Там, где лежит вина - Миа Шеридан Страница 66

Я сделала это. Я сделала это.

Ноги уперлись в стену, и она поняла, что матрас не совсем смялся. Ее руки тряслись, пальцы соскальзывали, когда она использовала хлипкую раму на конце матраса, чтобы перенести на него часть своего веса. Он слегка прогнулся, но выдержал. Она задыхалась, все ее тело тряслось, кровь и пот капали с нее, истощая еще больше. К горлу внезапно подкатила тошнота, она откинула голову набок, и ее вырвало желчью. Джози была уверена, что потеряет сознание от рвотных позывов. Но этого не произошло, и через мгновение она смогла взять себя в руки.

Она сделала паузу, чтобы отдышаться и дать мышцам отдохнуть, прежде чем снова испытать их на прочность.

Я не могу. Не могу.

На улице зажегся уличный фонарь, молочный свет смешался с последними следами дневного света и осветил ее камеру. В голове промелькнуло видение фермерского дома ее тети и наполнило ее разум надеждой, а воображаемый смех ребенка — ее ребенка — наполнил ее сердце. Она открыла глаза и посмотрела вверх, готовая к последнему испытанию. В углу окна была крошечная трещина, маленькое слабое место. Опираясь нижней частью тела на шаткий край матраса, она высвободила правую руку и ударила кулаком по трещине в окне. Раз, два, кряхтя и чертыхаясь. С третьего раза крошечная трещина расползлась, а четвертый удар разбил стекло вдребезги, и Джози закричала от боли, когда осколки пронзили ее кожу.

Холодный воздух обдал ее влажную кожу, и она выдохнула, издав отчаянный звук тоски при первом ощущении частичной свободы. Рукой она смахнула оставшееся стекло с окна, насколько это было возможно, а затем сделала один большой вдох и, используя край матраса как трамплин, оттолкнулась от него, одновременно подтягиваясь на руках.

Ее туловище зацепилось за подоконник, и какое-то время девушка просто барахталась, наполовину внутри, наполовину с наружи комнаты, которая почти год служила ей темницей. Она издала еще один громкий вопль, брыкаясь ногами, когда пролезала в окно, осколки стекла царапали ее обнаженную кожу.

Джози упала на заснеженную землю, задыхаясь и постанывая, и ползла, не в силах подняться, но отчаянно желая убежать. Прочь. Прочь. Ее рыдания наполнили ночь, изо рта вырывались белые облачка пара, и она тщетно пыталась успокоиться, но ее тело взяло верх. Ей показалось, что она слышит вдалеке шум машины, и сердце гулко ударилось о ребра. Почувствовав, что за ней наблюдают, резко повернула голову.

Что, если это он?

Ее больше не закуют в кандалы. Она этого не позволит. Джози подобрала осколок стекла и зажала его в руке, поднимаясь на ноги, поскальзываясь, спотыкаясь, хромая, трясясь от страха и холода.

Бежать! Бежать!

Джози побежала. На ней не было обуви, только майка и рваные остатки шорт, которые она надела целую жизнь назад. Оглянувшись, девушка увидела, что оставляет за собой кровавый след на легком снежном покрове. Красные хлебные крошки, по которым он мог бы пойти ее, если бы пришел раньше, чем она успела добраться до безопасного места.

Поскользнувшись на ледяной корке, она подалась вперед, но удержалась на ногах, и, спотыкаясь, пошла дальше. И дальше. Куда ни глянь, везде было пустынно, сплошные заброшенные здания. Неудивительно, что никто не слышал ее криков. Задыхаясь, она то и дело взмахивала руками, заставляя себя двигаться только силой воли.

Она заметила движение впереди. Фары. Машина. Джози всхлипнула, гадая, не он ли это. Но нет, это было такси. Такси! Девушка бросилась вперед и закричала, всхлипывая так сильно, что едва могла перевести дыхание, и размахивая руками.

Такси повернуло, направившись в другую сторону, и Джози снова закричала. Ее накрыла пульсирующая красная волна, и на мгновение мир померк. Она упала на колени, протянув руку в сторону такси, которое медленно удалялось.

Вернись! Вернись!

Девушка попыталась подняться, но не смогла и поползла по заснеженной земле к удаляющемуся автомобилю, протягивая к нему одну руку.

Она увидела, как внезапно загорелись красные стоп-сигналы, а затем машина начала сдавать назад. Джози вздрогнула, ее голова дернулась, когда она отчаянно попыталась остаться в сознании, потянувшись вперед, как будто могла схватить приближающийся свет в вытянутую руку.

Дверь открылась. Шаги. Мужской голос. Он что-то кричал. Ей? Нет, он разговаривал по телефону. Джози рухнула на землю. Она чувствовала запах асфальта, грязного льда и собственного тела.

— 911? Девушка на дороге... окровавленная... полуголая... Я не знаю.

Джози частично перевернулась на спину. Где же звезды? Над ней был только бетон. Возможно, мост или эстакада. Голос мужчины то затихал, то пропадал. Он все еще говорил быстро. В панике.

—...выглядит полумертвой. Пришлите помощь! Скорее!

Джози закрыла глаза и вырубилась.

Перед глазами мелькали огни, звуки, шум, беготня. Она была где-то в ярком месте, двигалась, рядом с ней суетились люди. Боль. Повсюду. Она застонала.

— У нее кровотечение! — сказал кто-то.

Она с трудом открыла глаза, отворачиваясь от движущихся людей. Ее взгляд остановился на мужчине в форме офицера полиции, стоявшем у стены и смотревшем на нее. Его выражение лица было наполнено шоком и глубокой печалью. Его взгляд встретился с ее взглядом. Его глаза. Цвета индиго, как ночное небо. Свобода. Она добралась до этой далекой звезды, и купалась в ее ослепительном свете.

Свобода.

Свобода.

Свобода.

ГЛАВА 34

Сестра Маршалла Лэндиша жила в небольшом кирпичном доме с широким крыльцом в районе Маунт-Лукаут в Цинциннати. Небольшой газон был недавно подстрижен, а верхние окна украшали оконные ящики с яркими красными и желтыми цветами. У основания широких каменных ступеней стоял красный трехколесный велосипед.

Зак не знал, почему это удивило его. Предположил, что это потому, что фамилия Лэндиш навевала такие мрачные мысли, а этот идеальный символ американского семейного счастья полностью противоречил этим мутным представлениям.

Конечно, сестра Маршалла Линда больше не была Лэндиш. В замужестве она стала Уинстон.

Он взглянул на Джози, и та слабо улыбнулась, хотя по ее глазам было видно, что она нервничает, как и по тому, как девушка сжимала и разжимала руки, словно бессознательно искала, за что бы ухватиться. Он протянул руку и сжал ее ладонь, не в силах удержаться от того, чтобы не придать ей уверенности своим прикосновением, пусть и очень коротким.

Не успел Зак постучать, как услышал шумные звуки играющих внутри детей. Он постучал в дверь, и