Разрушь меня - Бьянка Коул Страница 48

— А если бы я с самого начала сказал тебе правду? — Его взгляд останавливается на мне. — Ты бы дала мне шанс?

— Это было не твое решение. — Жар заливает мои щеки. — Ты втянул меня в эту историю, не оставив выбора. Сделал меня мишенью.

— Ты уже была вовлечена в тот момент, когда привлекла мое внимание.

— Чушь собачья, и ты это знаешь. — Я толкаю его в грудь. — Ты мог уйти. Мог оставить меня в моем милом, безопасном музейном пузыре, где самой большой угрозой были сокращения бюджета и требовательные спонсоры.

— Ты действительно этого хочешь? — Его пальцы задерживаются на моей шее. — Вернуться к своей скучной жизни?

— Я хочу... — Мой голос срывается, когда его пальцы касаются моей ключицы. — Я хочу знать, во что ввязываюсь. С кем я ложилась в постель.

— Ты знаешь, кто я. — Его прикосновение обжигает мою кожу. — И ты все еще здесь.

— Потому что я идиотка. — Слова выходят громче, чем предполагалось.

— Нет. — Он подходит ближе, прижимая меня к стене. — Потому что, несмотря ни на что, ты хочешь этого так же сильно, как и я.

Его слова пробивают мою защиту, и я ненавижу то, что он прав. С той первой ночи он был у меня под кожей, поглощая мои мысли, даже когда я злилась на него. Мое тело помнит каждое прикосновение, каждый поцелуй, каждое мгновение удовольствия, которое он мне подарил.

— Я ненавижу тебя, — выдыхаю я ему в рот, но мои руки скользят вверх по его груди.

— Нет, не ненавидишь. — Его губы касаются моих. — Ты ненавидишь то, как сильно хочешь меня.

Поцелуй становится глубже, и я таю в нем, несмотря на свой гнев. Его руки обхватывают мое лицо с удивительной нежностью, большие пальцы гладят мои щеки. Нежность в его прикосновениях резко контрастирует с тем опасным человеком, каким я его теперь знаю.

Он сажает меня на стол, разбрасывая бумаги по полу. Его губы спускаются по моей шее, и я выгибаюсь навстречу ему, запуская пальцы в его идеально уложенные волосы.

— Позволь мне показать тебе, — шепчет он мне на ухо. — Позволь мне доказать, как много ты для меня значишь.

Его руки благоговейно скользят по моим бокам, и я дрожу от его прикосновения. Он боготворит мое тело своим ртом; каждый поцелуй — невысказанное извинение, а каждая ласка — мольба о понимании.

— Дмитрий, — выдыхаю я, когда его губы находят чувствительное местечко у меня за ухом.

— Я должен был рассказать тебе все. — Его руки снова обхватывают мое лицо, льдисто-голубые глаза напряжены. — Но я не мог рисковать потерять это. Потерять тебя.

Мое сердце колотится, когда его рот снова завладевает моим, и я понимаю, что потеряна. Я не могу уйти, даже зная, кто он и что делает. Не тогда, когда он прикасается ко мне вот так, как будто я что-то драгоценное и редкое.

Его пальцы вырисовывают узоры на моей коже сквозь шелковую блузку, и я выгибаюсь ближе, желая большего. Каждое прикосновение ощущается как подношение, обещание.

Мне следовало оттолкнуть его, но я не могу заставить себя сделать это. Мое тело жаждет его прикосновений и нуждается в них, как в наркотике. Мои протесты застревают у меня в горле, когда он стягивает блузку с моих плеч, обнажая меня перед своим голодным взглядом.

Его зрачки расширяются, когда блуждают по моему кружевному лифчику, замечая, как напрягаются мои соски под тонкой тканью. Его руки скользят по моей талии и бедрам, следуя линиям моего тела, словно запечатлевая их в памяти.

— Такая красивая, — бормочет он, касаясь губами моей ключицы. — Ты понятия не имеешь, что делаешь со мной.

Я прикусываю губу, когда его пальцы расстегивают передний крючок моего лифчика, его глаза не отрываются от моих. Легким движением его большого пальца, кружево спадает, освобождая мою грудь. Я наблюдаю, как подрагивает его кадык, когда он опускает взгляд, любуясь моими затвердевшими сосками.

— Я хочу попробовать тебя на вкус, — хрипло говорит он, наклоняясь.

Его рот смыкается вокруг одного соска, его язык кружит, посылая мурашки удовольствия прямо между моих ног. Я вскрикиваю, запуская пальцы в его волосы, прижимая его к себе.

Он переключается на другой сосок, расточая внимание до тех пор, пока я не начинаю извиваться, отчаянно желая большего. Каждое прикосновение, каждое движение его языка посылает искры по моим венам.

— Дмитрий, — выдыхаю я, нежно дергая его за волосы. — Пожалуйста.

Он поднимает взгляд, его глаза затуманены желанием. — Скажи мне, что тебе нужно.

Я тяжело сглатываю, мои щеки пылают. — Мне нужно... — Я колеблюсь, мой голос подводит меня.

— Скажи мне, куколка. — Его пальцы скользят под пояс моей юбки, поглаживая обнаженную кожу. — Скажи это.

Воздух застревает у меня в горле, когда его пальцы опускаются ниже, дразня край моих трусиков.

— Ты нужен мне, — шепчу я. — Пожалуйста.

Слова висят между нами, тяжелые от значения. Это больше, чем просто просьба об удовольствии; это признание влияния, которое мы оказываем друг на друга.

Его глаза впиваются в мои, когда он медленно спускает трусики вниз по моим ногам, не прерывая зрительного контакта. Я оставляю шелковистую ткань на полу, дрожа, когда прохладный воздух касается моей разгоряченной кожи, юбка задирается вокруг талии.

Его теплое дыхание касается моего бедра, когда он опускается передо мной на колени, не сводя глаз с промежности. Медленными, обдуманными движениями он раздвигает мои складочки, обнажая мою самую сокровенную сердцевину своему голодному взгляду.

— От тебя захватывает дух, — хрипло говорит он, нежно поглаживая меня пальцем.

И затем его рот оказывается на мне, его язык щелкает и кружит, посылая по мне ударные волны удовольствия. Я вскрикиваю, мои руки сжимают его плечи, мои бедра приподнимаются навстречу его рту. Он стонет в ответ, его язык проникает глубже, смакуя мое возбуждение. Мое тело дрожит, когда он творит свое волшебство, губами и языком посылая меня все выше и выше.

Он добавляет пальцы, толкаясь внутри меня, находя то местечко, от которого у меня перехватывает дыхание. Я сейчас так близко, мое тело сжимается, как сжатая пружина. Его пальцы никогда не замедляются, его язык никогда не колеблется, и тогда я падаю, вскрикивая, когда наслаждение захлестывает меня.

Дмитрий ласкает мою киску, растягивая мое освобождение, его руки сжимают мои бедра. Я чувствую себя незащищенной, открытой и уязвимой, но я не хочу, чтобы это заканчивалось. Я запускаю пальцы в его волосы, прижимая его к себе, желая продлить момент полной капитуляции.

Наконец, он поднимает голову,