Нежеланный брак - Катарина Маура Страница 53

Он так осторожен и бережен со мной с того момента, как нашел меня сидящей за его роялем с окровавленными пальцами, и я не могу быть ему более благодарна. Я была так потеряна, когда поняла, что свадьба ничего не изменила, но он поддерживал меня, как я этого никогда не ожидала. С каждым шагом Дион продолжает удивлять меня. Я думала, что он потребует объяснений, но он дает мне только молчаливую и неизменную поддержку. Это больше, чем я заслуживаю.

— Ты рано вернулся, — тихо говорю я. Мое лицо краснеет, когда я вижу, как Рейвен сияет на диване, но Дион просто игнорирует ее восторженные взгляды. Он кивает и притягивает меня к себе.

— Кое-что случилось на работе, мне нужно поехать в Лондон на несколько дней. Подумал, может, поедем вместе.

Я удивленно смотрю на него, сердце радуется. Я думала, что он будет использовать свои рабочие поездки, чтобы отдалиться от меня.

— Я никогда не была в Лондоне, — говорю я. — Мне бы очень хотелось поехать с тобой.

Но мое воодушевление быстро тускнеет, когда в голову приходит нежелательная мысль. На этот раз отец не сможет обвинить меня в отсутствии Диона, ведь я буду с ним. Мой живот сжался, и я отводя взгляд, вновь слышу в голове слова отца: Тебе нужно забеременеть, Фэй. Когда у вас появится ребенок, он уже не сможет тебя бросить. Ты бесполезная, безвольная, отвратительная маленькая вещь.

— Фэй?

Я поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с Рейвен и Дионом, в их глазах появляется беспокойство. Он смотрит на меня так все чаще и чаще с тех пор, как вернулся домой из Канады раньше, чем я ожидала.

Мне становится все труднее притворяться в его присутствии, когда я так отчаянно хочу настоящих моментов с ним. Я устала играть роль, которую написал для меня мой отец, и единственные моменты, когда я могу быть собой — это когда я в его объятиях.

Даже это теперь запятнано.

Глава 34

Фэй

— Я уже несколько недель пытаюсь заставить тебя так улыбнуться, — говорит Дион, когда мы подъезжаем прямо к трапу огромного черного частного самолета с золотым гербом Виндзоров. — Если бы я знал, что поездка заставит тебя улыбнуться, я бы каждый день заносил тебя в самолет..

Я в ужасе смотрю на него, а он усмехается.

— Даже не шути так, — бормочу я. — Мне было бы больно видеть, как ты мучаешься каждый день.

Его взгляд внимательно изучает мое лицо, что-то выискивая.

— Ты обо мне заботишься, да?

Я хмурюсь.

— Конечно, Дион. Ты мой муж.

Его глаза вспыхивают, он наклоняется ближе, его губы касаются моих.

— Это первый раз, когда ты назвала меня своим мужем, — шепчет он, прежде чем поцеловать меня медленно, мягко. Его рука скользит к моему лицу, пальцы осторожно обхватывают мою щеку, когда он нехотя отрывается от моих губ.

— В постели ты ведешь себя как моя жена, но вне ее — нет, — добавляет он с едва заметной горечью. — Мы до сих пор разговариваем слишком вежливо, слишком сдержанно. Ты не впускаешь меня.

Я напрягаюсь, ошеломленная.

— Я… Я не…

Я не думала, что тебе это нужно.

Если я впущу тебя, тебе не понравится то, что ты найдешь.

Ты сам меня не впустил.

Я даже не уверена, что пытаюсь сказать. Я знаю, что он действительно хочет знать, конечно. Ему интересно, почему я играла до крови, но у меня нет способа объяснить это ему. Как я могу сказать ему, что приказ манипулировать им, чтобы он оставался в браке со мной, запятнал все, что, как я думала, у нас могло бы быть вместе? Как я могу сказать ему, что я думала, что мой брак с ним был скрытым благословением, только чтобы обнаружить, что мой отец никогда не собирался выпускать меня из своих когтей? Я никогда не чувствовала себя настолько безнадежно раньше. Я никогда не буду свободна, по-настоящему, и я ничего не могу с этим поделать.

— Пойдем, — тихо говорит он. — Взлет через несколько минут.

Он протягивает мне руку, когда мы поднимаемся по трапу. С каждым шагом его напряжение становится все более ощутимым. Трудно поверить, что он делает это почти каждую неделю, зная, как сильно это на него влияет.

— Этот самолет намного больше, чем тот, на котором мы летали в прошлый раз, — замечаю я. — Надеюсь, полет будет мягче.

Он кивает, его лицо слегка побледнело.

У входа, рядом с пилотом, стоит Мария. Увидев меня за спиной Диона, она прерывает разговор на полуслове, в ее глазах вспыхивает непонимание, но через мгновение она заставляет себя улыбнуться.

— Фэй, — произносит она, улыбаясь. Ее взгляд падает на наши сцепленные руки, и она тут же отводит глаза. — Я не знала, что ты летишь с нами. Дай проверю, все ли бумаги в порядке.

Она отходит, а Дион ведет меня вглубь салона. Я осматриваюсь. Самолет внутри напоминает просторную гостиную: в задней части расположены удобные диваны, ближе к середине — несколько рядов кресел, стоящих друг напротив друга, с небольшими столиками между ними.

— Где хочешь сидеть? — спрашивает Дион. Я поднимаю на него глаза, замечая, как его тревога усиливается.

— Где тебе будет комфортнее? — отвечаю вопросом на вопрос.

Он улыбается и ведет меня к дивану в конце салона.

— Как насчет этого? — тихо спрашивает он. — Я люблю вытягивать ноги.

Я киваю и усаживаюсь, куда он предложил. Дион смеется, когда замечает, что мои ноги не достают до пола.

— Этот самолет строили для меня и моих братьев с сестрой. Мы все гораздо выше тебя, — объясняет он, опускаясь передо мной на колени.

Я замираю, ошеломленная. Он медленно, не торопясь, берет ремень безопасности, аккуратно подгоняет его и застегивает. Я смотрю на него, и мое сердце пропускает удар. Он чертовски красив с этими острыми скулами, безупречными чертами лица. Даже ресницы у него чересчур длинные. Я уже успела развить нездоровую зависимость от того, чтобы запускать пальцы в его густые, темные волосы. Но одной только внешности было бы недостаточно, чтобы разрушить стены, которые я возвела вокруг себя. Дело в том, как он ко мне относится.

— Почему ты всегда на коленях передо мной? — шепчу я.

В его глазах вспыхивает огонь, и он медленно, лениво скользит взглядом вниз, по моим ногам, явно вспоминая, когда в последний раз был в этой позе — в нашей гостиной.

— Я бы с удовольствием встал на колени и за тобой тоже, — хрипло шепчет он. —