Искушающий яд - Рина Кент Страница 49

Я так долго кончаю, что начинает казаться, будто сперма не закончится никогда. Все это время Маркус жестко толкается навстречу моему члену, и от грубого трения мои губы открываются еще шире.

— Блять… М-м-м, я мог бы делать это весь день, — толчки его бедер совпадают с движениями пальцев у меня во рту. — Мог бы сожрать тебя к чертям собачьим, — толчок. — Вылепить из тебя моего идеального принца, — толчок. — Пока ничего не останется… — толчок. — Пока ты не станешь полностью… — толчок. — Целиком… — толчок. — Моим.

Мой опустошенный член дергается, когда он гортанно стонет, вонзая зубы в место между шеей и ключицей. Затем он немного отстраняется, вытаскивает пальцы из моего рта и перехватывает свой член.

— Примешь мою сперму, малыш, м? — он направляет его на мой уже опадающий ствол и кончает волнами, заливая мою руку и член своей густой спермой.

Рот болит, яйца опустошены, но я не могу не смотреть с приоткрытыми губами, как его сперма смешивается с моей, а часть стекает на асфальт.

Вульгарность происходящего должна была опустить меня с небес на землю и напомнить, что мы на улице.

Какого хера мы вообще здесь забыли?

Маркус отрывается от моей шеи, отпуская мою руку, которую держал все это время — а я, блять, ему этопозволил. Так-то, я должен на это разозлиться.

Но, прежде чем успеваю накрутить себя, он заправляет член в штаны и опускается на колени.

Погодите… что?

Маркус стоит на коленях передо мной.

Тот самый Маркус Осборн, который ни в чем не дает мне выиграть, стоит на коленях.

Передо мной.

И это абсолютно сносит мне крышу. Я смотрю с приоткрытым ртом, как он проводит языком по тыльной стороне моей ладони, все еще сжимающей член, не отрывая от меня своего пронзительного взгляда.

Он… лижет мою руку?

Нет — он слизывает с моей руки сперму.

Мою и свою.

И я балансирую между желанием и порочностью.

Это кажется неправильным.

Чем-то темным, запретным, опьяняющим и в то же время таким… прекрасным.

Маркус начисто вылизывает мою руку, а я все это время стою не шелохнувшись, пока мои пальцы дрожат, когда он вжимает свой горячий, влажный язык между ними, проводя им медленно, но уверенно.

— Ты знаешь, какая она на вкус? — рычит он хриплым и опасно низким голосом.

— Мне пле…

— Лжец. Ты возбуждаешься, малыш. Твой член подергивается от возбуждения при мысли о том, что мой язык его вылижет.

Любая моя возможная колкость растворяется, стоит мне заметить, что мой член и правда твердеет. Я отпускаю его и вцепляюсь в волосы Маркуса, погружая пальцы глубоко в его пряди.

Клянусь, я хотел оттолкнуть его, но тут его язык проводит по моей головке, слизывая сперму, и мои пальцы сильнее сжимают его волосы.

Без понятия, зачем я притягиваю его ближе.

— М-м-м, — выдыхает он мне в кожу, обхватывая губами мой член.

И чтоб меня.

Черт.

Я прекрасно понимаю, что только что кончил, но ощущение его рта на моем члене мгновенно делает меня твердым как камень.

Он выпускает меня изо рта, ухмыляясь.

— Тебе это нравится.

— Заткнись.

— А если нет?

Он снова лижет головку, и мой ствол дергается, требуя оказаться в его влажном жаре.

— Просто…

— Просто?

Маркус хватает меня за бедро одной рукой, и плюет на другую — ту самую, что была у меня во рту.

— Используй слова, малыш. Скажи, чего ты хочешь.

— Ты знаешь, чего я хочу, — хриплю я, потому что он глубоко засасывает мою головку, одновременно стягивая с меня джинсы и боксеры той самой рукой, что держал за бедро.

— А, может, не знаю.

— Ты гребаный…

— Тс-с. Терпение. Успокойся.

Я тяжело дышу, мой член стал еще тверже, и мненужно …

Нет.

Мне нужно то самое конкретное ощущение, которое я испытал только что, когда он взял меня в рот.

— Если хочешь почувствовать мои губы на своем члене, то должен попросить, — он проводит языком вдоль головки, уже просто дразня меня.

— Вот же мудак…

— Не слышу, Престон, — его голос становится жестче, хоть и пропитан возбуждением. — Скажи нормально.

— Блять…

— Еще раз.

— Я…

— Да? — он облизывает мой член сверху донизу.

— Хочу, чтобы ты обхватил губами мой член.

— Хороший мальчик, — он снова плюет на ладонь, а затем берет мой член в самую глотку.

— Бля-я-ять!

Мир перед глазами плывет, пока я запрокидываю голову, ударяясь затылком о кирпичи, а тело натягивается от туманного удовольствия.

Еще никто и никогда не брал меня сразу так глубоко. У меня реально огромное хозяйство, поэтому дамочкам обычно нужно время привыкнуть, но Маркус сделал это с первого же раза.

Черт возьми. У этого парня вообще нет рвотного рефлекса?

А может, дело в практике?

И вот я думаю обо всех остальных членах, которые он засовывал в глотку этого смазливого ротика, и мои пальцы сильнее вцепляются в его волосы.

— Какая же ты шлюха, — хриплю я, насаживая его глубже на свой член, заставляя давиться им. — Явно уже профи в минетах, да?

Он издает лишь неразборчивый звук, пока я чувствую, как он тянется к моей заднице.

Сначала я не понимаю, что он делает, пока его влажные пальцы не начинают ощупывать пространство между ягодицами.

Но я настолько поглощен ощущением его горла, сжимающимся и сокращающимся вокруг моего члена, что не обращаю на это особого внимания.

Пока нечувствую.

Его средний палец надавливает на тугое кольцо мышц, и боль взрывается в моей заднице. Хватка на его волосах ослабевает, и он отстраняется. Мой твердый член выскальзывает из его рта, весь мокрый от слюны.

Пальцем он больше не двигает, пока осыпает поцелуями мою головку.

— Расслабься, малыш. Просто сосредоточься на моем рте.

— Сосредоточиться на твоем рте?

— Да. Можешь трахать меня в горло.

Этой эротичной фантазии достаточно, чтобы мой мозг начал постепенно снова отключаться, потому что, когда он снова направляет мой член между своих губ, я уже куда более расслаблен.

— Блять, — хриплю я. — Как ты можешь заглатывать меня так глубоко… ты, маленькая шлюшка? Черт возьми, эти ощущения… совершеннони на что не похожи.

— М-м-м, — все, что он смог сказать, пока я сжимаю его голову обеими руками.

— Блять… да… глубже, возьми меня глубже…

Его рот раскрывается шире, и я толкаюсь внутрь, трение его языка о мой член сводит меня с ума.

Не думаю, что когда-либо использовал кого-топодобным образом.

Другого слова тут не подберешь. Я жестко трахаю его рот и горло, вращая бедрами, чтобы усилить давление.

И