Развод. Он влюбился (СИ) - Дюжева Маргарита Страница 48

Она напомнила, что я могу быть красивой, интересной и желанной. Что я могу быть легкой и игривой, как весенний ручей, и мучительно соблазнительной, как хорошо выдержанное вино. И нет смысла прятаться и делать вид, что все это мне не интересно.

Интересно! Рядом с Павлом я снова почувствовала себя желанной женщиной, способной вскружить голову мужчине.

После нашего первого свидания я возвращалась домой под утро и на цыпочках, босиком прижимая к себе туфли и боясь разбудить дочь, которая на время командировки своего мужа Максима, приехала ко мне. Чувствовала себя школьницей, которая без спросу не явилась домой ночевать. Было стыдно, и в то же время хотелось смеяться.

А потом включился свет и выяснилось, что Даша не спала! Сидела за кухонным столом и, неспешно постукивая по нему пальцами, строго смотрела на меня.

— Так, так, так… и где это мы были? — ехидно поинтересовалась она.

Боже, оказывается, я не забыла, как краснеть. Под пристальным взглядом своей взрослой и глубоко беременной дочери я сделала именно это – бездарно покраснела.

— Молчи, — буркнула я, старательно отводя взгляд, — просто молчи.

— Мне кажется, или это у тебя засос?

— Где, — встрепенулась я, испуганно подскочив к зеркалу. Никаких засосов на мне не было. — Эй! Так не честно! Ты меня развела!

— Признавайся, кто он.

— Даша!

— Детали! — строго потребовала она, а глаза смеялись.

Конечно, очень смешно смотреть как великовозрастная мамаша, краснеет на месте преступления. Я поворчала, побухтела, а потом все ей рассказала.

Не знала, как она отнесется к моему роману, но дочь и правда выросла, потому что в конце ободряюще сжала мою руку и с теплой улыбкой произнесла:

— Я так рада за тебя.

А я была рада за нее. После того новогоднего корпоратива, она изменилась. Перестала сторониться людей, признала то, что у нее проблемы и обратилась к специалисту, который шаг за шагом грамотно и мягко помогал ей избавляться от прежних страхов и снова учил доверять людям.

Она завела подруг. Не только Катю, которая сама того не ведая, пробила стену отчуждения, но и нескольких девочек с работы, а также тех, с кем познакомилась в женской консультации.

С Максом они расписались в марте. Без лишнего пафоса и церемоний. Тихо, скромно, и сразу после праздничного ужина уехали на недельку отдыхать.

Жизнь налаживалась.

Ах, да Марина…

Она наивно решила, что если уедет в другой город, то о ней все забудут, и она сможет и дальше жить в свое удовольствие, оставив всех нас в прошлом.

Как бы не так.

Я лично позаботилась о том, чтобы в универе узнали о ее выкрутасах, Олеся у которой сохранились связи в столице тоже приложила свою руку к ее отчислению.

Жестокие игры с чужими судьбами никогда не остаются безнаказанными – в результате своих Марина лишилась репутации.

Когда ее задержали она была на грани нервного срыва и орала, что все сволочи сговорились и обижают бедную, несчастную, ни в чем неповинную девочку. Пыталась все вывернуть в свою сторону, оклеветать всех и каждого, но судья оказалась строгой и справедливой.

Ущерб, нанесенный здоровью Жданова, был оценен как средний. А наше заявление о преследовании оказалось не единичным – еще в подростковом возрасте она изводила своими выходками некую Анну Сивцову, после чего ее разгневанные родители тоже написали заявление и добились запрета на приближение к дочери.

Теперь ей было запрещено приближаться и к Даше, а за нападение на Жданова и оставление его в заведомо уязвимом состоянии ей и вовсе дали реальный срок. Пусть не такой большой, но достаточный, чтобы навсегда оставить пятно на репутации.

Мне было плевать, как у нее сложится дальше. Я хотела только одного – чтобы она и любое упоминание о ней осталось в прошлом, потому что в нашем будущем не было места для мусора.

Жданов?

А что Жданов…

Перелом был сложным, поэтому его продержали в больнице почти два месяца.

Поправился, но хромал. Мучался от головных болей после сотрясения. Кажется, страдал от бессонницы.

Мы больше не общались, поэтому скудные новости из его жизни я узнавала от Олеси. И то это было крайне редко, ибо она прекрасно понимала, что мне все это не надо, что ее брат тоже остался в прошлом.

Поначалу он звонил. Что-то мычал в трубку о раскаянии, о том, как ему жаль, и как хотелось бы попробовать все начать сначала.

Я сначала делала вид, что не понимаю, к чему он клонит.

Потом прямым текстом сказала, что мне это не интересно, и свое раскаяние он может оставить себе.

Затем, когда он решил, что если не получилось сразу и по-простому, то надо попробовать взять меня измором, и вовсе добавила его номер в черный список.

Все, милый. Мы в прошлом.

У меня новая жизнь, и как это ни парадоксально новая любовь, семья, крошечная прекрасная внучка, в которой я души не чаю, а ты…ты будь счастлив с кем-нибудь другим.

Прощай.