Там, где лежит вина - Миа Шеридан Страница 61

инстинктивно двигая бедрами вверх, в поисках облегчения. Черт побери, ему казалось, что он вот-вот кончит в штаны, похоть вибрировала в каждой клеточке его тела и струилась прямо между ног, где пульсировала и болела эрекция. Джози оторвалась от его губ и слегка отстранилась, чтобы расстегнуть его джинсы. Он попытался посмотреть ей в глаза, но она, казалось, выполняла свою миссию, и на мгновение туман вожделения рассеялся настолько, что он смог по-настоящему рассмотреть ее. Ее соски были твердыми пиками под рубашкой, кожа раскраснелась от возбуждения, но выражение лица было напряженно сосредоточенным, в ее взгляде было что-то почти отчаянное, что, как он подозревал, было связано скорее с выполнением этого сексуального акта, чем с получением удовольствия от него.

— Джози, подожди...

Она провела рукой по его твердому члену, вызвав стон. Встретилась с ним взглядом, пока гладила его, и блаженство захлестнуло Зака, заставив забыть о том, что он собирался сказать.

— Ты хочешь этого? — спросила она.

Разве это не его фраза?

— Да, боже, да, но...

Девушка приподнялась и, маневрируя, сняла с него брюки. Он слегка приподнялся и стянул с себя рубашку, так что оказался под ней совершенно голым.

— Презерватив, — сказал он, указывая на свои брюки. — Бумажник.

Она достала из заднего кармана его брюк бумажник и вытащила презерватив, дрожащими руками быстро разорвала упаковку и надела на него. Затем снова забралась на него, обхватила рукой его горячий, пульсирующий член и стала поглаживать. Он положил свою руку поверх ее, останавливая движения. Несмотря на короткую паузу и презерватив на коже, он был уже близок.

— Джози, я кончу, если будешь продолжать в том же духе.

Она улыбнулась, слегка приподняв уголки губ, слезла с него и сняла леггинсы и толстовку, но лифчик оставила. Ее взгляд переместился на его возбужденный член, и на ее лице промелькнула нервозность, но девушка быстро справилась с собой и снова забралась на него. Взяла его член в руку, и Зак наблюдал, как она опускается на него, его зрение затуманивалось от удовольствия, которое доставляло ее горячее, влажное тело, плотно обхватывающее его.

— Боже, как же хорошо, — выдохнул он, откидывая голову на матрас, когда она начала двигаться.

Зак поднял руки и обхватил ее бедра, большим пальцем нащупав шрам на ее бедре. Подняв голову, посмотрел на место, которое нащупала его рука, и сердце упало, когда он понял, что это то самое место, где были написаны обвиняющие слова. Casus belli.

О, черт. Джози.

Она отшлепала его руку от своего покрытого шрамами бедра, и на мгновение на ее лице отразилось что-то вроде паники. Девушка издала тихий задыхающийся звук, отчасти раздраженный, отчасти всхлипывающий, схватила его за руки и прижала их к бокам, ее движения стали дергаными и нескоординированными. Зак замер, наблюдая за ней, когда выражение ее лица изменилось, а пальцы впились в мягкую кожу его рук, возвращая его в настоящее.

— Джози, эй, все в порядке. Мы не должны...

— Нет, — громко сказала она, подпрыгивая на нем, ее движения были неистовыми, а выражение лица слегка диким.

Зак попытался пошевелить бедрами, сесть, обнять ее, успокоить, предложить утешение. Она не была готова к этому. Проклятье. Он слишком увлекся, не сумел правильно понять ее.

— Нет, пожалуйста, — почти всхлипывала она, в ее глазах вспыхнула паника. — Пожалуйста. — Она опустила голову и поцеловала его грубо, небрежно. — Пожалуйста, — прошептала она ему в губы, продолжая двигать бедрами.

Он почувствовал, как по ее щекам потекли слезы, и его сердце сжалось от ее печали, от того, что это, очевидно, причиняет ей такие глубокие страдания.

— Пожалуйста, Зак, — снова прошептала она.

Джози хотела этого, нуждалась в этом. Возможно, чтобы доказать себе, что она может, возможно, чтобы развеять свои воспоминания. Он был в замешательстве, не зная, как правильно поступить. Зак хотел лишь уменьшить ее боль. Быть рядом с ней так, как она в этом нуждалась. И все же, несмотря на все это, его тело продолжало реагировать на нее, на ее тепло, окружавшее его, на ее запах, на нее саму.

Он колебался, не зная, что делать, но затем, следуя инстинктам, взял ее за запястья и перевернул на спину. Девушка закрыла глаза, слезы все еще текли по ее щекам. Ее трясло.

— Посмотри на меня, Джози, — нежно сказал он, начиная медленно двигаться, вращая бедрами. Она открыла глаза, выражение ее лица все еще было страдальческим, растерянным. — Посмотри на меня, в мои глаза. Ты в безопасности. Мы можем остановиться в любой момент, когда ты захочешь. Даже сейчас. — Он вошел в нее и отстранился. — Я никогда не хотел никого больше, чем тебя, но остановлюсь, если ты захочешь. Ты ведь знаешь это, правда?

Джози моргнула, и выражение ее лица прояснилось, смягчилось. Она кивнула головой и медленно обхватила его бедра ногами, пока он двигался в ней.

Он не смог сдержать стон, вырвавшийся из его груди.

— Вот так. Почувствуй меня, Джози. Здесь только мы, больше никого. Только мы. И я остановлюсь, если ты этого захочешь.

Она смотрела на него какое-то мгновение, скользя взглядом по его лицу, слезы прекратились. Затем, приоткрыв рот, испустила небольшой вздох. Ее внутренние мышцы были так напряжены, что крепко обхватывали его, когда он входил и выходил, задавая медленный, но устойчивый ритм. Их взгляды встретились, и он наблюдал за выражением ее лица, пытаясь уловить хоть малейший намек на страдание. Но выражение ее лица оставалось спокойным, взгляд доверчивым, сердце и душа прямо в ее глазах. Боже, как это было интимно. Он чувствовал, что связан с ней всеми возможными способами. Зак никогда не испытывал такого глубокого единения, как в этот момент. Это потрясло его до глубины души. И делало ощущения невероятно интенсивными. Его яйца подтянулись, мышцы живота напряглись. Он собирался кончить. Зак пытался сдержаться, пытался дать ей больше времени, но ничего не мог с собой поделать.

— Джози, о, боже, — выдохнул он.

Он вошел в нее в последний раз и замер, ее внутренние мышцы втягивали его, доя его до последней капли. Мужчина протяжно и громко застонал от сильнейшего наслаждения, вызванного оргазмом, и его кожа покрылась мурашками.

Какое-то время он просто дышал ей в шею, чувствуя, как ее сердце бьется в такт с его, пытаясь прийти в себя от того, что не мог описать словами. Затем отстранился от ее тела и поднял голову, глядя ей в глаза и стирая большим пальцем последние следы слез с ее щеки. Их глаза встретились, и между ними возникло нечто мощное — понимание, связь, которая только что была