После развода. Первая жена - Екатерина Руслановна Кариди Страница 59

- Да, - ответили ему нестройно. – Да, конечно.

- Что касается госпожи Прохоровой, я считаю, что у нее произошел нервный срыв на фоне беременности, и теперь она нуждается в длительной реабилитации.

- Да-а, - адвокат поправил галстук. – Мы полностью поддерживаем вашу точку зрения.

- Отлично, - кивнул Арсений. - Я вызову своих, они помогут вам все оформить.

Дождался, когда прибудут его адвокаты, и тут же уехал.

У него просто зудело внутри, так нестерпимо хотелось увидеть Аню.

***

Что делать, если внезапно начинает рушиться все, что ты строил годами?

Если под ногами земля горит?!

Борис Ганин был в шоке, когда Демидова увидел в больнице. Он-то надеялся, что больше никогда Арса не увидит. А тут при мысли, что жестокий ублюдок выжил, вернулся и будет искать виноватых, его накрыла паника. Боря знал, что Арс скор на расправу. Ему хана.

Что делать? Кого просить, чтобы его прикрыли?

Он же знал, что сейчас за него никто не впишется, никто не захочет ссориться с Демидовым. Из всех серьезных людей в городе оставалась только… Цветочница. Жена Демидова.

Да, эта могла его прикрыть. Если он первым принесет ей информацию, правильно подаст и сумеет доказать свою преданность, у него будет шанс.

Из больницы, пока там все были заняты, он сорвался в загородный дом, где жила эта цветочница Анна. Пока ехал, весь нервами изошел. Но вот показались ворота и высокая укрепленная, словно это военная база, ограда.

Неизвестно было, что успело произойти, пока он ехал в информационном вакууме. К воротам подходил, его холодным потом заливало от волнения.

- К кому? – спросил хмурый охранник, просмотрев его документы.

- Мне нужно видеть Анну Александровну. Я привез уточненный отчет. Анна Александровна в курсе.

Охранник на воротах смерил его ледяным взглядом, принял какую-то команду по гарнитуре и мотнул головой:

- Проезжайте.

Ганин незаметно выдохнул, сел в машину и заехал во двор. Высоченные тяжелые ворота закрылись за ним, и от этого стало просто жутко, промелькнула мысль, что он отсюда не выйдет. Но он сразу отогнал эту мысль, потому что цель была близка.

- Ждите здесь, вас вызовут, - обронил охранник и направился к крыльцу.

Он кивнул и стал прохаживаться по двору.

На самом деле, все не так уж плохо, он успел. Сейчас его отведут к жене Демидова. А уж там…

Но вместо экономки, на крыльцо в этот раз вышел Владимир.

Не то, чего он ожидал. Наверное, с самого начала все шло не совсем так. Но как есть.

- Здравствуйте, - поздоровался Борис.

- Здравствуйте, - сухо обронил Владимир прищурившись.

У телохранителя госпожи Демидовой взгляд был тяжелый. Очень нехорошее предчувствие сейчас перевернулось в душе, а в голове набатом пробила – бежать! Но бежать было поздно.

Борис Ганин застыл в ступоре, как кролик, выхваченный светом фар на ночной дороге, осознавая, что все. Ворота заперты, вряд ли это тяжеленное усиленное железо сможет вынести его седан. Внезапно стало тоскливо, захотелось оказаться как можно дальше от этого зловещего дома.

Адвокат нервно сглотнул и выдавил:

- Я к госпоже Демидовой, - слова дались с трудом, пришлось прокашляться.

Этот невзрачный мужик в сером деловом костюме сейчас пугал его до колик. Тем, что совершенно невозмутимо продолжал смотреть сквозь него, будто он пустое место. Борис так и не понял, его вообще услышали? Может, повторить?

Он повторил.

- Мне… надо увидеть госпожу Демидову. Передайте ей, пожалуйста…

- По какому вопросу?

Резко. Борис вздрогнул. Голос у телохранителя был негромкий и обдирающий как наждак. В сочетании с холодным немигающим взглядом действовало убойно.

Но адвокат заставил себя собраться, схватил ртом воздух и начал:

- У меня есть сведения, касающиеся господина Демидова.

- Что за сведения? – кажется, в голосе телохранителя мелькнула заинтересованность.

Борис немного выдохнул, вроде получалось. Теперь главное, ему ведь нужно доверие цветочницы? Значит…

- Это конфиденциальная информация. Я могу сообщить только Анне Александровне лично.

И тут телохранитель, стоявший до того неподвижной статуей, как будто ожил. Повел шеей и сложил руки перед собой.

- Чего ты в прошлый раз не понял?

- Я…

Чееееерт… Как стало вдруг хреново.

Ганин вспомнил женщину в саду, полиэтиленовый пакет, и затрясся.

В глазах Владимира мелькнули понимание и жесткая ухмылка, а потом он проговорил скучным тоном:

- Как предпочитаешь быть упакованным, по частям или целиком?

В этот момент Борис явственно ощутил, как все его мужское достоинство буквально смерзается от ужаса. А телохранитель цветочницы презрительно хмыкнул, глядя на него, и произнес:

- Анна Александровна отдыхают. Я не могу ее сейчас беспокоить, придется подождать. Пройдете сейчас в одно место. Скоро вернется господин Демидов, ему и расскажете все, что знаете о нем.

- Нет!!! – вырвался у Ганина беззвучный вопль, он дернулся.

Вокруг сразу нарисовалась охрана.

- Вы что-то сказали? – осведомился Владимир, а после сказал, кивнув одному из охранников. – Убрать. До особых распоряжений Арсения Васильевича не трогать.

***

Отправив Ганина с глаз долой, Владимир сразу же метнулся в сад. Нельзя было долго отсутствовать, Анна Александровна забеспокоится. Вернулся вовремя.

Анна привстала с гамака и озиралась по сторонам. Увидев его, села обратно и спросила:

- Мне показалось, кто-то приехал?

- Нет, Анна Александровна, - качнул он головой и проговорил самым честным тоном. - Это была доставка.

- А, - Она легко вздохнула и покосилась в сторону дома. - Я думала, муж приехал.

Потом повертела в руках телефон, посмотрел входящие.

Владимир мог бы рассказать ей что-то или даже все. Но лучше, чтобы Демидов сделал это сам. Поэтому прокашлялся и бодро проговорил:

- Арсений Васильевич должен уже скоро приехать. А вы перекусите пока, Анна Александровна, на фрукты, вон, нажимайте. Сказать, чтобы подали сюда полдник?

Аня вскинула на него взгляд и фыркнула.

- Опять вы мне все врете.

***

К сожалению, сразу попасть домой, как ему того хотелось, Арсений не смог. Его по дороге задержали дела, пришлось вникать, время тратить, раздражаться. Так что домой он попал уже по темноте.

Только приехал, ему заикнулись было про Ганина, но Арсений махнул рукой.

- Потом. Все потом!

Не