Ты под запретом - Лена Бонд Страница 61

Оборачиваюсь и вижу перед собой пожилую женщину в цветастом платке, которая стоит и внимательно разглядывает меня, опёршись на черенок лопаты.

— А вы не знаете, где они? — спрашиваю я.

— А кто «они»? — женщина щурится. — Надя померла, а Илья уехал сразу же после похорон.

Мир вокруг меня начинает кружиться. Я хватаюсь за забор, чувствуя, как ноги подкашиваются. Нет, нет, только не это...

— Как это умерла? Когда? — слова вырываются сами собой, хриплые, надломленные.

— Так неделя прошла, как схоронили. Когда Илью полиция забрала, Наденька так переживала за сыночка, всё плакала! Его только на следующий день отпустили. Очень сдала она после этого. Через две недели на скорой увезли, так и померла в больнице, — она замолкает, всматриваясь в моё лицо, и вдруг её глаза расширяются. — Погоди, так это ты! Из-за тебя, змеюка, Илью и забрали. Бегала всё сюда, летом, а потом так подставила парня! Тьфу!

Она плюётся мне под ноги и, развернувшись, уходит. А напоследок оборачивается и говорит:

— Это из-за тебя, падлюка, Наденьки не стало. Такая хорошая женщина была, — промокнув глаза платком, женщина уходит, а я стою в оцепенении, пытаясь принять то, что я только что узнала.

Мама Ильи умерла… Из-за моего поступка. Сердце так больно сжимается в груди, что я не могу дышать. Жадно хватаю ртом воздух, не веря в то, что это произошло. Водитель, видимо, заметив, что мне плохо, выходит из машины и подбегает ко мне.

— Девушка, что с вами?

— Всё нормально, — шепчу я. — Пожалуйста, отвезите меня на кладбище… Я покажу дорогу.

Через пятнадцать минут я стою у свежей могилы, усыпанной цветами и венками.

Зимина Надежда Петровна.

Смотрю на дату рождения и смерти и понимаю, что у нас с ней день рождения в один день — сегодня. Эта удивительная, добрая женщина с непростой судьбой не дожила неделю до сорока двух лет. Я кладу на могилу букет полевых цветов, которые собрала по дороге, — ромашки, васильки. Хоть так я могу почтить её память и поздравить её с Днём рождения.

Опускаюсь на колени прямо на влажную землю, не заботясь о том, что испачкаю единственные приличные джинсы.

— Простите меня, — шепчу я, и слёзы капают на свежую могильную насыпь. — Простите меня за всё...

* * *

В аэропорт я возвращаюсь только к вечеру. Таксист содрал кучу денег за ожидание, но мне всё равно. На билет до Москвы мне как раз хватает. Сидя в зале ожидания, я не могу перестать думать об Илье. Где он сейчас? Что с ним? Может быть, он здесь, в Нижнем Новгороде? Ведь он учился здесь.

Он, скорее всего, даже не узнает, что я приезжала к нему. А может, оно и к лучшему… Я внесла в его жизнь только боль и потери. А он... он подарил мне самое ценное — показал мне настоящую себя, без масок и притворства. Показал, что значит любить и быть любимой. За это я буду благодарна ему до конца своих дней.

Я надеюсь, что он будет счастлив. Илья заслуживает этого больше, чем кто-либо другой. А я возвращаюсь в Москву, бороться дальше за своё существование и жизнь. И я выиграю в этой борьбе, можете не сомневаться. Я стала сильнее. Я стала мудрее. Я стала собой.

Но я навсегда запомню парня с красивыми карими глазами, который поверил в меня, даже когда я сама в себя не верила, который полюбил меня настоящую.

Я тоже люблю тебя, Илья Зимин. Как бы в дальнейшем не сложились наши жизни, что бы не уготовила нам судьба, я всегда буду помнить тебя…