Жестокие игры - Диксон Уиллоу Страница 46

— Ему нужно научиться не скрывать от меня ничего. — Я откидываюсь на подушки. — Я расстался с Натали.

— Брат. — Джекс дает мне по груди ладонью. — Ты не подумал, что нужно было начать с этого?

— Слава богу, — говорит Джейс. — Когда это произошло?

— Прямо перед тем, как я поднялся сюда.

— Как ты успел переспать со своим сводным братом и бросить Барби-золотоискательницу за сорок пять минут, которые тебе понадобились, чтобы поднять свою задницу и подняться сюда? — спрашивает Джейс.

— Это было что-то вроде ситуации «двух зайцев одним выстрелом».

— А? — спрашивает Джекс.

— Она застала нас, когда я как раз собирался кончить Феликсу в рот.

Джейс откидывает голову и хохочет.

— Блядь, да.

Джекс смеется, хотя и немного менее театрально.

— Что бы я отдал, чтобы быть мухой на стене и увидеть эту сцену.

— Ее голова, наверное, взорвалась, когда она узнала, что ты выбрал Феликса, а не ее. — Джейс качает головой, все еще хихикая.

— Она не знает, что это он. Я стоял к ней спиной, поэтому она не могла видеть ничего, кроме его ног. Все, что она знает, — это то, что я был с парнем.

— Она, наверное, сошла с ума. — Джекс улыбается так же широко, как и его брат. — Слава богу, нам больше не придется с ней иметь дело.

— Ты сказал ей, что знаешь о том, как она развлекалась в библиотеке? — спрашивает Джейс, его глаза сияют от радости.

Я киваю.

— После этого ей нечего было сказать.

— Думаешь, она будет создавать проблемы? — спрашивает Джейс.

— Не знаю, но сомневаюсь. Она неправа. Неважно, кому она будет жаловаться. Никто не будет винить меня за то, что я сделал. Даже мой отец.

— А как насчет Уильяма? — спрашивает Джекс. — Что мы будем с ним делать?

Джейс поворачивается на стуле и начинает стучать по клавиатуре.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я.

— Стираю его ID, — отвечает он, быстро набирая текст на клавиатуре. — Его ждет сюрприз, когда Аксель выпустит ему новую карту вместо того, чтобы просто перекодировать старую.

Я не видел, как его наказали после того, как Джейс стер его карту, когда мы поймали его с Натали в библиотеке, но Ксавьер видел, и он записал это для меня, чтобы я мог посмотреть позже.

Видеть Уильяма в собачьем ошейнике, ползающего по полу, было одним из самых забавных зрелищ, которые я когда-либо видел, но вишенкой на торте было то, что ему не разрешалось останавливаться, пока он не подошел ко всем присутствующим старшим членам и не заставил их почесать ему живот, ведя себя как собака и выполняя для них трюки.

Это была идея Джекса заставить его надеть этот фетиш-костюм горничной и выполнять для нас домашние дела, в том числе обслуживать Феликса, в качестве наказания за то, что он переступил через Феликса в коридоре в ту ночь, когда на него напали в бассейне. Конечно, мы не сказали ему, для чего это было, и позволили ему думать, что это продолжение его наказания за то, что он «позволил» стереть свою карту.

Это было далеко не то, что он заслуживает за содеянное, но меня это достаточно развеселило, чтобы я мог пока оставить все как есть. Уильям получит по заслугам, но мы будем действовать стратегически.

— Готово. — Джейс поворачивается. — Сообщи Ксавье, чтобы он оставался дома до конца дня. Нам нужно увидеть квитанции.

Джейкс уже что-то печатает в своем телефоне.

— Готово.

— Раньше, в моей комнате, — говорю я, возвращая разговор к нападавшему на Феликса.

Как бы ни было интересно пофантазировать о том, как Аксель может наказать Уильяма, мы все еще не выяснили, кто наш потенциальный убийца и его хакер-соучастник.

— Феликс сказал, что ему показалось, будто он увидел четырнадцать нулей вместо цифры. Это что-то значит для тебя? — спрашиваю я Джейса.

— Вроде того. — Он вытаскивает нож и рассеянно крутит его в руке.

— Ты можешь объяснить это так, чтобы я не почувствовал себя идиотом? — спрашиваю я.

Он улыбается.

— Не совсем. Но проще говоря, это число появляется все чаще, чем я углубляюсь в дело.

— Обе работы? — спрашивает Джекс.

Джейс кивает.

— Ты имеешь представление, что это значит и почему именно это число? — спрашиваю я.

Он качает головой.

— Пока нет, но я разберусь. Они хороши, безумно хороши, но никто не идеален.

Джекс задумчиво напевает и смотрит в даль. Я знаю этот взгляд. Он соединяет точки и складывает воедино сюжетные линии.

Я поворачиваюсь к Джейсу и позволяю Джексу заниматься своим делом. Не успеваю я ничего сказать, как звонит мой телефон.

Лишь немногие люди звонят мне вместо того, чтобы писать SMS, и ни один из них не является тем, с кем я хочу сейчас разговаривать.

— Кто это? — спрашивает Джейс, когда я достаю телефон.

Я вздыхаю, увидев имя.

— Твой отец? — угадывает он.

Я киваю и отвечаю на звонок.

— Алло?

— Киллиан, — говорит мой отец резким тоном. — Тебе есть что-то сказать мне?

— Думаю, мне не нужно тебе ничего говорить, ты и так все знаешь, раз звонишь.

— Все равно скажи, — говорит он.

— Я расстался с Натали.

— Ты имеешь в виду, что изменил Натали, — говорит он. — Киллиан, ты знаешь, как это выглядит…

— Я не изменял ей. Нельзя изменять тому, кто сам изменяет тебе.

— Что?

— Она изменяла мне как минимум месяц.

— У тебя есть доказательства?

— Да.

— Ллойд забыл рассказать мне об этом, — говорит он, и в его голосе снова появляется жесткость.

— Полагаю, он также не сказал тебе, что его маленькая принцесса изменяет с кем-то, кто живет через коридор от меня?

— Кто? — спрашивает он ледяным голосом.

— Парень по имени Уильям Пендлтон.

— Пендлтон? Кто его отец?

— Шелдон Пендлтон.

— Это имя я знаю, — говорит он. — Близнецы с тобой?

— Да.

— Включи громкую связь.

Я нажимаю кнопку и протягиваю телефон.

— Привет, дядя Эйден, — говорят близнецы хором.

— Здравствуйте, мальчики, — приветствует их папа. — Я слышал, у нас есть член, с которым нужно разобраться.

— Определенно, — соглашается Джекс.

— Можешь присмотреть за ребенком, пока мы придумаем план? — спрашивает он. — Я хочу знать, чем он занимается, с кем общается. Все.

— У нас уже есть досье на него, — говорит Джейс.

— Начал его составлять, как только мы узнали, — добавляет Джекс.

— Хорошо, — удовлетворенно хмыкает папа. — Киллиан?

— Да?

— Как дела с Феликсом?

— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я.

Слава богу, мы разговариваем по телефону, а не лично. Мой отец умеет читать людей как никто другой. Это одна из причин, по