Вкус желаний - Шелли Брукс Страница 60

— Нет».

Далее я просмотрела ещё несколько подобных записей, Дэймон взрослел, но эмоциональный фон не менялся до восемнадцати лет. Дэймон очень молод, не так широк в плечах, без аккуратной щетины на лице, но так же притягателен и красив. Здесь у него появилась та самая надменная ухмылка, что сводила меня с ума.

«Запись: март 2010 г.

— Мистер Грэм, опишите свои эмоции, вызванные признанием в любви той девушкой — Ванессой».

— Мне было смешно наблюдать как морщилось её личико от слёз. Она стояла на коленях передо мной, тянулась к моей ширинке и умоляла трахнуть, — со смешком, присущим дерзкому молодому парню, сказал он.

— А почему нет? Она молода и красива.

— Я никогда её не воспринимал, как девушку. Трахнуть её — всё равно что парня. Это мерзко.

— Мистер Грэм, а как дела обстоят с сексом с другими девушками?

Дэймон пожал плечами.

— Какие с ними могут быть дела? Это просто секс и всё.

— Ни одна Вам не нравилась?

— Чем? Они все для меня на одно лицо, смазанные пятна, — брезгливо сказал Дэймон. В его голосе скользнули нотки горечи. Он будто злился на них из-за того, что не мог отличить».

Про других девушек мне не хотелось слушать. Я перескочила к записям того времени, когда наши пути пересеклись. И это стало настоящим испытанием для меня.

«Запись: июль 2022 г.

— Мистер Грэм, опишите свои ощущения.

— Это сложно, больше смахивает на извращение. Её чуть осипший голос, как после съеденного мороженого, врезался в память. Он словно звук из прошлого, когда я мог испытывать эмоции. Мама просила отца отпустить её, не трогать, мне было её жаль. И эта Фэй что-то пробудила во мне. Мне хотелось снова услышать её голос, снова испытать эмоции, которых я был лишён столько лет. Я изголодался по ним.

— Почему бы Вам не найти её? Попробовать поговорить.

— Вы сами знаете, я не могу никого впустить в свою жизнь».

«Запись: август 2022 г.

— Мередит оказывается в тех местах, где я бываю. Думаю, что её наняли. Я чем-то выдал себя.

— Вы ей не доверяете?

— Нет.

— А какие ещё чувства испытываете, видя мисс Фэй?

— Я хочу её трахнуть и услышать, как она будет умолять меня взять её снова.

— Это прогресс в нашей с Вами работе за столько лет. Не стоит останавливаться на этом. Попробуйте договориться с ней».

«Запись: сентябрь 2022 г.

— Я наслаждался спектром эмоций, заполучив её. Меня возбуждают её наивные глаза, смотрящие на меня с обожанием, будто я для неё бог. А я не бог, я дьявол.

— Почему Вы хотите казаться хуже, чем есть на самом деле?

Дэймон усмехнулся.

— Бог любит своих детей, а дьявол наслаждается их болью и отчаянием. Я выгнал её, я был зол, она солгала! Она не имела права лгать мне! Я хотел довериться ей, но понял, что не смогу. Я не выкинул её вещи потому, что не собирался отказываться. Мне нужны были новые дозы. У моего желания появился вкус…»

Дэймон описывал доктору все ощущения: какой сумасшедший гнев испытал, узнав о попытке Кайла изнасиловать меня; о жгучей ревности к Франсуа, Шону и другим мужчинам. Ему и нравились эмоции, и нет, ведь они были слишком негативны. Но Дэймон ощущал их острее.

«— Произошла путаница: я принял Мередит за подчинённую и вновь выгонял её не догадавшись. Мне стало её жалко! Она так сильно плакала и просила простить её… Я прочувствовал её боль, во мне что-то надломилось, был порыв ей довериться, но я не смог.

— Как думаете, сможете ли Вы полюбить эту девушку?

— Я не знаю. Я даже к родителям не испытывал этих чувств. Вряд ли. Но мне нравится, что она есть в моей жизни.

— Хорошо. У многих пар, где один любит, а другой позволяет, рождаются дети. Вы думали о детях?

— Исключено. Как я их полюблю, если не смогу отличить от других детей?»

Ну зачем? Зачем он дал это мне?! Для чего? Чтобы я разочаровалась? Чтобы не приезжала? Это просто невыносимо смотреть!

Я сделала паузу на несколько дней, прежде чем снова вернуться к записям. Я начала смотреть те, что были после того, как я ушла.

Дэймон был зол. Очень! Он хотел приехать за мной в Оттаву и силой вернуть обратно. Мой страх, что он бросит меня, не имел почвы. Дэймон провёл над собой очень много работы, чтобы переосмыслить всё. Ему меня не хватало, так и появилась «Павла». Он хотел даже на расстоянии «касаться меня». Другие женщины были, но «пресными, без вкуса».

Спустя год после моего ухода, Дэймон смог признаться доктору и самому себе, что любит меня. Мои фото, сделанные Франсуа развешаны по всей квартире, так же как и небольшие скульптуры с моим лицом. Дэймон учился узнавать меня кончиками пальцев. «Павла» писала об увлечении лепкой…

Я плакала, увидев, что вся его квартира как галерея посвящена мне.

Эпилог

Не верится, что я снова здесь! Ещё несколько шагов по глянцевой плитке здания аэропорта, и я вновь вдохну запах этого города.

— Торонто, — с придыханием произношу я, очутившись на улице.

Водитель такси припарковался перед высоким зданием бизнес-центра, на котором поблёскивали огромные металлические буквы «Т» и «Д». Мимо проходили люди в красивой дорогой одежде: мужчины в строгих костюмах, а женщины в стильных деловых нарядах, и каждый то и дело поглядывал на меня с интересом.

Я волновалась и никак не решалась войти, то и дело скользя взглядом по зеркальному, идеально чистому фасаду без намёка на засохшие капли дождя или отпечатки пальцев. Поправив идеально ровные локоны, провела ладонью по дорогому бордовому платью-миди. Никогда ещё в жизни я не ощущала себя настолько «подходящей»: я подходила этому зданию идеально! Я дотянулась до вершины. Я дотянулась до Дэймона. Я знаю, он ждёт меня.

Я толкнула высокую стеклянную дверь, шагнула вперёд и очутилась в невозможно красивом холле.

— Добрый день, я к мистеру Грэму. Меня зовут Мередит Фэй, — обратилась я к охране.

— Проходите, мисс. Хорошего дня, — пожелал мужчина в чёрном костюме.

Створки лифта разъехались в стороны, открыв вид на светлый холл. У самой дальней двери за столом сидела Оливия. Заметив меня, она поднялась изо стола и, цокая каблуками, торопилась навстречу ко мне. Одета она так же, как и всегда: в белую блузку и узкую чёрную юбку-карандаш.

— Добрый день, мисс Фэй.

— Здравствуйте, Оливия. Дэймон у себя? — Я кивнула на его дверь.

— Да, проходите, — вежливо улыбнулась она.

В теле никак не уймётся дрожь из-за волнения