Острые предметы - Юлия Устинова Страница 6

— Да посиди, — произносит он голосом ниже, чем обычно.

Колени свожу, сжимаю между бедрами шифон платья.

— Зачем? — широко распахнув глаза, растерянно смотрю на мужчину.

В салоне темно. Мутно-зеленым светится окошко магнитолы, на приборной панели горят несколько индикаторов, но я отлично вижу, как у Олега блестят глаза.

— Ну как “зачем”? — усмехается он небрежно и снисходительно.

Я взбаламученно пакеты к груди прижимаю. Дышать все тяжелее становится. И паника нарастает, когда Олег крепче стискивает пылающую под его пальцами коленку. Не выдерживаю. Дергаю ногой, и он сразу отводит руку.

И, конечно же, я понимаю, “ зачем”.

Все понимаю. Зачем он приехал сегодня, зачем так часто в магазин в мою смену приходит и зачем вызвался стать нашим личным водителем.

Я ему нравлюсь. Мне Олег тоже симпатичен, и я хорошо знаю его сестру.

Мы весной познакомились на Настином дне рождения. Насте двадцать четыре исполнилось, Олегу — двадцать один, как и мне. Четвертый курс в “Горном” закончил, а еще он подрабатывает в такси.

Когда-то я тоже хотела учиться в “Горном”. Физику и математику на вступительных на “отлично” сдала, а потом узнала, что беременна…

Мои одноклассники сейчас, из тех, кто в ВУЗ поступили, перешли на пятый курс, в следующем году дипломы получат. Если бы я не родила Мишку, возможно, мы бы встретились с Олегом в универе.

Я из класса не одна с ребенком, конечно. Недавно Надю Анненкову встретила. Она мне все сплетни рассказала: кто где учится, кто женился, кто замуж вышел, у кого дети.

То, что я рожу в восемнадцать, сразу после школы, полагаю, никто не ожидал. И Надя все намекала, выведывала, кто мой муж, кем работает. Как будто не в курсе, что я мать-одиночка.

Но это теперь мне все равно, что про меня подумают. Чувство стыда даже у такого самокритичного и требовательного к себе человека, как я, со временем притупилось. А когда дедушка умер, я многое переосмыслила, меньше стала заморачиваться и тревожиться на тему того, что одна воспитываю ребенка.

Но так было не всегда.

Хуже всего пришлось, когда я на большом сроке ходила и встречала кого-то из знакомых: соседей или одноклассников. Март как назло выдался теплым, а я в коротенькой курточке, которая не застегивалась на огромном животе. Без надобности я даже старалась из дома не выходить, но все же приходилось: анализы отнести, на прием, в магазин, в аптеку. Деда просить я считала недопустимым. Впрочем, смотреть ему в глаза и слышать его тягостные вздохи дома было еще сложнее.

Дед меня не упрекал, не ругал, даже не спрашивал, чей Мишка, может, и догадывался о чем-то, но переживал, безусловно. И Мишку он очень любил. Если бы не его поддержка и забота, не знаю, справилась бы я. И только все наладилось, сын в ясли пошел, я на работу устроилась, как в нашу семью пришло горе.

Олег — первый парень, который за мной ухаживает.

Он брюнет, невысокий, коренастый, симпатичный. Глаза у него голубые, а ресницы потрясающе длинные. На правой стороне, когда улыбается, появляется ямочка. Еще есть ямочка на подбородке. Олег очень на Настю похож.

Его внимание мне приятно. Мне с ним спокойно. Ну почти. И про Мишку он знает, а еще выручает очень тем, что отвозит маму домой в те дни, когда она забирает Мишу из садика и сидит с ним, пока я не приду. Правда я даю маме деньги, чтобы она платила за такси, как положено. Не люблю оставаться у кого-то в долгу. Сказывается дедушкино воспитание.

— Жень? — мягким тоном Олег выдергивает меня из размышлений о моем житье.

— Олег, мне пора. Я же тебе сразу сказала, что мне домой надо. Там мама ждет. Не нужно за мной приезжать, тут идти-то, — уже не в первый раз деликатно напоминаю ему.

— Пристанет кто-нибудь. Одна ходишь. Поздно, — ненавязчиво, с заботой приводит в качестве аргумента.

— Я уже привыкла…

— Красивой девушке не надо привыкать к такому, — осторожно парирует.

У меня отсутствует романтический опыт общения с парнями. Я целовалась-то всего пару раз. Но есть вещи, которые просто чувствуешь.

Откуда-то я знаю, что Олег хочет меня поцеловать.

Я из-за этого нервничаю. Ведь одно дело — просто позволить знакомому парню подвезти до дома, а другое — поцелуи с ним ночью в машине. У последнего могут быть последствия.

— Ну я пойду, — машинально поправляю широкую фенечку на запястье и тянусь к ручке. — Еще раз спасибо, что подвез. Хорошо тебе отработать.

Толкаю дверь, но Олег настойчиво просит:

— Да подожди, Жень. Давай завтра на озеро сгоняем? Искупаемся. В летнике там посидим, шашлык поедим, — предлагает в пожарном порядке.

Опасается, видимо, что я, как и в предыдущие разы, выскочу из салона и скроюсь в подъезде.

— А кто еще поедет? — спрашиваю настороженно.

— Я и ты, — его голос звучит без всякого подвоха. — Бледная. Тебе срочно надо на солнце, — он тянется к моей руке и проводит костяшкой указательного по плечу.

Волоски на оголенной коже и под платьем мгновенно поднимаются, но я позволяю парню касаться меня. Это даже приятно. А еще я думаю о том, как здорово было бы свозить Мишку на озеро.

— Я… бы с удовольствием, — начинаю нерешительно, — но… если только с сыном.

— Без проблем, — возбужденно подхватывает Олег.

— Я не могу его оставить. Не с кем. У мамы свои дела. Да и выходные мы всегда вместе проводим, — зачем-то оправдываюсь.

Но с моим графиком я сына в рабочие смены не вижу. Увожу в садик рано, а когда домой возвращаюсь, он уже спит. Раньше дед с ним сидел и укладывал. Теперь вот мама. Мы не то, чтобы сблизились с ней, но неплохо ладим на фоне того, что она помогает мне с Мишкой. Она даже меньше пить стала. С внуком всегда трезвая сидит. Не было бы счастья да несчастье помогло. Хотя наши отношения по-прежнему далеки от тех, что бывают в нормальных семья. Но другой матери у меня уже не будет. И я не жалуюсь.

— Говорю же, не проблема. Поедем втроем, познакомимся, — Олег, опасаясь, что я передумаю, звучит все настойчивее. — Во сколько за вами заехать?

— Я не знаю, — растерянно пожимаю плечами.

— В десять? Одиннадцать?

— Давай в одиннадцать.

— Тогда договорились.

— Хорошо, да, — стискиваю ремешок сумки, все активнее шуршу пакетами. На воздух уже хочется. — Пока, Олег…

— Жень… — парень поперек груди меня перехватывает.

Тянет за плечо, и я мягко врезаюсь губами в его губы. Олег сразу язык выпускает, расталкивает меня. Поцелуй