Тени тебя (ЛП) - Кэтрин Коулс Страница 58

Я с трудом проглотил подступившую тошноту:

— Это не была авария на велосипеде.

Взгляд отца стал настороженным:

— Тогда что, черт возьми, это было?

— На меня напали. Я не видел, кто это был. Уже темнело. Они напали сзади. Думали, что это я помог убить тех людей.

Произносить эти слова было больно. Они обжигали меня изнутри, когда я выпускал их наружу. И только теперь я понял, насколько сильно этот груз давил на меня все эти годы. Как заставлял уходить все дальше в себя, пока я почти не перестал существовать.

— Что? — прошептала мама.

— Я не хотел, чтобы вы знали, — мой голос сорвался на хриплый шепот.

— Роан… — прохрипела мама. — Ты тогда был весь в синяках с головы до ног. Сотрясение, сломанные ребра. Это кто-то сделал с тобой?

— Кто? — потребовал отец. — Ты же должен был что-то видеть.

— Нет, — сказал я, пытаясь вновь обрести спокойствие. — Я не имею ни малейшего понятия, кто это был, и не хочу знать.

— С чего это вдруг? — вспыхнул Нэш. — Они должны ответить за то, что сделали. Они могли тебя убить.

Я выдохнул прерывисто. С тех пор как в мою жизнь вошла Аспен, мое отношение к случившемуся изменилось. Я больше не ломал голову, кто вонзил мне нож в спину; я просто жалел их.

— Я не хочу видеть лицо этой ненависти. Не хочу знать, кто из людей рядом со мной оказался способен на такое. Но я знаю, что им с этим жить. С тем, что они напали на невиновного. И, скорее всего, это их мучает. Этого достаточно.

— Этого недостаточно, — всхлипнула Грей, глаза наполнились слезами. — Ты изменился. Я думала, это из-за того, что ты стал подозреваемым, но вот оно — настоящее.

Я не мог солгать ей и сказать, что не изменился. Потому что изменился.

— Но именно это сделало его тем удивительным человеком, которым он стал, — мягко сказала Аспен, ее голос прорезал гул напряжения в комнате. Она обвела взглядом всех присутствующих. — Это сделало его добрее любого, кого я знаю. Более чутким. Заставило заботиться о тех, кто нуждается в нашей любви и защите. Сделало его яростно защищающим каждого, кто ему дорог. То, через что он прошел, было ужасно. Но Роан превратил всю эту мерзость в самое прекрасное, что я когда-либо видела.

Грей расплакалась еще сильнее. Она соскользнула с колен Кейдена и подошла ко мне, подняла меня и обняла за талию. Грей всегда была крошечной, но внутри — настоящая сила. И сейчас ее объятия были силой человека вчетверо больше.

— Я люблю тебя. Больше, чем ты можешь себе представить.

— И я тебя, Джи, — прошептал я. — Со мной все в порядке. Обещаю.

Ее взгляд метнулся к Аспен:

— Потому что она помогла тебе исцелиться.

Я не мог отрицать. Это было правдой. Аспен показала мне, как самые темные наши моменты могут стать источником самой большой силы.

Когда Грей отступила, вперед шагнул Холт. В знакомых голубых глазах кружилось слишком многое. Он притянул меня к себе и обнял:

— Прости. Я был так поглощен собственным кошмаром, что не замечал, как больно тебе.

— Холт, — прохрипел я. — Ты едва не потерял самого дорогого тебе человека. Тебе не нужно было думать обо мне.

— Ты мой брат, — в его голосе дрожали слезы. — Ты не должен был проходить через это в одиночку.

По щекам Рен текли слезы, когда она сжала мою руку:

— Мы должны были лучше тебя защитить. Я пыталась убедить всех, что ты ни при чем. Надо было стараться сильнее.

— Рен… — я притянул ее к себе в объятия. — Ты сама тогда восстанавливалась после огнестрельного ранения. Это чудо, что ты вообще смогла сказать хоть что-то.

Каждый член моей семьи обнял меня так, как не обнимал уже много лет. И впервые за все это время я позволил им. Нам всем это было нужно. Я знал это точно.

Лоусон подошел ближе, его взгляд потемнел:

— Ты должен был рассказать мне.

— Я не хотел, чтобы кто-то знал.

— Я был чертовым копом, — зарычал он.

Я схватил его за плечи и крепко сжал:

— Не все в этом мире — твоя ответственность.

— Я мог что-то сделать. Достать записи с камер. Найти свидетелей, — возразил он.

— Ло. Со мной все хорошо.

Темные глаза брата полыхнули:

— Я видел, как ты борешься в последние недели. Как на взводе из-за всего, что происходит с Аспен. Это было не просто беспокойство за нее. Это был страх.

Я резко выдохнул:

— Я знаю, что это такое — когда люди отворачиваются от тебя.

Лоусон выругался.

— Мне приходится жить с этим знанием. Но мне легче от того, что моя семья сделала все возможное, чтобы защитить Аспен. Это помогает мне верить, что с ней все будет в порядке.

Мышца под глазом у Лоусона дернулась:

— Так, как с тобой должно было быть в безопасности.

— Я не скажу, что жалею, — сказал я ему. — Потому что это привело меня туда, где я сейчас. Сюда. Сейчас. И даже несмотря на весь этот хаос вокруг — это самое счастливое время в моей жизни.

Я позволил старшему брату увидеть это. Я не прятался за маской спокойного равнодушия. Я показал ему страх. Но вместе с ним и чистую радость.

Проблема была в том, что быть таким счастливым означало — теперь мне есть что терять.

46

АСПЕН

— Она уснула, — тихо сказал Роан, устраиваясь рядом со мной в кровати. С пола доносилось размеренное похрапывание Чонси.

Единственным источником света в комнате была моя прикроватная лампа. Я повернулась на бок, чтобы видеть Роана полностью — резкую линию его подбородка, эти гипнотизирующие голубые глаза. Я жадно рассматривала каждый миллиметр его лица.

— Как ты?

Его семья пробыла у нас до тех пор, пока Кэйди не пора было ложиться спать. Я не винила их. Я бы и сама не захотела уходить после такого признания. Мы заказали пиццу, сделали мороженое с добавками. Это немного помогло, но я понимала — Роан вымотан.

Он провел пальцем по моему темнеющему синяку.

— Это мне стоило бы спросить у тебя.

— Это ты выложил секрет, который хранил десять лет. Мне нужно знать, как ты на самом деле. Не красивый ответ, чтобы меня успокоить, а настоящий.

Губы Роана дрогнули.

— Чувствую себя так, будто меня переехал грузовик.

Я убрала прядь волос с его лба.

— Ты рад, что рассказал?

Он посмотрел на меня сверху вниз.

— Да. Ненавижу, что им больно. Но впервые мне кажется, что между нами больше нет стены.

Мои пальцы скользнули вниз, к его шее.

— Теперь они смогут увидеть тебя настоящего. Это подарок. Но вам всем нужно время, чтобы это пережить.

— Я знаю. И я дам им это время.

Я улыбнулась.

— Придется и поговорить. А я знаю, разговоры — не твоя сильная сторона.

Он поморщился, и я не смогла сдержать смех.

— Для вас это будет хорошая растяжка.

Роан притянул меня к себе и уткнулся лицом в изгиб моей шеи.

— Я хотел просто вернуться домой к тебе и Кэйди. А вместо этого у нас тут было полдеревни.

— А мне это дало почувствовать, что меня любят, — призналась я.

— Тогда, пожалуй, я рад, — проворчал Роан.

Я снова рассмеялась.

— Ты сейчас надо мной смеешься? — возмутился он.

— Ничего не могу поделать. Ты смешной.

— Сейчас я тебе покажу, что такое смешной. — Роан навалился на меня, щекоча по бокам.

Я вцепилась зубами в его плечо, чтобы не разбудить Кэйди.

— Ай! Больно же, — выдохнул он.

Я укусила его снова.

— Вот тебе.

Взгляд Роана потемнел.

— Если уж говорить о наказаниях…

— Ма-а-ама! — закричала Кэйди. — Мне страшный сон приснился!

Мы вскочили мгновенно, весь жар куда-то исчез. Роан вылетел за дверь и понесся по коридору быстрее меня. Как только он распахнул дверь в ее комнату, Кэйди бросилась ему на руки.

Он прижал ее к себе и начал раскачивать из стороны в сторону.

— Все хорошо, Маленькая Танцовщица. Я рядом.

— Под моей кроватью был монстр, и он хотел меня схватить, — всхлипывала Кэйди.

— Ни один монстр не доберется до тебя, пока я здесь, — сказал Роан хриплым голосом.