через личный контакт.

Через два часа я возвращаюсь в свой кабинет. Блокнот исписан. У меня есть имена, лица, первичная оценка состояния, жалобы. Есть понимание, с чем мне предстоит работать.

В кабинете меня ждёт IT-специалист. Молодой парень.

— Здравствуйте. У вас проблемы с доступом?

— Да, — киваю, указывая глазами. — Пришлось справляться без него. Будьте добры, восстановите его. И… распечатайте, пожалуйста, официальные истории болезней моих пациентов. Для архива.

Отдаю ему список имён из своего блокнота. Он уходит.

С удовлетворением сажусь за стол. Я не сломалась. Не побежала жаловаться Станиславу, а нашла способ работать вопреки. Дала понять, что меня так просто не вышибешь из колеи.

Но обольщаться не стоит. Это только начало. Ольга не отступит. Её атака всего лишь разведка. Следующая будет серьёзнее.

Я открываю блокнот и начинаю систематизировать записи. Пальцы уверенно водят ручкой по бумаге. Я на своей территории. Я — врач. И никто не может отнять этого у меня.

Дверь в кабинет тихо открывается. На пороге стоит Станислав. Он в белом халате. Цвет подчёркивает естественную смуглость кожи. У него густые, зачёсанные назад волосы. Сердце на мгновение замирает. Тёмные глаза внимательно смотрят на меня.

— Ну как? Первый день? — в глубоком голосе нет подтекста.

Смотрю на него, затем на исписанный блокнот, и на губы наплывает лёгкая, едва заметная улыбка.

— Всё идёт по плану, Станислав Борисович. Как и ожидалось.

Я не вру. Это правда. Добавлять, что даже с лихвой, не стану.

Он задерживает взгляд на блокноте чуть дольше. В чёрных глазах мелькает что-то похожее на уважение.

— Рад это слышать! — Он кивает: — Не стесняйтесь обращаться, если что.

И уходит. Я знаю, что он что-то знает. Чувствует напряжение. Но он не вмешивается. Проверяет меня на стрессоустойчивость? Смотрит, выдержу ли? Работать с капризными пациентами не просто, тем более когда за ними стоят большие деньги.

Усмехаюсь. Может не сомневаться. Я выдержу. У меня нет выбора. Я поняла правила новой игры.

Если они хотят войны, они её получат.

Глава 7

Глава 7

Марк

Я закрываю дверь квартиры и замираю на секунду, прислушиваясь. Тишина. Не та, благословенная, когда Арина читает в кабинете, а я отдыхаю после работы. А гнетущая, пустая. Пахнет не привычным ароматом ужина, а чем-то чужим, сладким и приторным. Ароматизатор. Снежана снова включила эту дурацкую машину!

— Маркиз, это ты? — из гостиной доносится её голос, томный и ленивый.