Союз и предательство - Кира Коул Страница 68

Ава сидит на земле, обхватив колени руками. У нее такой вид, словно она увидела привидение.

— Что нам известно? — Спрашиваю я, глядя на Рубена, вытаскивая пистолет из-за пояса и проверяя его.

— Мне позвонила моя подруга. Она была в пиццерии за углом, когда услышала выстрел. — Голос Камилы слегка дрожит, когда она говорит.

Она делает глубокий вдох: Она заметила, что мужчина лежит на полу, истекая кровью, и кто-то хватает Зои, но она не смогла добраться до нее, пока ее не посадили в серый фургон. На боку было написано “Copperhead Shipping”.

— Copperhead Shipping? Она абсолютно уверена, что там так написано? — Мой желудок сжимается, когда я выхожу из такси, на котором приехал сюда.

Камилла кивает, пока Рубен берет мою сумку.

Черт.

Я направляюсь к машине Камиллы. — Это прикрытие для гребаных секс-торговцев. Отведи Аву внутрь и позаботься о ее безопасности.

— И куда, черт возьми, ты собрался? — Спрашивает Камилла, бросая мне ключи. — Ты же не думаешь, что сможешь выбраться оттуда и позаботиться обо всем самостоятельно, не так ли?

Я усмехаюсь и сажусь в машину. — Я собираюсь вернуть свою жену, а потом убью ублюдков, которые ее похитили. Одного за другим.

Камилла подбегает к машине с пассажирской стороны и садится внутрь. — Я еду с тобой. Теперь она и моя сестра, Кристиан, и мы оба знаем, что тебе понадобится поддержка.

Я вздыхаю и киваю. У меня недостаточно времени, чтобы тратить его на споры с ней. Если мы сейчас же не отправимся в путь, то можем потерять ее навсегда.

Если мы еще не опоздали.

Улицы темные и пустые, когда я направляюсь в район складов.

Компания Copperhead Shipping работает на небольшом складе в конце района. Известно, что они перевозят похищенных женщин туда и обратно в мгновение ока.

Их лидер Шейн не раз пытался вести со мной дела. Каждый раз, когда я говорю ему, что меня не интересует торговля людьми, он дуется, как ребенок, и возвращается через несколько месяцев.

Мне следовало убить его, когда я видел его в последний раз.

Когда мы подъезжаем ближе к складу, я выключаю фары и паркуюсь за транспортным контейнером.

Мы с Камиллой выходим из машины с пистолетами наготове.

Я делаю глубокий вдох, мой пульс стучит в ушах.

Мы направляемся к складу, держась в тени.

Остальной мир вокруг нас погружен в тишину, когда я подхожу к боковой двери и дергаю за ручку.

Дверь открывается легко.

Камилла касается моей спины, когда мы входим в здание.

Я чувствую, что меня сейчас стошнит, когда веду ее между вьющимися штабелями ящиков к потайной двери в задней части.

Во время одной из многочисленных презентаций Шейна по совместной работе он предложил провести экскурсию по своему предприятию.

В то время я подумал, что будет плохой идеей тратить на него больше времени, но я также видел пользу в понимании его работы. Если бы когда-нибудь наступил момент, когда он перешел мне дорогу, я бы смог сразить его.

Теперь эта информация становится полезной.

Его тайный бордель — единственное место, куда он мог бы ее повести. Это достаточно безопасное место, спрятанное в его законном бизнесе и доступное только по приглашению.

Я открываю потайную дверь, за которой оказывается лестница, освещенная тусклыми лампочками на стене.

Мы с Камиллой спускаемся в подвал, стараясь не издавать ни звука при ходьбе.

Дверь внизу лестницы открыта, и свет горит.

Похоже, бордель сегодня вечером закрыт.

Хорошо. На моем пути не будет ни одного невинного человека.

Я смотрю через плечо на Камиллу, прежде чем указать на дверь, почти скрытую плотными черными шторами, которые драпируют главную комнату. Это как раз справа от сцены.

Если бы сегодня вечером здесь были женщины, она была бы полностью скрыта телами, движущимися по комнате.

— Я так и думал, что скоро найду тебя здесь, — Говорит Шейн, выходя из-за одной из штор.

Его улыбка прямо-таки настораживает. — Я должен сказать тебе, когда я узнал, что Джереми позволил своей драгоценной маленькой девственной дочери выйти за тебя замуж, особенно после того, как он продал ее мне, я был потрясен.

— Где, черт возьми, Зои? — Я поднимаю пистолет и прицеливаюсь, держа палец на спусковом крючке.

Из тени выходят еще двое мужчин. Их пистолеты направлены на Камиллу, и они ухмыляются.

Шейн стоит между ними, выгибая бровь, как будто он здесь главный.

Он мертв. Он просто еще не знает об этом.

— Ты не хочешь этого делать, Кристиан. Я убью твою жену и сестру в мгновение ока. — Шейн ухмыляется, глядя на Камиллу. — Я должен был подождать, пока ты не будешь с ней. Я был бы в состоянии забрать вас обоих.

Камилла направляет на него пистолет. — На твоем месте я бы перестала его провоцировать.

Шейн засовывает руки в карманы и пожимает плечами. — Ее отец продал ее мне, Кристиан. То, что ты женился на ней, не означает, что она твоя. Я взыскал свой долг, и через несколько часов ее продадут в ее новый дом. В наши дни мужчины платят кругленькую сумму за девственницу.

Я засовываю пистолет за пояс. Все, что я вижу, — это красный цвет, когда я бросаюсь на Шейна.

На меня нацелены пистолеты, раздаются выстрелы. Два тела падают на землю.

— Блядь, — он кричит, когда я валю его на землю и бью коленом в грудь.

Он хрипит, воздух выдавливается из его легких.

Когда я наваливаюсь на него, он извивается.

Освободиться невозможно. Шейн умрет за то, что он сделал с моей женой.

Я бью его кулаком сбоку по лицу.

Его нос поддается под моим другим кулаком.

— Отъебись от меня, — говорит Шейн, сплевывая кровь и извиваясь подо мной. — Я не хочу умирать.

Я хихикаю, вытаскивая нож-бабочку, который храню в заднем кармане.

Я открываю ее и вонзаю нож ему в плечо.

— Тебе следовало подумать об этом до того, как ты решил трахнуться со мной и овладеть женщиной, которую я люблю.

Слезы текут по его щекам, когда я провожу ножом по его шее, перерезая горло.

Кровь стекает на белый ковер, смешиваясь с кровью, вытекающей из других тел.

— Ты в порядке? — Спрашивает Камилла, когда мы оставляем тела позади и направляемся к потайной двери.

Я открываю дверь и вижу тело Джереми Редфорда на земле передо мной. — Было бы лучше, если бы я сам убил этого ублюдка.

В коридоре больше никого нет, когда мы направляемся в единственную комнату с закрытой дверью.

Я делаю глубокий вдох, мое сердце бешено колотится, пока