Исцелю тебя - Кира Алиева Страница 47

— Если хочешь, то давай, поговорим, — мягко провожу рукой по её сочным губам. Мне так нравится прижиматься к ним и наслаждаться их невероятным ягодным вкусом.

— Я не хочу, чтобы из-за меня ты тратил деньги, которые получил от продажи квартиры.

Собираюсь возразить, но Танин пальчик прижимается к моим губам, не давая им разомкнуться.

— Не отрицай, я знаю, что ты именно про эти деньги говорил, когда отказался от помощи Олега.

— Даже если и так? Я не первый день думаю о лечении за границей. А твой грядущий отъезд лишь ускорил моё решение.

— Но как вы будете жить дальше, без дома, без финансовой подушки безопасности? Я не хочу, чтобы из-за меня ты потратил свои сбережения!

— Танюш, я мальчик взрослый и прекрасно знаю, что хочу. Прекрасно отдаю себе отчёт, что мне нужно и свои возможности не переоцениваю. Если ты боишься связаться с нищебродом, тогда так и скажи. Но если ты готова потерпеть, поверь, я приложу все свои силы и заработаю денег, и на дом, и на жизнь. Ты только будь рядом. Верь в меня. Я же горы сверну, если только ты попросишь.

— Дим, я всегда буду рядом, и я правда верю, что у тебя всё получится. Даже если прогонишь, никуда не уйду, потому что уже не смогу без тебя, — Таня нежно и робко касается моих губ самым целомудренным поцелуем, который у меня был за всю жизнь.

Её мягкие и сладкие губы, теплое дыхание пьянят как выдержанное и дорогое вино от которого всё кружится перед глазами. Кровь бьет в голову, и я со стоном подаюсь навстречу этим самым сладким в мире губам. Перехватываю инициативу, проникаю в её рот языком. Ловлю робкие отклики, с довольным стоном усиливаю натиск.

Не хотел сегодня трогать Таню. Думал, дам время прийти в себя, тем более прошлой ночью я был далёк от нежности. А сейчас и вовсе готов всю её заклеймить своими поцелуями.

Уверен, целуя меня, Таня не ожидала такую страсть с моей стороны. Но я уже был не в силах остановиться.

Единственная мысль, которая бьётся в моём воспалённом мозгу, это "хочу", здесь, сейчас и навсегда. Моя. Костёр нашей страсти полыхал всю ночь.

Татьяна отдавалась мне с такой умилительной взаимностью, что думал, не смогу остановиться. Буду лакомиться её прекрасным телом сутками без перерыва. Этой ночью я был неутомим, а девушка в моих объятиях даже немного охрипла под конец.

Надеюсь, Олег не скупился на шумоизоляцию, потому что иначе меня могут привлечь к ответственности за превышение своих прав в особо страстной форме.

Под утро Таня, устало вздохнув, свернулась калачиком и уснула в моих объятиях.

Так доверчиво прильнула ко мне во сне, что вызывала одно-единственное желание: защитить ото всего и от всех.

Под её мерное дыхание и сам засыпаю, умиротворённый и счастливый.

Просыпаюсь от звонка мобильного телефона. Солнце уже высоко, часы показывают полдень. Таня всё ещё сладко спит, также крепко прижавшись ко мне. А на дисплее светится имя моего медбрата. На первый звонок я не успел ответить, но Федя не поленился набрать меня и во второй раз.

— Да? Федя, ты чего звонишь? Случилось что?

— Ну, как бы, да. Случилось то, что мы пропустили все утренние процедуры. И я теперь не знаю, как мне быть дальше. Я нанимался к вам, чтобы помогать, а не прохлаждаться без дела целыми днями.

Опять ноет. Такое ощущение, что Федя только этим и живёт. Никогда не поверю, что смысл его существования заключается в проведении лечебно-оздоровительных манипуляций в отношении своих пациентов.

— Федя, прекращай уже это, хорошо? Сколько ещё ты будешь себя вести, как противная бабка? Ничего страшного не случилось. Считай, что у тебя сегодня выходной.

— И всё же я подожду. Как будете готовы, позовите.

— Хорошо, — отключаю вызов и притягиваю Таню ещё ближе к себе.

— Кто звонил? — сонно бормочет моя красавица. — Никто, спи. Тебе отдохнуть нужно.

— А мне кажется, что это Федя опять зверствует, разве не так?

— Не бери в голову, он слишком зациклен на своей работе. Для него любое нарушение режима равносильно концу света, отсюда и возмущение.

— Мне лучше к себе пойти, иначе он так начнет прятать тебя от меня.

— Тань, ну что за глупости? Федя просто не любит, когда его планам что-то угрожает. А в целом он нормальный. Он очень сильно мне помогает.

— Поэтому мы должны его слушаться, а не препятствовать. Твой медбрат зациклен лишь на твоём лечении.

— Знаю.

— Поэтому я всё же пойду к себе.

— Может, побудешь ещё со мной?

— Я бы с удовольствием никуда не ушла. Вечность в твоих объятиях, и то будет мало для меня. Но тебя ждут твои процедуры, а я обещала Алине сегодня с ней погулять, и в кафешку её сводить. У нас будет что-то вроде девичника. Будем сплетничать и лакомиться вкусняшками.

— Таня, не нужно настолько плотно ею заниматься, избалуешь мне ребенка, — притворно ворчу, а на самом деле, радости моей нет ни края, ни конца.

— Милый, не поверишь, но мне самой это в радость. Да и к тому же, я так сильно привыкла к твоей дочери, что буду безумно скучать по ней после отъезда. Хочу как можно больше времени провести с нашей принцессой и запастись позитивом. Думаю, в Израиле мне этого будет не хватать.

Чёрт. Мне нравится, как Таня сказала "НАША принцесса".

— Я никогда не смогу расплатиться с тобой за всё, что ты сделала для моей дочери.

— И не нужно. Я люблю Алину, как родную. Мне, правда, будет её очень не хватать. Попрошу почаще присылать мне селфи.

Это какое сердце нужно иметь, чтобы полюбить чужого ребёнка как родного? А я ведь чувствую, что Таня на самом деле любит мою дочь причём очень сильно.

Ещё крепче обнимаю её, целую в лоб. Самая прекрасная, желанная и великодушная женщина доверчиво льнет ко мне, обвивает руками и ногами.

В этот момент мы, наверное, в тысячу раз ближе, чем в самые горячие и сладкие моменты двух прошедших ночей. Одно целое, наши сердца бьются в унисон. Такой момент, когда душа ликует, а сердце переполнено самыми яркими чувствами.

— Ну всё, отпусти меня, а то задушишь.

— Нет, не хочу и не отпущу. Ты теперь в плену моей любви. Никогда не отпущу тебя.

— Но меня ждёт одна маленькая и очень нетерпеливая принцесса, которой сильно не понравится,