Во главе синдиката - РуНикс Страница 5

— Они отследили троих членов семьи мальчиков, — сказала Нелли. — Двое из них подали заявления о пропаже, один — нет. Детектив расследует дело, но пока, как только семьи приедут, они заберут мальчиков. Скорее всего, завтра.

Амара кивнула. Сердце радовалось при мысли о семьях, которые воссоединятся с потерянными близкими. Она не понаслышке знала, каково это — быть разлучённым с любимыми. Но хуже всего, она видела на примере Тристана, что делает с человеком потеря, оставшаяся без ответа. И каждый раз, когда семья приходила за своим ребёнком, в её сердце укреплялась вера: однажды, рано или поздно, все они воссоединятся и обретут любовь, исцелившись от ран, нанесённых временем и расстоянием.

— Пожалуйста, убедитесь, что всё пройдёт гладко, — ответила Амара. Впрочем, это было излишним. Нелли не просто хорошо справлялась со своей работой — она была страстной защитницей этих детей и очень их оберегала. Амара очень ценила это в ней. Поначалу, каждый раз, когда приходила семья, Амара хотела быть рядом. Но, будучи молодой матерью и женой и занимаясь налаживанием работы центра, она стала сильно уставать, и Нелли взяла всё на себя. Амара знала: если Нелли почувствует что-то неладное, даже когда приходят семьи, она не позволит ребёнку уйти, не позвонив Амаре или Данте. Она понимала, что здесь на кону, и именно поэтому Амара чувствовала, что может доверить ей управление.

— Доктор Амара! — крикнул с лужайки маленький мальчик, бежавший к ней так быстро вниз по пологому склону, что от волнения врезался прямо в неё. Амара охнула, но удержалась и помогла семилетнему мальчику встать на ноги, прежде чем он упал.

— Спокойнее, Лекс, — упрекнула она, но тут же смягчилась. Она питала к нему нежные чувства. Он был одним из первых мальчиков, с которыми она подружилась здесь, единственным оставшимся из первой группы, которую они нашли. Он был в группе с Ксандером, и хотя Ксандер стал для неё скорее семьёй, а остальные мальчики в конце концов разошлись по домам, Лекс остался без семьи. Он был сиротой: его семья погибла в автокатастрофе, его воспитывала бабушка, которая умерла в прошлом году, оставив его беззащитным. Его история, тот факт, что он был единственным оставшимся из той самой первой группы, и то, как он видел, что всех остальных детей забирают, а его оставляют, — всё это смягчило отношение Амары к нему больше, чем к другим. Лекс был драгоценным ребёнком с особенным сердцем. Он знал, что его семьи больше нет, что для него никого не осталось. Он пережил ужасы, о которых она знала из его сеансов, и всё же у этого мальчика была самая заразительная улыбка и самое сияющее сердце. Амара любила его так же, как любила Ксандера.

Кстати, о Ксандере…

— Можно мне поговорить с Ксандером, пожалуйста? — спросил Лекс, как по команде, его тёмные глаза и волосы сияли здоровьем, когда он посмотрел на неё с умоляющим, нежным видом. Он делал это каждый раз, когда она приезжала. Детям не разрешалось пользоваться телефонами, поэтому он разыскивал её. Зная, что Ксандер с её друзьями, он просил позвонить, чтобы они могли поговорить. Это было довольно мило.

— Раз уж ты так вежливо попросил, — улыбнулась ему Амара, достала телефон и набрала номер, который благодаря этому мальчику был в списке самых часто звонимых.

Телефон зазвонил дважды, прежде чем кто-то ответил.

— Здравствуйте, — раздался тихий молодой голос.

Ксандер был загадкой — она никогда бы не подумала сказать так о ребёнке. Амара видела его психологические заключения, благодаря Тристану и Моране, которые разрешили ей доступ к его файлам, и это ставило её в тупик. Его прошлое оставалось полной тайной: не было записей о рождении или жизни до того, как его нашли. Его возраст определяли на глаз, потому что никто не знал, сколько ему лет, а он никогда не говорил. Его интеллект был запредельным, что затрудняло точное определение возраста, а личность — мрачнее и угрюмее, чем полагалось любому мальчику. Он всегда был тихим, всегда уважительным, но всегда наблюдательным. И дело было не только в том, что он находился в спектре аутизма или был высокофункциональным. Амара знала — её психологическая интуиция подсказывала, — что за этим кроется нечто большее, чем кто-либо из них подозревал. Она просто надеялась, ради них всех, что это не то, что принесёт опасность к их порогу.

— Привет, Ксандер. Это Амара.

— Знаю, — ответил мальчик тем же монотонным голосом. — Твои контакты сохранены.

Конечно, он так и делал. Она звонила ему три раза в неделю. Морана подарила ему собственный телефон, чтобы он мог позвонить любому из них в любое время. Хотя Морана тоже опасалась его прошлого, она глубоко уважала его интеллект и отказывалась его потакать. Тристан же… ну, он был Тристаном в этом смысле.

— Лекс хотел бы с тобой поговорить, — начала Амара, и Лекс тут же протянул руку за телефоном. Амара усмехнулась, передала трубку парню и наблюдала, как он отошёл в сторону, чтобы поговорить с другом наедине. — Привет, Ксан! Как дела? Ты скучал по мне? Я должен рассказать тебе кое-что новое… — его голос затих, когда он уселся на траву у края поляны. Он делал это каждые несколько дней, и, зная, что она о нём знает, Амара позволяла ему. В связи, возникшей между двумя парнями в столь юном возрасте, было что-то прекрасное, и Амара хотела поддержать её, надеясь, что со временем она перерастёт в крепкую, органичную дружбу, подобную дружбе Данте и Тристана. Настоящий друг рядом может многое изменить, особенно в трудные времена. Она знала это по собственному опыту и поэтому хотела, чтобы парни могли развивать эту дружбу.

При мысли о друзьях у неё сжалось сердце. Вин, один из самых близких и давних друзей, уже почти год работал под прикрытием в «Синдикате». Он изредка присылал Данте новости, но Амара очень по нему скучала, особенно после того, как он стал вести себя тише. Она лишь надеялась, что он выйдет из этой ситуации невредимым, а если нет — она поможет ему исцелиться, как он помог ей когда-то. Шрамы на её запястьях, скрытые под браслетами, покалывали от ужасных воспоминаний о прошлом.

Отбросив эти мысли, она наблюдала, как