Выбери меня - Эля Муратова Страница 53

Не отстаю от него. Мои проворные пальцы словно живут своей жизнью. Я жадно ощупываю его мускулистые руки, трогаю спину. Спускаюсь к ягодицам. Хаотично проведя ладонями по его торсу, возвращаюсь к лопаткам. Мне нужно больше сейчас.

Даю понять ему это, отстраняясь. Уверенно берусь за верхнюю пуговицу кардигана. Потемневшим, словно слепым взглядом он следит за моими движениями.

Внезапно раздавшийся звук со стороны спальни заставляет меня вздрогнуть. Там как будто что-то упало.

— Что это? — обернувшись, прислушиваюсь. — У тебя там есть кто-то? — ошеломлённая, смотрю в лицо Серёжи.

Он отвечает не сразу. Хмурюсь непонимающе.

— Да, — его голос надламывается.

— Кто? — застыв, перестаю раздеваться.

— Ты веришь мне?

— Что? При чём здесь…

— Ты веришь мне? Просто ответь, — спрашивает с нажимом, придерживая меня за плечи.

— В-верю.

— Тогда сейчас ты просто уйдёшь. Уйдёшь, потому что веришь мне. И не будешь требовать каких-либо объяснений.

— Что? — переспрашиваю ошарашенно, не в состоянии понять, о чём он вообще?

— Достаточно будет моего слова. Всё хорошо, — вглядывается в мои глаза так, словно пытается проникнуть внутрь головы. — Всё хорошо, слышишь? Мы увидимся завтра. Я позвоню тебе.

— Но…

— Ты веришь мне или нет? Простой вопрос, — повышает голос, как будто давит.

— Это что, проверка такая?

— Если хочешь — да, — веско роняет последнее слово.

Бегаю глазами от одного его зрачка к другому. Он абсолютно серьёзен.

— Ладно, — наконец, мне удаётся перебороть себя. — Я уйду. Но завтра мы поговорим. И ты расскажешь мне всё. Это будет честно.

— Хорошо, — кивает после секундной заминки.

Слепо вглядываясь в пространство перед собой, иду в направлении коридора. Звуки из спальни повторяются, заставляя меня опять вздрогнуть.

Обуваюсь.

— Я сумочку забыла. На кухне.

— Сейчас.

Когда крепкая фигура Серёжи исчезает в дверном проёме, зажмуриваюсь.

Я верю. Верю. Верю.

Твержу сама себе как молитву.

Очередной грохот, доносящийся из этой чёртовой комнаты, заставляет меня распахнуть глаза.

Да… пошло оно всё!!

Стремительным шагом, не разуваясь, направляюсь к двери, ведущей в спальню. Она располагается чуть дальше по коридору, цепляясь «вагончиком» к кухонной зоне.

Резко открываю, с силой давя на ручку. Ошарашенное лицо Людочки, завёрнутой в простыню и, по всей видимости, полностью обнажённой там, под ней, заставляет меня замереть на месте. Пялюсь на неё несколько долгих секунд. Она в ответ — на меня.

Услышав шорох позади, оборачиваюсь. Серёжа стоит в проходе, в руках — моя сумка. На лице явно читается разочарование. Качает головой, не сдерживая горечь во взгляде своих пронзительно голубых глаз.

Шок первых секунд, настигший меня, сменяется приливом злости. Усилием воли заставляю себя молчать. Молча подхожу к Алёхину, выхватываю из его рук свою вещь. Возможно, делаю это излишне резко и даже грубо.

Молча марширую в прихожую. Накинув пальто, не утруждаю себя его застёгиванием. Давящая тишина за спиной как будто выталкивает меня из этой квартиры.

Так же, в полном молчании, выхожу в подъезд. Серёжа тоже молчит.

А о чём говорить?

Всё и так предельно ясно.

Глава 37

Ориентир

Месяц спустя

Мой смартфон настойчиво вибрирует. Кидаю флегматичный взгляд на экран. Алёнка звонит. Сбрасываю звонок, одновременно отправляя смс:

«У врача. Не могу говорить».

«Что случилось? Ты заболела?» — летит беспокойное от подруги.

«Плановый осмотр. Ничего серьёзного».

Мой ответ — намеренно расплывчатый.

«Нам нужно встретиться. Когда?»

Подруга идёт ва-банк. Она не спрашивает, она — требует.

«Если это касается твоего брата, я уже всё сказала. Я не буду об этом говорить. Смирись».

«Как вы заколебали!»

Отправляет мне кривую рожицу.

Не отвечаю. Она тут же шлёт мне следующее смс:

«Я вчера видела Серёжу. Он побрился».

«Что? В смысле, побрился⁇»

«В прямом. Я его таким со школы не видела!»

«Ты прикалываешься?»

«Не-а. Он сейчас гладкий, как попка младенца».

«Дурацкое сравнение».

«Согласна. Потому что детские попки такими унылыми не бывают!»

«Серьёзно?»

«Без шуток. На нём лица нет! Впервые вижу его таким!»

В душе я совершенно по-детски ликую. Значит, не одной мне сейчас хреново. Не одной мне выть хочется от безысходности.

«Поэтому нам нужно поговорить!»

«Нет. Если ты меня хоть чуточку любишь, ты не будешь лезть в это. Мы как-нибудь сами с ним разберёмся».

Гипнотизирую взглядом текст только что отправленного смс. Молодец, Ирин. Манипуляции, шантаж — что дальше? Вздыхаю. Да она мне просто выбора не оставила! Вцепилась как клещ.

Уже вторую неделю я отбиваюсь как могу. Подруга почему-то решила, что её призвание — помирить нас с Серёжей во что бы то ни стало.

Я сначала просто отшучивалась, но постепенно моё терпение иссякло. Хватит лезть в мою жизнь! Это только моё дело. Моё и Серёжи…

А он, судя по всему, желанием помириться не горит. С того момента, как я вышла из его квартиры, ничего не изменилось. Он не звонит, я — тоже.

Проанализировав случившееся тогда, я пришла к выводу, что с Бэмби у него ничего не было. Об этом говорит расправленный диван на кухне, на котором он, очевидно, спал в тот вечер.

И он бы не стал. Не стал… В этом я готова поклясться, как в том, что чёрное — это чёрное. А белое — это белое.

Просто… Он целовал меня тогда, на кухне, так, как будто никакой Люськи в этом мире просто не существует. Так целуют женщину, которую боготворят и любят. Женщину, которой предлагают жить вместе и строить общее будущее.

Другой вопрос, как Бэмби вообще оказалась в его квартире? Я голову себе сломала, думая об этом.

Ты же обещал, Серёжа… Как это снова случилось? Ты, я, она — втроём в замкнутом пространстве. Просто кошмарный сон какой-то.

Через несколько дней после случившегося мне пришло в голову, что, технически, на тот момент мы с ним вообще расстались. Взяли паузу. Я же сама и предложила! Означает ли это, что его обещание не иметь ничего общего с Людой как бы… сошло на «нет»?

Чем больше я думаю над поведением Серёжи, чем больше пытаюсь понять — тем сильнее запутываюсь.

Параллель между нашей с ним историей и этой странной историей с младшей сестрой его лучшего друга — донельзя очевидна.

Возможно, он видит в ней себя? Того, юного Серёжу, безответно влюблённого в подружку старшей сестры? Обиженного и отвергнутого?

Возможно, он не хочет причинить ей боль, как сделала это я в своё время? Ведь, по сути, это означает — снова сделать больно самому себе.

Не знаю. Но в любом случае, это говорит о том, что он по-прежнему увяз в своей старой обиде.

И