Высокие ставки - Пайпер Рейн Страница 55

— Эй, вы двое. — Моя мама преследует их, остановившись на мгновение, чтобы поцеловать меня в щеку. — Я так горжусь тобой, сладкая.

Я подхожу к столу, и звонит телефон моего отца. Держа его в руках, он наклоняется, чтобы поцеловать меня в щеку, а затем поднимает телефон.

— Видишь, тебе не нужно будет беспокоиться об этих экстренных звонках с работы, ведь ты выбрала искусство в качестве своего будущего.

Я принимаю комментарий на свой счёт и сажусь за стол.

— Поздравляю, Катерина, — глубокий голос Маркуса выводит меня из шока от удивления, что моя семья действительно гордится мной.

Талия, к большому разочарованию Лукаса, слезает с его колен и садится на свободное кресло.

— Итак, Маркус, где мама Лили? — спрашивает она.

— Тал? — Моя челюсть практически ударяется о стол.

— Ой, извини, думаю, это был личный вопрос. — Моя сестра изображает смущение, но я знаю её. Она так строит план.

Маркус откашливается и выпрямляется.

— Нет-нет.

Мои уши навострились, как будто я собака, которая только что услышала слово «гулять». Маркус ничего не говорил о маме Лили.

— Её нет в нашей жизни. Она решила, что ребёнок не для неё. — Его глаза сканируют пространство позади нас, я полагаю, в поисках следов Лили.

— Значит, ты всю жизнь воспитывал её один? — Талия продолжает допытываться.

— Талия, — вмешивается Лукас, кладя руку ей на плечо.

— Да. — Спина Маркуса прямая, как железный прут, его глаза пристально смотрят на Талию.

— Это восхитительно. — Талия откидывается назад. — Для такого нужен действительно очень хороший парень.

Извините, насколько сумасшедшими вы становитесь из-за гормонов, когда становишься беременной?

— Спасибо. — Маркус любезен и вежлив, но я знаю его достаточно хорошо, чтобы понимать, что ему не нужно чьё-либо признание того, что он делает. Он знает, что он отличный отец.

— Пожалуйста. Я не уверена, что Лукас смог бы также сделать. — Она посмотрела на мужа.

Лукас сморщился, затем закатилт

глаза и опрокинул пиво.

— Ты знаешь свою сестру, она же суперженщина. — Он улыбнулся. — Как только её гормоны вернутся в норму, я буду бороться за себя. — Он подмигивает Талии.

— О, милый, прекрати эти сладкие разговоры, — воркует Талия, в её тоне сочится сарказм.

Маркус посмотрел на меня и поднял брови, вероятно, думая, что моя сестра и её муж — психически больные.

Мы вчетвером сидим и немного говорим о детях. У Маркуса гораздо больше общего с Талией и Лукасом, чем у меня. Они жалуются на распорядок дня перед сном, на то, что красный носок вместо синего может вызвать настоящий нервный срыв у малыша, и на определенные сказки, которые они читают на ночь. В моём сердце живёт небольшая доля зависти. Хотя они и жалуются, ясно, что никто из них не отказался бы от этого ради своего покоя.

Мой взгляд ловит Лили, танцующую на палубе лодки. Её косы с лёгкими завитками на концах развеваются на ветру, когда она притворяется балериной, переминаясь с одной ноги на другую в ритме музыки, льющейся из динамиков. Она красивая, и мне интересно, какой была бы моя жизнь, если бы мы с Маркусом сошлись.

Я отбрасываю мысль о будущем, как только она всплыла на поверхность, мы не сможем сойтись в долгосрочной перспективе. Конечно, мы весело проводим время, больше в спальне, чем на улице, и даже несмотря на наши интересные разговоры и уютные вечера перед телевизором, он никогда ничего не говорил о будущем со мной.

— О чём ты мечтаешь? — Талия смотрела на меня, а затем последовала за моим взглядом до Лили.

— Ни о чем.

Я слышу, как Маркус и Лукас говорят о бейсболе и Гигантах.

— Она очень красивая девочка, — заметила Талия, пока я продолжала смотреть на беззаботную Лили.

— Красивая. — Я вздрогнула, когда подняв глаза, увидела на себе голубой взгляд Талии — оценивающий, оценивающий и сообщающий мне, что концерт окончен.

Я киваю на её невысказанный вопрос, и уголок её губ опустился. Она посмотрела на Маркуса, затем на Лили и, наконец, снова на меня. Её грудь поднялась и опустилась при глубоком выдохе, но она ничего не сказала.

Если я что-то и знаю, так это то, что моя сестра обычно недолго молчит. Если мы сможем сойти с яхты до того, как она выскажет своё мнение, клянусь, я буду убирать блёстки в лагере до конца лета.

Глава 29

Маркус

Как только мы причаливаем, Кэт отвозит Лили в магазин мороженого вместе с Калебом и её семьей, а я дважды проверяю, что Сладкая Талия на воде и готова отправиться в путь на следующее утро.

Я не задержался в гараже и на пять минут, как зашла блондинка. И не та, которую мне хотелось бы увидеть, а та, у которой сейчас гормональный дисбаланс. Я оглядываюсь, зная, какой разговор может произойти, но надеюсь, что ошибся, когда заметил, как Кэт и Талия переглядывались через стол.

— Какие у тебя намерения относительно моей сестры? — Она отодвигает мой офисный стул и плюхается на него.

Я отрываю взгляд от сообщений, приклеенных рядом с телефоном, написанных рукой Джека, словно курицей лапой.

— Что, прости?

Гретхен была сумасшедшей, когда была беременна, поэтому я действую осторожно.

— Не притворяйся идиотом, Маркус. Я знаю, что что-то происходит, и я здесь, чтобы сказать тебе, что это нужно прекратить.

— Прости? — На этот раз мне интересно, почему она думает, что может прийти в мою мастерскую и диктовать мне что делать со своей жизнью.

— Слушай, ты вроде хороший парень, но тебе сколько? Тридцать пять?

— Тридцать четыре. — Я стараюсь не показывать своего вспыхнувшего раздражения из-за того, что она считала меня на год старше.

Она закатила глаза и выразила своим взглядом, что это «одно и то же».

— Моей сестре двадцать четыре года, и ей потребовалось много времени, чтобы прийти в себя.

Похоже, мы всё-таки собираемся это сделать.

— Возможно, она всегда была в себе. Возможно, она думала не о том, о чём тебе хотелось бы. — я скрестил руки на груди.

— Это не так.

— Откуда ты знаешь? Вы двое, очевидно, очень разные. — Я сохраняю своё обычное спокойствие, даже несмотря на то, что хочу сказать: «Ты планируешь до мельчайших деталей, а Кэт — девчонка, которая следует за ветром». Но это сестра Кэт, и, несмотря на мои чувства, нужно выказать ей уважение, которого она заслуживает.

— Мы разные, но это хорошо, потому что благодаря этому я могу удержать таких парней, как ты, от попыток заманить её в ловушку, с