Жестокии развод - Ария Тес Страница 47

знаю, что это не так. Он часто отступает и молча наблюдает за событиями со стороны, а потом принимает решение. Всегда так было. Он – не я, это тоже правда. Я больше похож на импульс, а вот он – мозг. Расчетливый до последней запятой. Спокойный. Ему повезло, он спокойный, а еще отлично умеет контролировать свои эмоции. Не то что я. Да-да. Не то что я…

Сука.

– Тема!

– Я буду встречать Новый год с мамой, – роняет и толкает дверь в свою комнату.

Оставляет меня недоумевать.

Я психую.

Внутри целый костер и жесткие, яркие всполохи. Мне не послышалось?!

– Ты…что?! – иду за ним следом.

Тему можно проломить, но только если он это позволит. Мне хотелось верить, что в ситуации с родителями это был именно такой случай. Когда он позволяет мне проломить его, чтобы не брать на себя ответственность. А вон оно как…это было не то. Все не то. Тёма просто взял тайм-аут и думал, взвешивал. Решал.

Вот теперь он решил, и хрен его сдвинешь с места.

Блядь.

Я чувствую такую дикую пустоту внутри, от которой будто выхода нет никакого! Я остаюсь один. Один в этом гребаном доме, куда идти совсем уже и не хочется…

Нет-нет-нет!

– Какого хуя?!

Артем бросает на меня взгляд через плечо, но сразу уводит его на свою сумку.

– Что за реакция? Будто я сказал что-то не то.

– А ты сказал-то?!

– А нет?! Она наша мама! Я что?! Не имею права быть рядом с ней?!

Сотня язвительных слов крутится на языке. Но я молчу. Не могу ни одного вытолкнуть наружу…

Артем хмыкает и снова отворачивается.

– Ты сам знаешь, что все это неправильно.

– Я не…

– Блядь, не притворяйся, Артур! Мы братья! Мы выросли вместе, и ты можешь изображать довольство всем своим видом и дальше. Можешь ползать на брюхе перед этой, но я знаю…

– Заткнись!

– Хватит с меня, – Артем застегивает сумку и вешает ее на плечо, – Серьезно. Это не работает! Неужели ты не видишь?!

Вижу, но никогда в этом не признаюсь.

– Она виновата сама, – настырно повторяю то, что проще.

Артем хмыкает.

– Ну-ну. Продолжай это говорить, может быть, однажды ты действительно поверишь?

Он делает шаг, а у меня внутри что-то рвется. Он уйдет, и я останусь один там, где быть не хочу. Это страшно и мерзко. Рядом с ним я могу вывезти, но один?…

Делаю свой шаг, пересекая ему дорогу. Артем замирает. Мы долго смотрим друг другу в глаза, и наконец он тихо говорит.

– Что? Драться будем? Серьезно? Она наша мама, Арт. Если ты хочешь пойти со мной, ты можешь это сделать.

Морщусь.

– Кто сказал, что я хочу идти за ней?!

– Тебе так проще, да? Свалить всю вину…

– Я не сваливаю! Это правда! Чтобы держать мужика, нужно…

– Господи! Тебя самого не заебало нести эту хрень?! Ничего она не должна была делать! Он должен был быть верным мужем, а не кидаться на какую-то блядь!

В этот момент мы оба слышим тонкий стук шпилек, а через мгновение в дверном проеме появляется Настя с Вероникой.

Я застываю.

Артем тоже.

Тихая мизансцена длится достаточно долго и нет. Одновременно. Просто она, как та секунда под снегом: я чувствую каждую ее продолжительность тяжелым грузом на своих плечах. С этого момента все изменится. Артем больше не переступит порог этого дома, и мы все это понимаем: хмурая Вероника, молчаливый он и эта ведьма. Я уже вижу, как в ее глазах вспыхивают огни кострища…

– Мило, – коротко хмыкает она, Артем задирает нос выше и поправляет сумку на плече.

– Да. Карты, кажется, сброшены. Хочешь поделиться с группой своими истинными намерениями?

Настя чуть прищуривается. Нет, она не скажет. Она не скажет ничего, что подорвет ее ореол в глазах нашего отца. Она будет молчать, но я то вижу, что эта ситуация причинила ей…удовольствие.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, Артем, – сладким голосом шепчет она, а потом до ужаса театрально опускает глаза в пол и даже шмыгает носом, – Но мне так жаль, что ты видишь во мне врага…

Чертова актриса. Аж зубы ломит…

Артем хмыкает и бросает на меня взгляд. Он знает, что с Вероникой говорить бессмысленно. Ее мозги полностью засраны, да и вообще. Она за отца. Она всегда за него была и будет топить до него до талого. Чтобы он ни сделал – папочка всегда огонь, а мама так. Мимо проходящее…

Поэтому он обращается ко мне.

– Ты можешь пойти со мной. Мама будет тебе рада.

Одна половина меня рвется сделать это. Наплевать на все: перспективы, бабки, возможности – все побоку, но…

Другая…она другая. Я не пойду ни за что! Потому что в том, что я уже почти год нахожусь под снегом один, виновата именно она.

Она! Разрушила мою жизнь, семью. Она…не смогла удержать отца, и из-за нее именно я увидел его с этой сукой. Я узнал первым. Я понял, что отец – обычный мужик, у которого поехала крыша от молодой, знойной сучки.

Никогда не забуду тот вечер.

Как он самозабвенно сосался с ней в его машине. Не забуду, как бежал домой. Не забуду, как вместо того, чтобы ждать его, она…просто стояла у плиты и готовила сраные кексы! Она не боролась за нашу семью. Никогда! И за это я ее не прощу. Тоже никогда.

Сейчас

Я молча отступил и отпустил своего брата, а вечером случилось то, чего я ожидал. Отец звонил Артему и долго орал на него за то, как он посмел сказать о Насте.

О нашей святой пизде, просто Господи! Правда, прости. Но так и получается. О Насте либо я-бьюсь-от-тебя-в-восторге, либо никак. Приходится биться.

С грустью смотрю на стул рядом с собой. Тут раньше сидел Артем. Обычно мы тихо шептались, шутили шутки, но сейчас тихо.

Тихо и напротив.

Там раньше сидела мама. Ну, как сидела? Она постоянно бегала, потому что очень сильно любила этот праздник и готовила всегда ГОРУ еды. Просто ГОРУ! Пробовала новые рецепты, а потом ждала нашей реакции и сияла. Черт, как же она сияла…

В глазах начинает печь.

Я злюсь еще сильнее и тру их, а потом замираю.

Мимо больше не бегает мама. Только официанты. И нет новых блюд. Точнее, они есть, но они из ресторана. Настя не готовила. Отцу это не понравилось, конечно, только наша красотка умеет убеждать. Обычно