Гриндер - Саманта Уиски Страница 51

Я сделал большой глоток воды, зная, что не было такой реальности, в которой я бы гнался за ней. Не тогда, когда она бросила маленькую девочку, которую родила.

— Интересно, — сказал я, чтобы успокоить ее, но мои мысли вернулись к Бейли. Я не мог не спросить: мог ли я что-нибудь сделать, чтобы заставить тебя остаться, Бейли?

Господи. Я даже не боролся и не пытался по-настоящему понять ее точку зрения. Я объединил ее с Хелен и оттолкнул. Но разве она уже не доказала, что она не Хелен? Она общалась с Летти каждую неделю. Она не бросила нас — ее просто физически не было рядом… но даже притом, что я все еще злился на нее за то, что она ушла, я знал, что она оставила свое сердце с нами.

Она не была Хелен.

— Что теперь? — спросила она с грустной улыбкой, когда принесли нашу еду.

— Теперь мы обедаем, — ответил я.

— В качестве кого?

— Как два человека, которые когда-то очень хорошо знали друг друга, — ответил я.

— Да, — тихо сказала она, когда перед нами поставили тарелки. — Мне бы этого хотелось.

Затем я сделал то, что никогда не считал возможным — у меня состоялся вежливый, даже забавный разговор с женщиной, с которой, как я предполагал, проведу остаток своей жизни. Не было ни гнева, ни резких чувств, только легкое дуновение печали.

После того, как Хелен ушла, и я расплатился, и направился к передней части ресторана, мои мысли были тошнотворно размытыми. Две блондинки из бара трахали меня глазами, но я продолжал идти. Бейли была последней женщиной, внутри которой я был, и так должно было остаться.

Все возможные эмоции захлестнули меня, когда я ловил такси обратно в отель. Радость, недоверие, благодарность и укол печали из-за того, что Хелен никогда не стала бы бороться за Летти — все это смешалось воедино. Теперь у нас был шанс. Реальный шанс стать полноценной семьей без Хелен… и как только я придумаю, как вернуть Бейли. Мы не были полноценными без нее, и я устал жить этой не полноценной жизнью.

Я хотел вернуть свою женщину.

До отеля было пятнадцать минут езды, и к тому времени, когда мы подъехали к дверям, я уже договорился обо всем, что мне нужно.

— Как все прошло? — спросила мама, когда я вошел в наш номер.

— Она подписала документы. Все кончено.

— О, слава Богу. — Ее плечи опустились от облегчения. — Летти в своей комнате снова смотрит тот фильм.

— Клянусь, я никогда не пойму, почему она так его любит, — сказал я, бросая пальто на огромное кресло.

— Разве это не очевидно? — задала вопрос мама.

— Нет, — ответил я, моя голова уже была в шкафу, пока я вытаскивал свой чемодан.

— Гейдж, когда она начала его смотреть?

— Примерно в то время, когда появилась Бейли. — Я остановился у двери в свою спальню, когда до меня дошло. — Папа влюбляется в няню.

— Бинго.

Медленная улыбка расплылась по моему лицу. Я влюбился в Бейли. Полностью, безнадежно, бесповоротно, и, если бы мне было что сказать по этому поводу, я собирался любить ее всю оставшуюся жизнь. У нас был бы сумасшедший, перепачканный краской дом, полный смеха, любви, хаоса и детей.

— Эй, мам, ты была великолепна, путешествуя с нами…

— Ну, я знаю, что ты не можешь вынести разлуки с Летти больше, чем на несколько дней, — сказала она с доброй улыбкой.

Я ненавидел оставлять Летти… но я должен был.

— Да, ну, ты единственный человек, кроме Бейли, которому я доверяю с ней. Мне нужна услуга.

— Все, что угодно, — мгновенно ответила она.

— Мне нужно, чтобы ты отвезла ее домой в Сиэтл после игры. Меня не будет около недели, но вернусь на Рождество, обещаю.

Ее улыбка была мгновенной и пронзительной.

— Иди и привези ее домой, Гейдж.

Я кивнул, а затем потащил чемодан в свою комнату. Мой рейс отправлялся всего через несколько часов после игры. Зазвонил мой телефон, личный номер доктора Паттерсона высветился на определителе вызывающего абонента, и я ответил.

— Привет, док, спасибо, что перезвонили мне.

— Привет, Гейдж, — медленно произнес он своим серьезным тоном.

— Не звучите так мрачно, док. У меня просто есть к вам небольшой вопрос. — Я бросил чемодан на кровать и щелкнул защелками.

Он прочистил горло.

— На самом деле, я рад, что ты позвонил. Мне нужно поговорить с тобой о результатах твоего обследования.

Мой желудок скрутило, и в этот момент… все изменилось.

Глава 18

Бейли

Я вцепилась в холодный, безукоризненно отполированный фарфор в ванной моей парижской квартиры. Желудок скрутило, несмотря на то, что меня только, что вырвало единственным крекером, который я съела на завтрак.

Заставила себя встать, ополоснула руки ледяной водой из раковины и плеснула в лицо. Не знаю, был ли это стресс от стажировки в галерее, еда здесь, в Париже, или еще какая-то странная комбинация, но это был третий раз, когда меня тошнило за последние два дня. Сделав несколько глубоких вдохов в попытке унять кислое месиво, образовавшееся в моем желудке, я открыла свою крошечную аптечку в поисках какого-нибудь лекарства.

Я приостановила свои отчаянные поиски, когда мои пальцы наткнулись на верхнюю часть коробки с тампонами. Я прищурила глаза, мысленно считая дни. Неужели у меня действительно не было месячных с тех пор, как я приехала в Париж? Как я могла этого не заметить?

Волна тошноты снова накатила на меня, и я наклонилась над унитазом как раз вовремя.

Не может быть. Это было невозможно. Так ли это было?

Как только я почувствовала себя достаточно уверенной, чтобы выяснить это, поспешила в магазин на углу рядом с моим комплексом и купила несколько упаковок тестов. Мое сердце учащенно билось с каждым шагом, когда я возвращалась домой, что заставляло меня не обращать внимания на прекрасную парижскую архитектуру, перед которой я обычно останавливалась, чтобы полюбоваться.

Вернувшись в свою ванную быстрее, чем я могла подумать о своих шансах, наспех прошла тест, радуясь, что положительные и отрицательные показатели были универсальными на любом языке. Ожидая, пока тикали секунды, я пыталась убедить себя в том, насколько это маловероятно. Моя тошнота и опоздание месячных вполне могли быть вызваны стрессом. А что могло быть более напряженным, чем пережить серьезный разрыв отношений прямо перед тем, как с головой окунуться в стажировку в