Эксперимент Не Удался (СИ) - Игнатова Теодора Страница 57

Окинул взглядом девиц и уже выходя резко обернулся, Алекса почувствовала тепло по ногам, щёки полыхнули. Заметил, неужели узнал. Так смотреть умеет только он, ну почти. Узнал или нет, но не остановился. Рядом охали и ахали, как он посмотрел, как он шёл и как дышал, да какие у него губы… Капризные. Добавила от себя. Отбросила журнал и развернулась к девушкам, придвигаясь ближе.

— Девочки, зря убиваетесь по нему.

Обе мигом уставились на неё.

— Он… Он по мальчикам. Ну вы меня понимаете, — понизила голос до шёпота. — Только никому, это тайна.

— Тебе-то откуда знать? — фыркнула одна из воздыхательниц, осматривая придирчивым взглядом.

— Я, Димка и Богдан, лучшие друзья с детства. Мне то не знать, кто там ему на самом деле нравится.

— Да ну, у него вроде и девушка есть говорят, — не поверила вторая.

Алекса вздохнула картинно, состряпала печальные глазки.

— Сестра это его, двоюрная. Я и сама когда-то была влюблена в него по уши, ревела, пока Димка не рассказал, что зря убиваюсь, не интересуют его девушки.

— Димка? Это хозяин? — обвела глазами помещение. — Нестеров?

— Ну, а кто же ещё, он самый.

— Алекса? — раздался удивлённый голос Нестерова младшего.

Алекса подпрыгнула вскочив на ноги. Пульс подскочил. Димка поцеловал в щёку и ухватив под локоть повёл к кафетерию.

— Пойдём кофе выпьем. Ты чего тут делаешь?

Алекса обернулась, махнув на прощание рукой девицам. Те в шоке переглядывались.

Звезди теперь придурок! А то ходит тут сверкает задницей, да прессом своим. За злорадными мыслями пропустила мимо ушей слова друга.

— Алекса?

— А… Тренируюсь я.

Димка захлопал глазами.

— Не бери в голову. Уимберга дразню, совсем гад обнаглел.

Пока кофе пили Алекса всё надеялась, чтобы брюнета не принесло, а то не сдержится заржёт как полоумная прямо в лицо.

— Ты чего всё улыбаешься?

— Настроение хорошее.

— Что натворила?

— Ничего. Дим отстань. Мне и улыбаться нельзя.

— Можно, последнее время совсем не улыбаешься. А это прямо цветёшь пакостливо.

Алекса поставила стакан и тяжело вздохнула. Не успела и рта раскрыть, как за столик садится третий.

— Что ты задумала? — звучит леденящим душу тоном.

Её не испугать холодными глазами Уимберга, а уж тоном и подавно. Давно знает, ничего он ей не сделает, так и нечего попусту пугать.

Смотрит Алекса прямо в глаза Андрею, вытаскивает сим карту, встаёт и громко цокая по кафелю каблуками чёрных туфель, подходит к урне. Подержав телефон несколько секунд, словно мусор, двумя пальчиками, брезгливо отпускает и он с грохотом падает на дно.

— Вот, что я задумала.

Андрей спокойно реагирует, ни капли удивления. Недолго мериются взглядами. Так много хочется высказать, да сжав зубы Алекса молчит. Не одни. А раньше было плевать на всё, разнесла бы последними словами. Да только она кое чему научилась у него, уроки даром не прошли. Хватает куртку со стула и на ходу накидывая уходит не прощаясь. Пора домой.

Но не суждено задуманному сбыться. В дверях Андрей подхватывает под локоть и словно парочка выходят на улицу. Смеркается. Ёжится от холода.

— Не распускай руки, — шипит Андрею.

— Всё в пределах цивилизации. Поехали, родители ждут на переговоры.

Ей показалось или он спрятал улыбку. Выдержка буквально на волоске. В любую секунду готова взорваться гневом. Но она обязана держать контроль над собой. Хотя бы раз уделать Уимберга и не выглядеть глупышкой.

— Какие ещё переговоры?

— Как говорит твой отец, магазин отжала, и условия поставила на остальные. Вот желают переговоров, обсудить условия. Они не согласны.

Ах, вот как значит, только их и не хватало. Взвыла про себя, ощущая как спину прожигают чёрные глаза. Мельком видела, альфа стоит на привычном месте. Тяжёлый взгляд Богдана сбивал с мыслей, она его даже не видит. Зато ощущает всем телом. Андрей галантно открыв ей дверь, усаживает в Ауди. Сейчас как только окажется рядом, тут же начнёт тыкать носом в её вольности по его мнению.

— Ты перечишь моим запретам и поэтому встречаешься с Грановским?

Сжав зубы промолчала. Рот раскроет, как понесёт по просёлочной дороге.

— Глупо, Алекса, это очень глупо.

— Мне плевать, что ты там фантазируешь. Хочу и встречаюсь.

— Вот как значит, — пристальный взгляд. — Мы кажется это уже проходили с Меркелем. Алекса нельзя, а я хочу. Алекса не смей, а я буду. Алекса…

— Закрой рот, Уимберг, — рыкнула сквозь зубы.

Сейчас это он очень жёстко прошёлся по старым ошибкам. Мстит за Грановского.

— Глупо на зло запретам связываться с Грановским и подвергать себя опасности.

— Не буду тебя переубеждать, что я глупая.

— Он сказал про телефон?

Не ответила. Уставилась на дорогу, смеркалось, постепенно загорались фонари. Хочется взвыть в голос, эмоции переполняют, кто-то точно сегодня от неё отхватит в морду.

— Ты вообще хоть боишься за свою жизнь, того, что может случиться по твоей глупости? Ты помнишь, что с тобой случилось? Или так и не осознала. Тебя чуть не убили. Не страшно?

— Страшно, — честно ответила. — Всё я помню.

— Тогда я тебя не понимаю. Ничего сверх не требую, всё только в твоих интересах. Так почему должен заставлять думать о безопасности. Ты же не дурочка.

— Ещё какая дурочка.

С каменными лицами входят в ресторан, к вип залу сопровождает семенящий официант, глаза перепугано бегают. Можно было как-то и попроще встретиться, Алекса чуть ли не морщится. Перед ними отодвигают стулья, девчонка закатив глаза к потолку вздыхает. Американского кино пересмотрели явно, что за театр. Только села и тут же перешла в наступление.

— А почему не под мостом за городом, встречу назначили? Было бы эффектнее, — смотрит поочерёдно то на Артемьева, то на мать.

Вадим как всегда довольно лыбится при виде её.

— Мы мировую предлагаем, не чужие. Так что ресторан больше подходит, — Артемьев придирчиво осматривает лицо девчонки.

В бокалы наливают красное вино, в дверях показываются официанты с закусками.

— Хороший повод для семейного ужина, — говорит Вадим подхватив бокал.

— А кто тут семья? — Алекса не сводит взгляда с матери.

Совсем изменилась. Схуднула, её это не красит, лишнего веса и без этого не наблюдалось. Выглядит хорошо, макияж маскирует усталость, глаза, то ли перепуганные, что сильно смущает, то ли растерянные. Не выпускает из пальцев телефона и отвечает на сообщения краткими фразами судя по набору букв. Ощущение будто хочет сорваться с места и бежать. Зачем она здесь, если нет желания обсуждать якобы интересующие вопросы. Папаша то ясно, любому поводу рад.

— Алекса, прекрати, — миролюбиво просит папашка. — Мы семья.

Отодвинув от себя салат складывает руки на груди.

— Не голодна? — удивляется Артемьев.

— С врагами за одним столом не ем, — в упор смотрит ему в глаза.

Усмехается и принимается за блюдо. Андрей наливает себе в бокал воды, пить не будет, а вот поужинать намерен.

— Давайте ближе к делу, я тороплюсь домой к ужину с близкими.

— С близкими? — оживилась Екатерина. — Ты же одна живёшь.

— Мама, — делает выразительную паузу. — Я уже давненько дома не живу.

— Почему? — откладывает телефон на край стола, наконец-то оторвавшись.

Алекса пристально смотрит и не отвечает. Что с ней не так? Ощущение тревоги расползается по внутренностям. Где её живая активная мама, диктаторша и непоседа, что всегда спешит и указывает.

— Вы тратите моё время. Перейдём к делу и мы поехали.

— Чем тебе не нравится идея управлять одним из сети магазинов. Это будет работать на тебя, реклама на всю сеть…

— Не надо мне тут рассказывать о преимуществах. Магазин под моим именем уже мой и это обсуждению не подлежит. Он один единственный и никакой сети не существует. У меня свой ассортимент, у вас свой. Мам, ты разговаривать не умеешь? Это вроде твои магазины или я ошибаюсь? Ему они нахрен не сдались, почему он разговаривает за тебя?