Рулетка для двоих. Часть 1: Онлайн - Павел Сугарин Страница 58

Вопрос был задан скорее для проформы, потому что Ира первой же и поспешила занять привлекательное место вдали от основной толпы. Я трусливо понадеялась, что хоть во время еды она не будет приставать с этой темой. Но, вспомнив наши суши-посиделки, поняла, что вряд ли.

Так и случилось. Стоило нам усесться, как допрос возобновился с новой силой:

— Так, мое терпение на исходе! Дай мне грязные подробности!

Цепкий взгляд ее серых глаз буквально прикипел ко мне, вытаскивая на свет все, что я хотела сохранить в тайне между мной и интернетом.

— Да уже сказала, похвастаться-то нечем, — повторила я. — Была пара случаев, и то не самые удачные. Даже не знаю, как к ним относиться. Фигня какая-то, одним словом.

— С юмором относись, как по-другому? Сейчас хоть посмеемся от души!

Пришлось рассказать про свои похождения. Про мужиков, спешащих скинуть штаны быстрее, чем сказать «привет». Про извращенцев, только и жаждущих выплеснуть на кого-нибудь свои фантазии, в прямом смысле. Про то, что никогда не видела такого количества голых причиндалов на единицу времени. Ира хмыкала, пару раз смеялась над особо забавными моментами, а мне было в глубине души немного обидно. Конечно, ей весело! А я, между прочим, честно старалась следовать всем наставлениям. Но все равно каждая попытка оканчивалась неудачей, словно злой рок висел надо мной. Как вишенка на торте прозвучала недавняя история про злосчастного подростка-переростка. На сцене появления разъяренной мамаши-наседки подруга ржала в голос, до слез, чем привлекла внимание половины зала.

— Что, правда, такой большой был? — И она развела ладони, пытаясь оценить предполагаемые размеры.

— Нет, судя по изображению, примерно такой. — Я увеличила расстояние между ее руками еще сантиметров на пять.

— Ну и ну! Это же какая дубина получается!

Она сокрушенно покачала головой, смахивая выступившие слезы и придвигая к себе блюдце с пирожными. С основными блюдами Ира уже оперативно расправилась, утолив первый голод, и сейчас расслабленно откинулась на стуле, лениво приступая к десерту.

Я же весь рассказ вяло ковыряла вилкой овощи, перемещая их по тарелке и складывая в грустную рожицу.

— А представляешь, каково мне было, когда дошло, что это студент? Причем, скорее всего, первокурсник. Да я чуть под землю от стыда не провалилась!

— Ты мне это рассказываешь? Я каждый день наблюдаю, какая сегодня молодежь подрастает. — Она обвела ложечкой зал столовой. — Недели не проходит, чтобы кто-нибудь из этих акселератов ко мне не подкатил! Кстати! Ты телефончик у него не догадалась взять?

— Ир, он же ребенок!

— Ну и что! Позвонила бы ему… лет через десять, отличный же вариант! Можно сказать, проверенный, рабочий. Перспективная заготовка на счастливую старость!

— Да ну тебя! — Я насупилась, глядя на откровенно ржущую подругу. — Тебе все шуточки, а у меня трагедия. Вот как ты своего Тигра тогда выловила? Как поняла, что это то, что тебе нужно?

— Все очень просто. — Ничуть не смущаясь, она отправила в рот большую ложку чизкейка. — По желанию. Нужно просто посмотреть мужчине в глаза и понять, что там. Увидела бяку — сбрасывай сразу. У того котика в глазах было чистое, незамутненное желание. Вот я его и оставила. Потому что это и есть самое вкусное.

Я честно постаралась вспомнить глаза мужчин, встреченных в Рулетке. Было ли в них желание? Да, в избытке. Но вот насчет чистоты и страсти я что-то сомневалась. Хотя, некоторых я и в глаза-то не видела: там с других частей тела начиналось знакомство. Может, в этом была моя ошибка? Заглянуть сначала в лицо человеку, а потом уже ниже? И как она должна выглядеть, эта страсть, если все только на экране происходит?

— Я даже не знаю, если честно. Смотрю на них и поражаюсь внутри…

Ира терпеливо ждала продолжения, а я не знала, как ей объяснить, что мне все это совсем не в радость. Умом-то понимала, ради чего должна напрячься и довести дело до конца. Но чтобы вот так наслаждаться процессом — нет, это было не мое.

Столько мужчин, и все занимались одним и тем же. Разного возраста, разных национальностей. Качки, сходу демонстрирующие бугры мышц, и тощие задохлики, стеснительно прячущиеся в свободные хламиды. Ухоженные педанты, с аккуратно зализанными волосами или идеальным пробором, и алкаши, с недельной щетиной, красными воспаленными глазами и почти физически ощущаемым перегаром. Некоторые попадались столько раз по кругу, что их я сразу сбрасывала, узнавая по рисунку на обоях или люстре на потолке.

А самое неприятное, что с большинством даже речи не шло о каких-либо чувствах или хотя бы игре. Им просто нужно было выплеснуть свою одержимость. После них я чувствовала себя не желанной или сексуальной, а скорее испачканной, вляпавшейся во что-то противное.

— Ир, — спросила я тихо, — неужели они все такие?

— Какие? — Она посмотрела мне в глаза и поняла, о чем именно был вопрос. — А, озабоченные? В Рулетке — да, почти все. Там процент онанистов неимоверно выше, чем, например, извращенцев в лесопарках. Быстро, комфортно и безопасно можно получить все, что хочешь. Но не надо путать с реалом. Запомни это, Рина. В жизни есть и нормальные люди.

Не путать с реальностью? Хорошо так говорить, если не вспоминать, что все эти люди живут в одной со мной стране. Возможно, в одном городе. Возможно, очень, очень рядом.

У меня в голове не укладывалось. Вот же, интеллигентный, приличный мужчина увлеченно поглощает борщ за соседним столиком. Скорее всего, он примерный муж, гениальный художник или писатель, любящий отец. И вот, вечером он же раздевается прямо перед незнакомой женщиной? А вон тот молодой парень на раздаче, в нелепом поварском колпаке. Предположим, у него есть девушка, он ходит с ней на свидания, строит планы на будущее, мечтает жениться на ней. А в Рулетке он, получается, другой человек? Ведь нет, тот же самый! У меня в мозгу, кажется, ломались последние шаблоны. Как же я теперь людям на улице в глаза буду смотреть? Как смогу в магазине сметану протянуть кассиру? Как ехать в метро? Встречаться с ними взглядами, искать в них правду и бояться найти отголоски столь грязных желаний?

Перед глазами всплыло лицо Егора. Вот уж у кого таких проблем точно не было. В его взгляде можно было заметить насмешку, усталость, раздражение, самодовольство и еще много всего. Но ни разу там не было ни одного намека на извращенные фантазии. Хотя