(Не) в активном поиске - Галина Кор Страница 5

Внутри все… креативно. Стены облеплены фотографиями моделей из старых журналов, пол выкрашен в цвет бордо, плафонов нет, просто лампочки на веревочках.

Помещение большое, скорее всего это старый спортзал или комната для партсобраний… По кругу стоят столы со стульями. Занимаем свободные места. Мы с Людой садимся на сторону девочек, напротив нас — мальчики. Тимур занимает место где-то чуть дальше.

На середину зала выходит пожилая пара, им лет по шестьдесят. Дама принимается рассказывать правила.

— Рады приветствовать в нашем клубе. Здесь вы можете в течении часа-полтора познакомиться с мужчиной или женщиной, а после продолжить с ним общение вне стен нашего гостеприимного помещения. Правила таковы. По звонку, вы начинаете общаться с человеком, сидящим напротив вас в течении трех-пяти минут, потом снова звучит звонок, парни поднимаются, и пересаживаются за соседний столик. И так, пока круг не замкнется. Вам присвоены номера. Вы их видите, они перед вами. У каждого из вас есть «карта симпатий», в которой вы можете отметить понравившийся номер. По окончанию, мужчины сдают карты, а дамы подходят к нам, и мы смотрим, совпали ли симпатии. Если у вас сразу все клеится, обменивайтесь телефонами на месте. Уменьшите нам работу. Все! — дама хлопает в ладоши. — Всем все понятно.

И хором наш ответ: «Дааа…».

— Отлично, тогда начинаем.

Звенит первый звонок. Я поворачиваюсь. Передо мной сидит детина килограммов под сто пятьдесят.

— Привет, — натягиваю улыбку, — я Аня.

— А я Гордей.

— Привет, Гордей, — машу рукой, будто в космос его отправляю. — Чем ты занимаешься, Гордей? — надо о чем-то общаться. Наверное, это самый логичный вопрос. Ну не о погоде же…

— Я пока в поиске себя, — напускает на себя загадочности.

— А сколько тебе лет?

— Тридцать.

— Не поздно ли, для поиска, может пора уже определиться? — аккуратно спрашиваю, боясь выхватить. Такой одним ударом может и зашибить.

— Ты прямо, как моя мама! — хлопает пухлой ладошкой по столу.

— То есть мамкин холодильник ты нашел, а себя нет? — его лицо вытягивается. Но тут звенит звонок, и он не успевает мне ничего ответить. Лишь недовольно зыркнув, пересаживается за соседний столик.

Следующая «жертва» садится напротив меня. Снова звонок и новый вопрос, только теперь инициативу перенимает оппонент — худой до безобразия и с большими ушами.

— Хочешь отличного секса?

— Нет.

— Тогда я — именно тот, кто тебе нужен, — он быстро подставляет заготовленный ответ. И только сказав, понимает, что мое «нет», не стыкуется с его сценарием ответа. — Эй! Ты должна была ответить: «Да!».

— Поверь мне, я никому и ничего не должна. Кредитов на мне нет, а ту мелочь, что я занимала у коллеги, я давно отдала!

— Вот ты чудная?

— Сочту за комплимент.

Снова звонок и новый уникум.

Передо мной мужчина лет сорока. Приятный. Но как только он опирается рукой о стол, чтобы сесть, замечаю блеск… Золотое кольцо на безымянном пальце.

— Ты женат? У тебя на пальце кольцо, — указываю ему на него.

— Послушай, прошу… — складывает руки на груди, как бы умоляя. — Это жуткая история… Я сам не знаю, как я женился на ней.

— Тебя что, в ЗАГС привезли под наркозом или ты был в коме?

— Да уже и не помню, это было почти двадцать лет назад.

— Ооо… — Только залежалого обветренного «товара» мне не хватало. Отрицательно качаю головой, даю понять, что без вариантов…

Дальше было еще «веселее».

Глава 4

Аня.

Почему-то на пятом, отсеянном мною кавалере, меня накрывает грусть и тоска. Скорее всего, они-то нормальные… а вот я — под вопросом. Ну не могут же все быть никакими, а я — звезда?! При том, что я не строю иллюзий в отношении своего внешнего вида, да и вообще, оцениваю себя критически. Но в каждом из мужчин я нахожу явные минусы, которые не просто бросаются в глаза, а прямо указывают на невозможность нашего дальнейшего общения. Так и до депрессии недалеко…

Напротив меня садится пожилой мужчина. Вот прямо… он видел многое и может даже застал Ленина живым, помогал тащить ему бревно.

— Простите, а как вас зовут?

— Лев.

— А по отчеству?

— Зачем все эти предрассудки, уверяю тебя, я еще ого-го!

— А… сколько вам лет? — я понимаю, что ступаю на тонкий лед. Интересоваться у мужчины, который знает, что он не молод, но при этом подбивает к тебе клинья, чревато последствиями. Вплоть до увеличения артериального давления…

— Таблетки от склероза пока не пью и коленки мазью не мажу. Я мастер спорта по легкой атлетике, занимаюсь скандинавской ходьбой, йогой, «моржую» и пью мумие.

— А я ничем не занимаюсь и пью воду из-под крана, — вставляю с грустью.

— Ничего. Ты и так девка хоть куда!

— Хоть куда, куда? — встрепенулась я.

— Эх, знала бы ты… — но звенит звонок, и Тимур, который оказывается следующим по очереди, спасает меня от интригующего продолжения.

Наклоняюсь к нему как можно ближе, говорю, как можно тише, чтобы рядом сидящие перцы не услышали мои комментарии в их адрес и не забросали меня гнилыми помидорами и тухлыми яйцами.

— Слушай, это точно клуб знакомств? Такое чувство, что здесь производят набор для фрик-шоу.

— Да, контингент тот еще… — и смотрит на меня.

— Это ты так намекаешь, что я ничем от них не отличаюсь? — знать о себе многое — это одно, а вот слышать мнение со стороны — совершенно другое. Тем более Тимур разительно отличается от тех мужчин, которые успели приземлить на этот стул свою пятую точку до него.

— Причем здесь ты? Я о тех дамах, — он тоже наклоняется ближе, и мы сидим практически нос к носу, — с которыми я уже имел возможность пообщаться.

— Ээээ… Вы вообще опупели! — с соседнего столика подает голос Люда. Мы непонимающе поворачиваемся в ее сторону. — Вы там что, целоваться надумали? — кручу пальцем у виска.

— У нас тут… разговор, — подмигиваю ей. — Походу, сейчас тебе влетит, — предупреждаю Тимура, так как в следующую смену партнера, ему пересаживаться именно к Люде.

— Ой, побурчит и перестанет. А ты… ты симпатичная девчонка, только одеваешься, как… ваши бабки в институте. Смени имидж и тебя обязательно заметят. Глаза у тебя красивые… — на эти его признания, лишь смущенно улыбаюсь. Не балует меня противоположный пол комплиментами…

— Спаси… ай! — не успела поблагодарить, как получаю болезненный толчок под ребро. — Ты чего? — рычу на Люду.

— А ты чего?! — дед,