Не сдавайся - Кристен Эшли Страница 50

Я продолжала двигаться, бросив пакеты с морковью в самый центр стола, отчего пакет с наполовину съеденным попкорном из микроволновки сдвинулся с места, засыпав весь ковер высыпавшимися зернами. Из-за этого также упал открытый пакет сникерсов и повсюду разлетелись маленькие батончики.

Я не стала задерживаться, чтобы навести порядок (хотя и сделала паузу, чтобы урвать пару сникерсов для себя).

Я заговорила, быстро перемещаясь по площадке перед телевизором, чтобы не загораживать им обзор.

— Сделайте одолжение, съешьте морковь, и когда твои родители подадут на меня в суд за то, что я ввела тебя в сахарную кому, мои адвокаты смогут сказать им, что я предприняла доблестную попытку накормить вас морковкой.

Эверест разразился хохотом.

— Ты с ума сошла, мам! — крикнул сквозь смех Итан, который был частично мальчишеским хихиканьем, частично мужским хохотом, глаза его не отрывались от телевизора, контроллер в руке переместился.

Я чувствовала, что их реакция говорит об одном: морковь будет проигнорирована.

Я собственноручно постелила это ложе, поэтому у меня не было другого выбора, кроме как лечь в него.

Я направилась в свою спальню, забралась на настоящую кровать и села, опираясь на коллекцию подушек, которая на самом деле выглядела так, как будто на ней могла откинуться Дженис Джоплин для фотосессии в журнале.

Я скрестила ноги под собой, быстро расправилась со своими батончиками, а затем взяла в руки телефон.

И перешла в нужное мне меню.

«Первая попытка с морковью оказалась неудачной», — написала я Мерри в сообщении. И тут же все удалила.

Потом поделилась: «Еще две дневные смены, и я снова буду работать по ночам. В идеальном мире я могла бы дать маме передышку и попросить тебя прийти и побыть с моим ребенком, пока я работаю».

Это я тоже удалила.

«Итану бы это понравилось. Но еще больше мне понравилось бы знать, что ты с моим мальчиком и ему это нравится».

Очевидно, от этого я тоже избавилась.

«Но больше всего мне нравится знать, что ты будешь рядом, когда я вернусь домой».

Быстро, пока мой большой палец не успел задеть что-нибудь на экране, что могло бы привести к катастрофе, я удалила и это.

Я подпрыгнула, когда телефон пискнул в моей руке, и на экране появилось сообщение.

Не от Мерри.

От Трента.

«Ты получила мое вчерашнее сообщение? Нам нужно поговорить. Позвони мне».

От Мерри ни слова, а вот мой бывший неудачник написал мне дважды.

Такова моя жизнь.

Конечно, мне следовало бы разобраться с той кучей дерьма, которую я создала и которая стояла между мной и Мерри.

Но этого не произошло.

В конце концов, он придет в «Джей и Джей» и даст мне понять, что не совсем ненавидит меня, хотя, возможно, будет отстраненным.

Со временем он оттает и снова станет относиться ко мне спокойно.

Наконец, мы начнем шутить и смеяться.

Потом, через некоторое время, я буду наблюдать, как он строит глазки какой-нибудь малышке, которая ответит ему тем же. Сначала он не будет делать это у меня перед глазами. Он немного подождет, и когда поймет, что мы снова в прежних отношения, вернется к начатому.

Но он найдет способ сблизиться с кем-нибудь.

И тогда все будет хорошо.

И мы окажемся в том положении, в котором должны.

А значит, я окажусь там, где и должна быть.

Одна на обочине, со стороны наблюдая за всем тем удивительным, что было в Мерри.

* * *

Гаррет

Субботний вечер

Гаррет вел свой мотоцикл на крытое парковочное место, за которое он ежемесячно доплачивал, чтобы его «Харлей» был скрыт от посторонних глаз.

Было уже поздно.

Он катался весь день отчасти потому, что погода скоро испортится, и он сможет снова выехать на своем Фэт Бое только в марте или апреле.

Но в основном он делал это для того, чтобы очистить мысли, сосредоточиться и не испортить отношения с Шер слишком быстрыми темпами.

Подъехав к дому, он увидел, что, возможно, ему и удалось прожить еще один день, не испортив отношения с Шер, но у него появилась еще одна проблема, которая, как он думал, уже решена, но, судя по всему, он ошибался.

Гаррет соскочил с мотоцикла, но она уже вышла из своего «Ровера» и направилась к нему.

Он даже не стал смотреть на нее, идя по парковке, но почувствовал ее присутствие.

— Просто невероятно, — заявил он.

— Мерри, пожалуйста, — умоляла Миа. — Дай мне секунду.

Он продолжал идти.

— Я все испортила, — заявила она.

Она, бл*дь, облажалась. Но, не сказав ничего вслух, он просто продолжал идти. И ощутил, как она торопится следом, хотя ее короткие ноги не шли ни в какое сравнение с его длинными.

— Я считала, что дело в тебе. Учитывая, как ты закончил отношения, я думала, что ты должен сделать что-то, — сказала она ему.

У подножия уродливых бетонных ступеней с непривлекательными железными перилами, которые вели к бетонной площадке возле его дерьмовой квартиры, где не было ни одного цветочного горшка, да и вообще ничего, что придавало бы этому месту вид, будто кому-то есть до него дело, Гаррет остановился и развернулся.

— Иди домой, Миа.

Она уставилась на него, ее милое личико исказилось от мольбы.

— Я давала тебе возможность за возможностью, — прошептала она.

О нет. Раньше они этого не делали. И уж точно не собирались делать это сейчас.

— Иди домой, — повторил он.

Она протянула руку, но когда его взгляд упал на нее, остановила движение.

Гаррет снова посмотрел на нее.

— Я все время приходила к тебе, но ты так ничего и не сделал, — заявила она.

Значит, в тот вечер он ошибался, а в остальное время был прав — такова была ее игра.

И вместо того чтобы сказать хоть слово, эта дрянь просто тратила время и причиняла вред.

Впрочем, сейчас это не имело значения. Между ними все кончено, так что не стоило тратить на это время.

— Скажи это еще раз, — предупредил он. — Иди домой.

— Теперь я понимаю, — тихо сказала она, умоляюще глядя на него. — Я сделала первый шаг. Продолжала делать первый шаг, снова и снова. Но, возможно, мне следовало сделать и второй. Может быть, именно это тебе было нужно от меня. Может быть, с… — ее взгляд уходил в сторону, но она приложила заметные усилия, чтобы вновь посмотреть на него. — С тем, как обстояли дела в вашей семье… — Она быстро вытерла губы, прежде чем продолжить. — Учитывая, что случилось с твоей мамой, я должна была догадываться