Бизнес, любовь и много чего ещё - Одри Роуз Страница 6

покидают конференц-зал, и Синди мгновенно сливается с толпой. Бедняжка побоялась даже взглянуть на меня. Неужели я так ее напугал? Синтия ведь, кажется, не из тех, кто мог так сильно смутиться моим положением в компании и тем, что произошло между нами до того, как она узнала правду обо мне. А она, кстати, хорошо целуется. Чертовка. Ее безбашенность и решительность меня подкупили. Она непохожа на легкомысленных женщин, готовых отдаться за продвижение по карьерной лестнице. Как и непохожа на тот тип женщин, которым нужна постоянная помощь и покровительство. Но вот к какому типажу относится Синтия – я пока не понял. Именно это сегодня вечером мне и предстоит выяснить, а там посмотрим, что будет дальше.

Так, погодите, а когда со мной вообще такое бывало? Чтобы вместо работы и заслушивания докладов я думал о чем-то другом? О грубиянке с милым лицом. Той, чьи бедра прелестно обтягивает юбка, но такой неловкой в своих движениях. Той, которая понятия не имела, что должна говорить, но как только получила текст, справилась с ним с завидной уверенностью, будто каждая буква и цифра заучена и выверена ей лично несколько раз.

Интересно, Синтия все-таки больше сумасбродная или особенная? Очевидно, что она не от мира сего, вот только грань между тем, чтобы быть сумасшедшим и неординарным, опасно тонкая. Чего в этой женщине больше? Она – та, кому нужно немного помощи, чтобы набрать высоту и идти к успеху? Или же она та, кто способен очаровать с запредельной скоростью, а потом отобрать и разрушить все, что у тебя есть? Надо быть с ней осторожнее. Очевидно, что Синтия не так проста. Очевидно, что я не понимаю, кто она на самом деле.

Я ухожу в свой кабинет, где сижу за бумагами почти до самого конца рабочего дня. После обеденного перерыва мисс Макфи заносит мне приказ о зачислении мисс О'Гейл в штат. Я пробегаюсь по листку глазами и узнаю, что ей двадцать четыре года. Опыта работы нет. Закончила приличный университет. Чем же она занималась после получения диплома и почему вдруг решила все-таки работать по профессии? Непохоже, что ей уютно среди белых воротничков. У меня уже столько тем для обсуждения с ней сегодня вечером.

– Мистер Уайлдер, вы точно уверены? – спрашивает мисс Макфи за секунду до того, как я коснулся бы приказа ручкой.

– Да, конечно, – расписываюсь я. – У вас есть опасения?

– Да. Все предыдущие кандидаты нравились мне во сто крат больше мисс О'Гейл.

– И тем не менее вы не согласились нанять ни одного из них.

– Да, но небезосновательно.

– Мисс Макфи, доверьтесь моему чутью. Синтия О'Гейл способная девочка. А если же она не оправдает возложенных надежд, вы знаете, что делать.

– Безжалостно увольнять, – отчеканивает мисс Макфи и забирает подписанный приказ.

Я боюсь эту женщину. Работаем вместе столько лет, а у меня до сих пор от нее мороз по коже. Она бесперебойный конвейер по производству успешных проектов. Но вот как человек она холодная, закрытая, неэмоциональная и отстраненная. За семь лет, что я в компании, мисс Макфи не взяла ни одного больничного, а в отпуск каждый год ее приходится отправлять принудительно. Неужели и я стану таким? Дейл, креативный директор, ставший мне приятелем, в шутку неоднократно говорил мне прямо: в будущем я стану копией мисс Макфи – не буду думать ни о чем, кроме работы. Ни о чем, кроме покорения новых карьерных высот. В моей жизни не останется ничего, кроме апрувов[1], митапов[2], брейнштормов[3], дедлайнов[4], офферов[5] и конфколлов[6].

Моя жизнь станет одной сплошной переработкой. А единственным смыслом существования сделается эффективность. И, что самое страшное, я сам буду всего этого хотеть. Вот только со стороны это так жутко, и мне совсем не хочется такого будущего. Я боюсь того, кем могу стать. Но я не знаю, как остановить этот процесс.

Я не хочу стать таким же, как мисс Макфи. Не хочу, чтобы в моей жизни не было ничего, кроме работы. Но, как известно, чем сильнее ты чего-то не хочешь, тем с большей вероятностью оно случится. Чем отъявленнее ты противишься чему-то, тем выше шансы, что именно этим ты и станешь заниматься. Больше всего я боюсь превратиться в того, кого на дух не переношу. В Коула и Ноэла.

Когда остается пятнадцать минут до конца рабочего дня, я выхожу из кабинета, иду к опенспейсу и осторожно поглядываю: Синтия еще не ушла. Она вздыхает, с очень озадаченным видом что-то печатает и смотрит в экран с полным непониманием происходящего. Я вынимаю из шкафа папку с отчетами, даже не смотрю, за какой она год, и сажусь на диван, с которого мне будет видно, если вдруг Синтия соберется уходить.

По прошествии этих самых пятнадцати минут, оставшихся до конца рабочего дня, большинство сотрудников офиса уходят домой. Но Синди совсем не спешит подниматься с места. Она сидит за компьютером и следующие пятнадцать минут, даже не меняя положения тела. Как вдруг я вижу, что из опенспейса выходит мисс Макфи, и понимаю, что это мой идеальный шанс. Поднимаюсь с дивана и подхожу к рабочему столу Синди.

– Эй, – тихо зову ее я.

Да, я подошел беззвучно, но не для того, чтобы перепугать Синтию, а чтобы мисс Макфи, куда бы она сейчас ни отлучилась, а ее монитор еще включен, не услышала нас.

– ГОСПОДИ БОЖЕ МОЙ! – подпрыгивает на стуле Синди и кладет руку на сердце.

– Да тише ты. Не привлекай внимание суки-директора.

– Что? Это ты вот ее сейчас так назвал? – Синди с недоумением указывает на место мисс Макфи.

– Именно. Ее последние пять лет иначе и не называют. Неужели ты еще ни разу не слышала?

– А я думала, генеральные директора – серьезные дядечки, которые не дают прозвищ сотрудникам.

– А я думал, что никчемных сотрудников не принимают на работу.

– Это кто никчемный? Это я – никчемная?!

Оказывается, ее слишком легко выводить на эмоции. Значит, никакая она не коварная хищница. Синди в самом деле вот такая простая и искренняя. Она прямо говорит, что думает. Без особых хитростей.

– Не кричи, мисс Макфи услышит и тут же примчится на шум, – говорю я полушепотом и теперь рукой опираюсь о стол Синди, чтобы произносить слова тише и еще ближе к ней. – Уже выбрала ресторан, куда мы сегодня идем?

– Так, стоп, – отъезжает она от меня на стуле. – Ты, конечно, красавчик, еще и босс, но это не значит, что у