Отец подруги, или Влюблен без памяти - Виктория Победа Страница 46

Я тотчас подскакиваю с места.

Еще бы. Я вообще до сих пор в шоке от того, что эта женщина приехала в офис из-за меня. С легким чувством вины осматриваю ее вытянутую, загипсованную ногу, и думаю о том, как хорошо, что ростом Галина Васильевна невелика.

Улыбаюсь своим мыслям, помогаю ей развернуть кресло.

— Давай-ка я на ту сторону, — командует, — Машка, а ну брысь оттуда, и вообще, иди на свое рабочее место, мы тут без тебя уже справимся.

— Тшш, — чуть раздраженно шипит Маша, прижимая телефон к уху, потом прикрывает ладонью микрофон и произносит, — если понадоблюсь, я у себя.

— Не понадобишься, иди к своему придурочному, он уже соскучился, наверное, — махнув рукой, довольно громко откликается Галина Васильевна.

Маша заметно вспыхивает, бросает на женщину искрящийся молниями взгляд и, кивнув мне, покидает нашу приемную.

Я помогаю Галине Васильевне удобно устроиться по другую сторону стола и переместиться на один из стульев для посетителей, второй ставлю ей под пострадавшую ногу.

— Спасибо, а то кресло мне уже надоело, громоздкое такое, навороченное, Володя перестарался, — улыбается женщина.

Я, одарив ее ответной улыбкой, возвращаюсь на свое место.

— Ну, рассказывай, — она ставит локти на стол, опускает голову на ладони и вперяет в меня взгляд, полный непонятного мне ожидания.

— Что?

— Как что? — улыбается. — Как тебе удалось Вовку убедить?

— Убедить в чем? — уточняю.

— Взять тебя на это место, конечно же, — поясняет Галина Васильевна

— подмигивает.

— Я не убеждала, — отвечаю, пожимая плечами.

Смысла что-то придумывать я совершенно не вижу. Исходя из того, что я успела узнать за время нашего с ней короткого знакомства, Галина Васильевна проработала бок о бок с Богомоловом много лет, и очень хорошо его знает. Лучше, чем многие.

— Просто так сложилось, — добавляю тише. — Саша за меня попросила.

— Саша? — уточняет, прищурившись.

— Ну да.

Галина Васильевна уже собирается продолжить, как дверь в приемную внезапно распахивается и пороге появляется начальство.

Я чисто на автомате, точно ужаленная, подскакиваю с места.

— Доброе утро, — судя по всему, пребывая в отличном настроении, приветствует нас Богомолов.

Окидывает взглядом Галину Васильевну, ненадолго задерживается на мне. Осматривает, что-то, по-видимому, для себя отмечает. Легкая тень улыбки трогает уголки его губ.

Таращимся друг на друга до тех пор, пока внимание не привлекает Галина Васильевна.

— Опаздываешь, Владимир Степанович.

— Начальство, Галя, не опаздывает, начальство задерживается.

Он подходит к женщине, наклоняется, обнимает ее, выглядя при этом абсолютно довольным.

— Рад тебя видеть.

— И я тебе, дорогой.

— Спасибо, что согласилась приехать.

— Я же обещала, — она тоже светится от улыбки, и смотрит на него так, как смотрят на очень близких людей, с какой-то особенной теплотой. — И потом, ты мне такой трансфер организовал, грех было не воспользоваться.

Я все это время продолжаю стоять, молча наблюдая за их беседой, и невольно улыбаясь.

— Долго ты себе помощницу подбирал, намучились с тобой, я уже наслышана. Еще немного, и Смолина бы переплюнул.

— Оказалось, я весьма придирчив, не поверишь, Галь, сам не подозревал, насколько. Хотя, в этом есть и твоя вина, Галина Васильевна.

— Моя? — она делает удивленный вид.

— Твоя-твоя, кто планку установил?

На этих словах я снова немного напрягаюсь. Непринужденная обстановка больше таковой не кажется. На плечи снова опускается тяжелый груз ответственности.

— Сложно было подобрать соответствующую кандидатуру, — он как будто нарочно продолжает, а потом поворачивается ко мне, улыбается и добавляет: — так что я выбрал лучшую, да, Кира Константиновна? — подмигивает.

А я дар речи теряю и ловлю себя на мысли, что готова его стукнуть. И стукнула бы, наверное, находись я ближе и будь мы одни.

Я и так на пределе, у меня нервная система вот-вот в окно шагнет, безвозвратно, а он шутить изволит.

— Я серьезно, — он снова переключает внимание на Галину Васильевну.

— Я не сомневаюсь, — как-то загадочно улыбнувшись и мазнув по мне быстрым взглядом, женщина согласно кивает.

— Так, Кир, первое на сегодня, закажи мне, пожалуйста, поесть, ни черта с утра не успел, — посерьезнев в одно мгновение, Богомолов косится на свои часы, — и кофе мне сделай, минут через десять. Черный, без сахара.

— Хорошо, — киваю болванчиком, слегка пораженная стремительными изменениями.

— И меня пока нет, ни для кого, — бросает, направляясь в свой кабинет.

Я практически падаю на свое кресло, когда дверь за Богомоловым закрывается.

Выдыхаю облегченно и не сразу замечаю прикованный ко мне взгляд Галины Васильевны.

— Что? — интересуюсь.

— Мне не показалось? — задумчиво тянет женщина.

— Вы о чем?

— Нравится он тебе, девочка, — подавшись вперед, шепчет достаточно тихо.

Я мгновенно вспыхиваю.

— Не понимаю, о чем вы.

Отвожу взгляд, чувствуя, как сердце в груди делает кульбит.

— Да перестань, я на свете давно живу и на зрение не жалуюсь.

Я открываю рот, чтобы возразить, но выдаю вовсе не то, что собиралась:

— Так сильно заметно?

Женщина ласково улыбается, выдерживает паузу, за время которой я успеваю себя накрутить.

— Не сильно.

— Но вы заметили.

— Я, Кирочка, повторюсь, на свете давно живу.

Я киваю, не зная, что еще сказать.

— А еще я вот что тебе скажу, — тем временем она продолжает: — симпатия твоя взаимная, Володю я как облупленного знаю, все-таки столько лет с ним бок о бок проработала, бывало сутками напролет. Ну чего ты смутилась. И на эту должность он тебя взял не просто так, и не только потому, что Саша попросила, хоть дочь он свою и любит безмерно.

Последняя фраза вызывает неприятный отклик в груду.

— Вы сейчас намекаете на мою профнепригодность? — получается резковато.

— Тише-тише, успокойся, ты меня не так поняла, в том, что ты со